Читать книгу - "Закон великих снегов - Джеймс Оливер Кервуд"

Он быстро шел примерно с час, потом остановился передохнуть в том месте, где частично занесенная тропа спускалась в замерзшее болото. Здесь Изабель сошла с саней и двинулась по их следу. В тех местах, где густо росли белые ели и пихты, Билли различал следы ее мокасин. Дин вел собак через мрак бури, и Билли дважды находил обгорелые спички там, где Скотти останавливался, чтобы свериться с компасом. Дин прокладывал курс почти точно на запад. На дальнем краю болота начиналась тропа через озеро, и прямо по ней Дин направлял упряжку. Буря понемногу стихала. Ветер постепенно менял направление на юго-восточное, и мелкий колючий снег уступал место пушистому и густому. Билли содрогнулся при мысли о том, каким было озеро несколько часов назад, когда Дины пересекали его в кромешном мраке бури, завывавшей почище урагана.

Пройдя с полмили по озеру, Билли обнаружил, что в пятидесяти ярдах от берега следы полностью занесло. Он не стал терять время на поиски в открытом пространстве, а бодро добежал до кустарникового мелколесья, где легко напал на след. Через полчаса он остановился. Здесь густо росли ели и пихты, защищая от ветра. Здесь Скотти Дин остановился и развел костер. Рядом с потухшими углями лежала груда веток пихты, послуживших ложем для Изабель. Вероятно, Скотти вскипятил чайник, а после выбросил заварку в снег. Теплые тела собак оставили на снегу ровные округлые углубления, и Билли прикинул, что беглецы отдыхали пару часов. Они прошли сквозь бурю в темноте восемь миль, и сердце Билли заныло при мысли об Изабель Дин и страданиях, на которые он ее обрек. На миг его охватило отвращение к тому, на страже чего он стоял, — к закону. Не однажды на собственном опыте Билли убеждался в несоразмерности наказания и преступления. Изабель страдает, и страдает сильнее, чем если бы Дина схватили и повесили год назад. А сам Дин, наблюдая страдания женщины, оставшейся верной ему, платит цену бóльшую, чем смерть. Глядя на ложе из веток, на котором спала Изабель, и угли от костра, Билли проникся состраданием к беглецам. Из его груди вырвался низкий тоскливый крик. Вот если бы он мог подарить им жизнь, свободу и счастье! Думая о том, что ради любимой женщины готов пожертвовать всем, даже собственной честью, он сжал кулаки.

Задержавшись на месте стоянки Динов минут на пятнадцать, Билли снова пустился в погоню. К его немалой радости, следы Скотти Дина шли теперь прямо, как по линейке, и сани больше не застревали в упавших деревьях и густом кустарнике. Стало быть, беглецы покинул стоянку при свете дня. Теперь Изабель шла пешком, и сани продвигались быстрее. Билли ускорил собственный ход и две-три прогалины преодолел размашистым шагом, почти бегом. След был сравнительно свежим, и к концу следующего часа сержант понял, что Дины опережают его ненамного. Миновав небольшое болото и поднявшись на гребень горы, он остановился. Изабель с трудом взобралась на голую вершину. Билли видел, что Дин поддерживал жену, а когда та упала в снег, подложил под нее одеяло. Супруги выпили по глотку чая, сваренного на стоянке, и немного пролилось в снег, не успев до конца замерзнуть. Задержавшись у края скалы, Билли посмотрел вниз, на лесистую долину у себя под ногами, и немного погодя начал спускаться.

Он почти достиг подножия горы, когда вдруг резко остановился, вскрикнув от ужаса. Он оказался в точке, где склон обрывался отвесной стеной. В один миг осознал он случившееся. Дин и Изабель при спуске с горы попали в «снежную ловушку», провалившуюся под их весом, и рухнули на скалы внизу. Билли застыл на одно мгновение, и тут издали донесся звук, заставивший его вздрогнуть. Это был собачий вой. Билли понял, что за ним по пятам гонится Баки вместе со всей командой.

Он взял немного влево от края обрыва и безрассудно ринулся вниз. И, только увидев место, где беглецы выбрались из снежной лавины, Билли перевел дух. Изабель спасена! Заметив следы ее мокасин в том месте, где Дин выровнял сани, Билли с облегчением рассмеялся и отер пот с лица. А потом он впервые различил на снегу мелкие красные пятна. Изабель или Дин — кто-то из них был ранен, вероятно легко. В сотне ярдов от «ловушки» сани вновь остановились, и с этого момента в санях ехал Дин, а Изабель шла пешком!

Билли удвоил внимание. Пройдя еще сотню ярдов, он остановился и принюхался. Впереди начинались густые заросли белой ели и пихты, из толщи которых до него доносился какой-то запах — он в этом не сомневался. Поначалу Билли принял его за аромат еловой смолы. Через секунду он понял, что тянет дымом.

Повинуясь привычке, сержант в двадцатый раз потянулся к пустой кобуре. Не обнаружив револьвера, он с удвоенной осторожностью приблизился к густому ельнику. Под прикрытием низкорослого кустарника, занесенного снегом, он отклонился от тропы под прямым углом и начал описывать широкий круг. Он очень торопился. Через полчаса, самое большее через три четверти часа Баки дойдет до горного кряжа. Пока этого не случилось, он, Билли, должен осуществить задуманное. Минуло минут пять с того момента, как Билли сошел с тропы, и он наконец заметил дымок, а потом стал осторожно продвигаться к костру. Его поразила тишина. Он подходил ближе и ближе, но не услышал ни человеческого голоса, ни собачьего лая. Наконец он достиг места, откуда из-за молодой еловой поросли разглядел костер. До огня было меньше тридцати футов. Увиденное заставило Билли задержать дыхание. На одеяле, расстеленном у костра, лежал Скотти Дин с подложенным под голову вещевым мешком. И никаких следов Изабель, саней и собак. С сильно бьющимся сердцем Билли вскочил на ноги. Он не стал спрашивать себя, куда подевалась Изабель с собаками. Скотти был один и лежал спиной к Билли. Судьба не могла бы предоставить сержанту лучшей возможности. Скинув снегоступы, он быстро пошел по снегу в мокасинах. Только когда он приблизился к Скотти футов на шесть, раненый услышал его, но почти не оказал сопротивления навалившемуся на него сержанту. Билли удивился легкости, с какой ему удалось повернуть Дина на спину и надеть на него наручники. Все получилось само собой. Голова Дина была обмотана окровавленной тряпкой. Все его тело выглядело каким-то обмякшим. Он взглянул на Билли потускневшим взором и, осознав случившееся, тихо застонал.

В одно мгновение Билли опустился рядом с раненым на колени. До этого он дважды видел Дина в Форт-Черчилле, но сейчас впервые заглянул ему в лицо. Лицо это