Читать книгу - "Закон великих снегов - Джеймс Оливер Кервуд"

складки, но это продолжалось недолго. Стоило ему сесть напротив Торнтона, как он в одно мгновение изменился снова. Бледность сошла с лица, на щеках проступили багровые пятна. А когда Жан убавил свет, его темные глаза засверкали в полутьме почти звериным блеском. За этими глазами чувствовалась жгучая, еле сдерживаемая страсть, которая заставила Торнтона побледнеть и молча слушать.

— Мсье, — начал Жан тихим, напряженным голосом, который был уже знаком Торнтону, — сейчас я расскажу вам то, что до сих пор рассказывал только двум самым близким людям. Это история человека, который, как и вы, принадлежал к цивилизованному миру и который приехал к нам на Север много-много лет назад. Здесь он встретил женщину, как вы встретили девушку в Оксфорд-Хаусе, и полюбил ее так, как любите вы, а может быть, еще сильнее. Просто поразительно, насколько этот случай похож на ваш, мсье. Именно поэтому, думаю, наша Небесная Владычица и дает мне силы рассказать вам о нем. Как и вы, этот человек отправился на Север, бросив на юге жену и двоих детей. И я молю великого Бога простить ему его грехи, потому что у него был еще один сын, который к тому времени пока не родился...

Наклонившись вперед, Жан оперся на руку, прикрывая ладонью лицо.

— Собственно говоря, я собирался поведать вам не столько об этом, сколько о том, что было дальше, мсье, — продолжал он еще тише. — Эта женщина любила его, и ее любовь была прекрасна. Такой же прекрасной могла бы быть и любовь мужчины, будь она чиста. Ради этой женщины он отказался от всего, даже от своего Бога, как вы готовы бросить все ради девушки из Оксфорд-Хауса... А теперь, мсье, я буду говорить главным образом об этой женщине. Она была прекрасна. Можно даже сказать, что она была одним из тех чудес, которыми Бог благословил наш мир. И она любила этого мужчину. Она вышла за него замуж. Она верила ему, она готова была умереть за него... Или пойти за ним на край света, как поступают наши женщины ради мужчин, которых любят. Боже милостивый, мсье, неужели вы до сих пор не догадались, что было дальше?! Ребенок, еще один ребенок появился на свет!

Эти последние слова Жан буквально выкрикнул Торнтону в лицо, и тот невольно отшатнулся, словно получив неожиданный удар кулаком.

— Да, еще один ребенок появился на свет, — повторил Жан, и Торнтон услышал, как его ногти заскрипели, царапая крышку стола. — Это была первая Божья кара, Его первое проклятье. La charogne, les bêtes de charogne— вот как мы называем тех, кто питается падалью, кто пожирает трупы. Одержимых дьяволом творцов греха. Mon Dieu, это произошло! Торнтон. Ребенок, который только-только появился на свет, был проклят от рождения!

Жан замолчал. Его лицо чуть блестело от испарины, ногти впились в столешницу, а дыхание стало частым и бурным, словно он только что бежал.

— Там, в вашем мире, он мог бы вырасти и никто не сказал бы ему ни слова, никто бы не осудил, — продолжал он, немного успокоившись. — Мне приходилось слышать о подобном. Там, на юге, обычное дело быть двуногой падалью — незаконнорожденным ребенком. Мне рассказывали о таких случаях, и, я думаю, эти случаи не безнадежны. От проклятия можно избавиться, если приложить усилия. Но только не здесь. Проклятие никуда не исчезает; день за днем, год за годом оно следует за человеком. И этот ребенок, еще более несчастный, чем дикое животное, оказался одним из про́клятых. Вы понимаете, мсье?.. Если бы о его тайне стало известно, он умер бы еще в младенчестве, потому что ни одна индейская женщина и близко бы к нему не подошла. Скорее она согласилась бы прикоснуться к больному оспой. А если бы он каким-то чудом выжил, то стал бы изгоем, парией. Его бы презирали, издевались над ним, показывали на него пальцем и называли словами, какими не называют даже самых никчемных и злобных шавок. Вот что означает здесь подобное проклятие.

Некоторое время Жан ждал, что Торнтон что-нибудь скажет, но он сидел молча и даже не шевелился.

— Проклятие подействовало быстро. Первой его жертвой пал мужчина, почувствовавший муки совести. Она истерзала, изгрызла его душу, она сжигала его живьем, заставляла постоянно переезжать с места на место вместе с женщиной и ребенком. Любовь, которую женщина по-прежнему испытывала к нему, только усиливала его муки. И в конце концов он понял, что кара Божья пала на его голову. Женщина видела его страдания, но не знала причины. А потом проклятие настигло и ее. Они отправились на Север, на дальний Север, в края, которые лежат за Пустошью, но проклятие последовало за ними и туда. Оно продолжало терзать мужчину до тех пор, пока он не умер. Это произошло через семь лет после рождения ребенка.

Керосиновая лампа на столе фыркнула и начала коптить, и Жан быстрым движением прикрутил фитиль. Лампа погасла, и двое мужчин остались в темноте.

— Да, именно тогда проклятие перешло на женщину и ребенка. Или вы не верите, что грехи отцов падут на головы сыновей? Это так, и я знаю это твердо. Сначала проклятие проявлялось в мелочах, но потом — потом оно внезапно обрушилось на них всей своей тяжестью. Вот как это было... — Жан говорил теперь свистящим шепотом, и Торнтон, наклонившись вперед, почувствовал на своих щеках его горячее дыхание. Глаза Жана горели в темноте, как два раскаленных угля. — Вот как это было, — повторил Жан. — В факторию приехал новый миссионер, христианин с юга. Он проповедовал Слово Божье и стал большим другом женщины, и в конце концов она поверила ему. Ее сын тогда был еще очень юн, он многое видел, но поначалу мало что понимал. Лишь много позднее он узнал, что красота его матери очаровала миссионера и тот попытался ее завоевать — попытался, но потерпел неудачу, потому что эта женщина до самой смерти оставалась верна тому, первому мужчине, которому отдала свою любовь. И тогда случилось страшное. Однажды на Праздник карибу, когда все собрались у большого костра, в поселке рядом с маленькой хижиной, где жили мать и сын, не осталось никого. Мальчик сначала тоже был на празднике, но потом прибежал домой с большим, истекающим соком куском жареной оленины, чтобы угостить мать. Прибежал и услышал ее крики. Мальчуган бросился на помощь, но миссионер оглушил его ударом кулака. Тогда все и случилось, мсье. Придя в себя, мальчик погнался за миссионером, крича, что тот убил его