Читать книгу - "Закон великих снегов - Джеймс Оливер Кервуд"

— Нет, это было много лет назад, когда далеко на юге я услышал, что моя маленькая Мелли умирает от оспы.

Мелисса молча села рядом с ним на нарты и нерешительно коснулась его большой смуглой руки:

— Расскажи мне об этом, Жан.

— Да что тут рассказывать? Я просто бежал.

— А сейчас? Сейчас ты мог бы бежать — как тогда? Для меня?

Он с вызовом посмотрел на нее и заметил, что яркий румянец наполовину исчез с ее лица.

— Я только что бежал для тебя. Но тебе не понравилось.

— Нет, я не это имела в виду. — Мелисса подняла голову и сильнее сжала его руку. — Когда-то давно — много лет назад — ты уехал, чтобы сражаться с эпидемией и едва не погиб. Ты сделал это для меня, чтобы я не умерла. Готов ли ты сделать то же самое для меня сейчас?

— Я готов сделать и больше, Мелли.

Она взглянула на Жана с сомнением. Ее глаза скользили по его лицу, словно ища подтверждения сказанным им словам. Жан медленно поднялся, потянув ее за собой; теперь они стояли друг напротив друга, очень близко, и он, заключив лицо девушки в ладони, пристально посмотрел ей в глаза:

— Когда-нибудь я сделаю ради тебя нечто гораздо большее, Мелисса, и тогда...

— Тогда — что? — спросила она, увидев, что он колеблется.

— Тогда... тогда ты увидишь, что я действительно люблю тебя намного сильнее, чем много лет назад, — мягко сказал он, повторив ее слова.

Его голос звучал странно, и Мелисса не нашлась что ответить, а он уже отвернулся и принялся наводить порядок среди собак. И только когда он вернулся, чтобы поудобнее усадить ее на нартах, Мелисса прошептала:

— Хотелось бы мне, чтобы ты сделал это как можно скорее, братец Жан!

ГЛАВА XIX

Новый агент и его сын

Они не стали останавливаться по пути, чтобы поесть, и поспели в факторию как раз к ужину. Заметив их упряжку, Эжен де Гравуа и Круазе вышли им навстречу из конторы.

— А у меня для тебя сюрприз! — крикнул Эжен Мелиссе. — Теперь у тебя будет настоящее светское общество. К нам приехали два джентльмена. Они только что прибыли из Лондона с последним пароходом. И один из них моложе и красивее, чем даже твой Жан Торо. Оба сейчас у вас в хижине, где твой отец готовит им ужин и рассказывает, какой замечательный кофе ты бы им приготовила, если бы была здесь!

— Их двое? — уточнил Жан, как только Мелисса ушла. — Кто они?

— Новый агент, мистер Тимоти Диксон, красный, как медный таз, и толстый, как самка лосося перед нерестом, и его сын. Говорит, что приехал сюда с отцом просто для развлечения, и я уверен, он получит все, что захочет, если задержится надолго. Имей это в виду, Жан Торо! Я видел, как этот парень поглядывал на мою Иоваку, когда она заходила в магазин.

— Mon Dieu! — улыбнулся Жан, которого неизменно смешила выразительная жестикуляция маленького француза. — Стоит ли его винить? Я и сам любуюсь твоей Иовакой каждый раз, когда подвернется случай.

— И она того стоит, не правда ли?! — в восторге воскликнул Эжен. — Клянусь всеми святыми, Жан, ты можешь смотреть на нее сколько хочешь, но этот иностранец... Да я с него с живого шкуру спущу и накормлю дурманом, если только он посмеет не так на нее посмотреть!

— Однажды к нам сюда уже приезжал иностранец, — заметил Круазе. — Помнишь?

— Помню, — подтвердил Жан и невольно покосился на выбеленный дождями крест с краю поляны, где была могила Мьюки. В конце длинных летних вечеров тень гигантской ели почти дотягивалась до него.

— И он плохо кончил, — добавил де Гравуа, крепко сжимая смуглые кулаки. — Помилуй меня, Боже, но я терпеть не могу этих красномордых джентльменов из-за океана.

Круазе весь передернулся.

— Двуногие пожиратели падали! — воскликнул он со злобой. — La charogne! [34] Насколько мне известно, двое таких типов ошиваются сейчас в Нельсон-Хаусе, еще двое — на озере Уолдайа, а один...

Жан внезапно вскрикнул. Когда Круазе повернулся к нему, молодой человек стоял посреди своих собак, бледный как смерть. Широко раскрытые глаза его лихорадочно сверкали, словно он увидел перед собой нечто ужасное.

Эжен тоже повернулся и одним прыжком оказался рядом с Жаном.

— Пресвятая Дева! — вскричал он. — Ты вывихнул руку! В следующий раз будешь знать, как разворачивать нарты за передок, пока собаки еще в постромках! — Делая вид, будто рассматривает запястье Жана, Эжен прошептал чуть слышно: — Черт бы тебя драл! Ты что, хочешь все ему выложить?

Увидев, что Круазе тоже шагнул в его сторону, Жан делано рассмеялся.

— Займись собаками, Анри, ладно? — попросил де Гравуа. — Вывиха нет, парнишка просто растянул запястье. Иовака в два счета вылечит его травяными примочками.

И, поддерживая Жана, который был все еще бледен, как истоптанный снег у них под ногами, де Гравуа повел друга прочь. Когда они отошли достаточно далеко, он добавил негромко:

— Ты глупец, Жан Торо. Теперь у вас в хижине полно народу, так что будешь ужинать у меня.

— La charogne, — пробормотал Жан. — Les bêtes de charogne! [35]

Эжен крепче сжал его локоть.

— Говорю тебе, это ничего не значит. Ничего! — с нажимом сказал маленький француз, повторив то, что говорил Жана накануне. — Ты мужчина. Ты должен справиться с этим и забыть. Никто, кроме нас с тобой, об этом не знает.

— Ты никому не расскажешь о том, что́ прочитал в этих письмах? Обещаешь?! — негромко воскликнул Жан.

— Клянусь Пресвятой Девой!

— Хорошо. — Жан с облегчением вздохнул. — Значит, Мелисса никогда не узнает.

— Никогда, — подтвердил Эжен и радостно улыбнулся, заслышав доносящийся из хижины голос Иоваки, которая напевала индейскую колыбельную. — Настанет день, и Мелисса тоже будет петь эти песни, она будет петь их для твоих детей, Жан Торо, как сейчас Иовака поет для моих.

Час спустя Жан медленно пересек поляну и подошел к хижине Камминса. Изнутри доносились незнакомые голоса и смех. Толкнув дверь, Жан вошел и в замешательстве остановился на пороге. Заметив его, Мелисса поспешно поднялась из-за стола. Жан оглядел ее раскрасневшееся лицо и перевел взгляд на молодого мужчину, который сидел напротив Мелиссы.

— Познакомьтесь, мистер Диксон... — В голосе Мелиссы ему почудилась легкая нервная дрожь, — это мой брат Жан.

Мужчина тотчас вскочил и протянул руку:

— Рад познакомиться с вами, мистер Камминс.

— Торо, —