Читать книгу - "Горничная для двух Ли. Том 1 - Лика Русал"

Лицо Доёна. Он смотрел на меня с улыбкой, но глаза были грустными, полными какой‑то глубокой, затаённой печали.

Я моргнула – отражение исчезло.

Сон или реальность?

Я больше не знала.

Дыхание участилось, ладони вспотели. Я сжала одеяло, пытаясь прийти в себя. Что это было? Галлюцинация? Игра света? Или что‑то большее?

Я встала с кровати и подошла к окну. Стекло было холодным на ощупь.

«Ты уже выбрала», – снова прозвучало в голове. На этот раз шёпот был чуть громче, настойчивее.

– Кто ты? – прошептала я в пустоту.

Ответа не последовало. Только тишина, густая и давящая.

Я отошла от окна и села на край кровати. Голова шла кругом. Джунхёк… Доён… Мокёль… Все они были связаны со мной невидимыми нитями, и эти нити затягивались всё туже.

В кармане платья что‑то зашуршало. Я достала амулет, который дал мне Джунхёк. Серебряный диск лежал на ладони, тускло поблескивая в лунном свете. Символ на нём казался живым – линии слегка шевелились, пульсировали в такт моему дыханию.

– Защити меня, – прошептала я, сама не зная, к кому обращаюсь: к кулону? К младшему или старшему господину?

Амулет потеплел в руке. Мне показалось, что я услышала далёкий звон, словно где‑то далеко ударили в колокол.

Дверь скрипнула. Я резко обернулась.

– Доён? – выдохнула я.

Но в проёме никого не было. Только сквозняк колыхал занавеску.

Я вздохнула, пытаясь унять дрожь. Нервы были на пределе. Ещё немного – и я начну видеть призраков в каждом углу.

Но тут дверь снова скрипнула, и на этот раз в комнату действительно вошёл Доён. Он был бледен, волосы растрёпаны, в глазах – тревога.

– Соа, – его голос прозвучал непривычно хрипло. – Ты в порядке?

– Да, – я поспешно спрятала амулет. – Просто… не могла уснуть.

Он подошёл ближе. В лунном свете его лицо казалось почти прозрачным, черты заострились.

– Я чувствовал, что что‑то не так, – он положил руку мне на плечо. – Ты дрожишь.

– Просто холодно, – соврала я.

Доён не поверил. Он сел рядом, посмотрел мне в глаза.

– Он был здесь, да?

Врать не было смысла. Но и говорить не хотелось…

– Отец, – уточнил Доён. – Он приходил.

Я кивнула.

– И что он сказал?

– Ничего особенного, – я отвела взгляд. – Просто предупредил, что завтра будет сложно.

Доён усмехнулся.

– Конечно. «Ничего особенного». Слушай, Соа. Завтра… когда наступит полнолуние, я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Не с ним. Со мной.

– Но он сказал…

– Плевать, что он сказал! – Доён резко встал. – Отец хочет контролировать всё, даже твои решения. Но ты не его вещь. Ты – человек. И ты можешь выбирать.

Я смотрела на него, не зная, что ответить. Всё превращалось в какой‑то сюрреализм. Ночь не приносила спокойствия, лишь усиливала напряжение. Казалось, оба Ли решили воспользоваться последними часами, чтобы склонить меня на свою сторону…

– Я… – начала я.

– Не отвечай сейчас, – Доён поднял руку. – Просто подумай, малышка. Завтра всё решится. И я хочу, чтобы ты знала: я могу дать тебе то, что никогда не даст отец.

Он наклонился и быстро поцеловал меня в лоб.

– Спи, моя птичка. Постарайся отдохнуть. Завтра будет тяжёлый день.

Он вышел, тихо прикрыв дверь.

Глава 15

До рассвета я так и не сомкнула глаз.

В течение всего дня ко мне заглядывали слуги. То господин Ким с распоряжением о том, что сегодня мои обязанности разделят между собой остальные горничные, а я могу взять выходной – не иначе как господа Ли распорядились, – то Миён с подносом еды, а то и лакей с парой новых туфель. Последнее оказалось неожиданностью. Но, решив не гадать о том, чей именно подарок мне принесли, я выбрала уже привычную форменную обувь, оставив красивые лакированные лодочки в коробке.

Ни Джунхёк, ни Доён больше не навещали меня, но я знала, что нахожусь под присмотром. Мужчины дали мне время всё осмыслить, прийти в себя… но не оставили без защиты. Я видела это по увеличившемуся количеству прислуги около моих дверей и ощущала в тепле кулона. Оба Ли подстраховались настолько, насколько это было возможно, не нарушая моих границ хотя бы сегодня.

И лишь поздним вечером, когда я уже успела известись в ожидании неизвестности, за мной прислали одного из лакеев, который и сопроводил меня до того самого подвала, в котором я не так давно успела лишиться чувств…

Слуга приоткрыл лаз, а сам откланялся. Помедлив, я спустилась лишь тогда, когда заметила фигуру Доёна.

Помещение встретило промозглой сыростью и запахом гари – будто кто‑то недавно жёг здесь сырые ветки. Тусклый свет масляных ламп дрожал на каменных стенах, выхватывая из темноты остатки старых фресок: полустёртые фигуры ангелов и демонических существ, переплетённые в вечном противостоянии. Раньше я не могла их разглядеть из‑за отсутствия света, но теперь господа Ли побеспокоились о том, чтобы темнота не стала преградой к ритуалу.

– Пришла, – Доён улыбнулся и подал руку, помогая перешагнуть через скопление мусора и камней.

– Да, – эхом отозвалась я, не прекращая вертеть головой по сторонам. – Почему здесь? Разве наверху мало подходящих комнат?

– Этот подвал – часть разрушенной часовни, – из темноты дальнего угла вышел Джунхёк. Поправив дужку очков так, словно находился в переговорной, а не посреди жуткого подвала, он кивнул мне в знак приветствия. – Ли Хван заключил контракт с Мокёлем именно здесь. А после надстроил особняк.

– Здесь… жутко, – я поёжилась. История про часовню делала пространство лишь более зловещим. «Здесь молились богам, а после осквернили всё, что было, – непреложный вызов демону…»

– Тогда предлагаю начать, – спокойно предложил Джунхёк.

– Избавимся от демонского ублюдка, – хмыкнул довольный Доён.

Мы с Доёном и Джунхёком прошли к центру помещения – туда, где пол прорезала глубокая трещина, словно сама земля не могла вынести присутствия Мокёля. Джунхёк взял в руки потрёпанный дневник Ли Хвана – пергаментные страницы едва не рассыпались в его пальцах.

– Вот, – он развернул книгу к нам. – Запись от двадцать третьего числа девятого месяца: «Чтобы ослабить связь с Мокёлем, надобно принести жертву у точки входа. Кровь, узы или любовь – выбор за тем, кто осмелится бросить вызов. Кровь скрепляет род, узы держат мир, любовь питает душу. Отдай часть