Читать книгу - "Горничная для двух Ли. Том 1 - Лика Русал"

Черты были идеальны: высокие скулы, прямой нос, губы, изогнутые в вечной усмешке. Но глаза… В них не отражалось ничего человеческого. Они сверкали, как два красных угля, в глубине которых клубилась тьма веков.

– Вы все трое здесь, – протянул демон, и его голос прозвучал, как шелест пергамента. – Отец, сын и та, кого я ждал. Занятно. Думал, поубиваете друг друга в погоне за одной девчонкой…

Джунхёк двинулся вперёд, заслоняя меня. Я почувствовала, как от него исходит волна силы – древней, родовой, накопленной поколениями.

– Уходи, – произнёс он твёрдо. – Эта душа не твоя. Я собираюсь расторгнуть контракт своего деда.

Мокёль улыбнулся – медленно, растягивая губы в улыбке, от которой кровь стыла в жилах.

– Глупцы. Разорвать контракт не получалось ещё ни у кого. А ваша Соа… уже моя. Просто ещё не подписала.

Он протянул руку ко мне. Пальцы были длинными, тонкими, с заострёнными ногтями, похожими на когти. В воздухе повисло напряжение. Сама реальность трещала по швам.

– Назови желание, Юн Соа, – его голос стал бархатным, почти ласковым. – Любое. Я исполню. Хочешь вернуться домой?

Доён сжал мою руку. Его пальцы дрожали.

– Не слушай его, – прошептал он. – Он лжёт. Всегда лжёт.

Джунхёк не сказал ничего. Просто стоял между мной и демоном, и я чувствовала, как напряжено его тело. Он был готов к бою, к жертве, к чему угодно – лишь бы защитить меня.

Я сделала шаг вперёд. Оба мужчины попытались удержать меня, но я мягко высвободилась. Движение получилось плавным, почти ритуальным – я шла к неизбежному.

– Я знаю, чего хочу, – сказала я тихо. Мой голос прозвучал неожиданно твёрдо, даже для меня самой. – Но я не хочу домой.

Мокёль наклонил голову, изучая меня. В его взгляде мелькнуло что‑то новое – интерес, любопытство: он увидел что‑то неожиданное.

– Говори, – произнёс он.

Я посмотрела сначала на Джунхёка. В его взгляде улавливался… страх. Страх не за себя, а за меня. Потом я перевела взгляд на Доёна. Он закусил губу, в его глазах стояли слёзы, но он не отводил взгляда.

– Я хочу, чтобы вы оба были свободны, – сказала я. – Чтобы этот дом перестал быть тюрьмой. Чтобы никто больше не платил душами за вашу власть. Чтобы проклятие, висящее над вашей семьёй, исчезло навсегда.

Мокёль рассмеялся. Звук был тихим, почти ласковым, но от него по спине пробежал мороз.

– Это не одно желание. Это три. Я выполню одно. На своё усмотрение.

Он щёлкнул пальцами.

В зале стало холодно. Очень холодно. Воздух сгустился, стал колючим, как иней. Дыхание вырывалось изо рта белыми клубами. Стены задрожали, картины на стенах затряслись, некоторые упали, разбиваясь о мрамор.

Тени начали двигаться быстрее. Они окружали нас, тянулись к нам, пытались схватить за руки, за одежду. Одна тень коснулась моей щеки – ледяная, как прикосновение мертвеца.

Джунхёк и Доён одновременно шагнули ко мне. Джунхёк положил руку мне на плечо, Доён схватил за ладонь. Их тепло контрастировало с ледяным дыханием тьмы.

И в этот момент я почувствовала, как что‑то внутри меня рвётся. Будто какая‑то пружина, сжатая годами, вдруг начала распрямляться.

Запястье обдало жаром. Вскрикнув, я подняла его к глазам. На светлой коже проступал странный витиеватый узор – метка, вспыхнувшая ярким светом. Сначала слабым, голубоватым, потом всё ярче и ярче. Свет заполнил зал, вытесняя тени, заставляя их отступать с шипением, как вода на раскалённом железе.

Мокёль замер. Его улыбка исчезла, глаза расширились.

– Ты… – прошептал он. – Ты действительно аномалия.

Свет стал ослепительным. Я услышала крик – не свой. Кричали оба мужчины. Их голоса смешались в один звук боли и отчаяния. Я хотела обернуться, но не могла пошевелиться. Тело стало чужим, будто принадлежало не мне.

А потом всё погасло.

Когда я открыла глаза, я лежала на полу главного зала. Мрамор был холодным, жёстким, но я едва это ощущала. Луна всё ещё светила в окна, заливая пространство серебристым светом. Но Мокёля не было. Только его тени ещё клубились в углах, как остатки кошмара, который вот‑вот исчезнет с рассветом.

Джунхёк и Доён лежали рядом – оба без сознания. Я подползла к ним. Коснулась сначала Джунхёка – его кожа казалась холодной, но живой. Потом Доёна – он слегка вздрогнул от моего прикосновения, но не пришёл в себя.

Но на их запястьях теперь были такие же метки, как у меня. Символы светились слабым голубым светом, пульсировали в такт моему сердцебиению.

Доён застонал и приоткрыл глаза.

– Соа?..

– Я здесь, – я сжала его ладонь. – Всё хорошо.

– Мокёль… – он попытался сесть, но я остановила его.

– Его нет. Он ушёл.

Джунхёк тоже начал приходить в себя. Он приподнялся, помотал головой, пытаясь прогнать остатки тумана.

– Что произошло?

– Я загадала желание, – неуверенно протянула я. – И что‑то случилось.

Он посмотрел на метку на своём запястье, потом на метку Доёна, следом на мою.

– Кажется, твоё желание связало нас, – произнёс он тихо. – Через эту метку.

– Или магия Мокёля дала сбой…

– «Аномалия», – припомнила я слова демона.

– Да, – серьёзно кивнул Джунхёк. – Я уже говорил, что Мокёль не может по-настоящему влиять на тех, кто пришёл из другого мира не по его воле…

– Но почему мы связаны? – Доён нахмурился. – Что это значит?

– Это значит, – Джунхёк встал и помог подняться нам обоим, – что Мокёль больше не может манипулировать нами по отдельности. Мы теперь единое целое. Демон затаился…

Я посмотрела на луну. Она всё ещё стояла в зените – огромная, серебристая, почти зловещая в своей безупречной форме.

Полнолуние ещё не закончилось.

И я поняла: мы не победили.

Мы просто отсрочили неизбежное.

Мокёль ушёл. Но он вернётся.

А я… Я теперь стою между двумя мужчинами, которые оба заплатили своей кровью за то, чтобы защитить меня. И никто из нас не знает, что будет дальше.