Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

«Не надейтесь на своих сестёр. Одна из них слаба, другая предала своего отца и страну».

У Эмина дрожали руки.

– Мой император, – наклонился к нему Ярос и мягко прошептал: – Я понимаю, в первый раз всегда тяжело, но вы привыкните.

«Привыкну? Но я не хочу привыкать!» – кричала душа Эмина. Капля пота скатилась по виску. Сердце бухало так, словно грудь изнутри били камнем.

– Сейчас вы должны свершить правосудие над предателями, чтобы начать возрождение Редаута.

Предателями…

«Принцесса Аилань предала наш народ».

«Эмин! Ты чист и невинен. Я и Виета хотим, чтобы ты всегда оставался таким. Ты не должен идти по стопам отца. Никогда! Стоит один раз ступить на этот путь и уже не сойдёшь. Поэтому никогда…»

В этот момент в глубине шахты грохнуло, будто кто-то выбил дверь. Растрёпанная Виета выбежала наружу, но ей преградили путь.

– Эмин! – крикнула она, и Эмин обернулся.

Ярос сделал знак, и Виету сердито оттеснили, не давая ей ни сделать шаг, ни заговорить.

– Не отвлекайтесь, мой император. Позже поговорите с сестрой. Ваши подданые ждут правосудия.

– У меня есть мечта, – вдруг громко сказал Эмин.

– О? – заинтересовался Ярос, предвкушая речь. Люди навострили уши.

– Я хочу быть пекарем.

– Ч… что? – остолбенели все.

– Император Эмин…

«Отец был не прав».

– Отец был не прав. И вы не правы. Я не стану этого делать. Не стану тираном, как он. Никогда!

Деревянная окарина с силой ударилась об эшафот. Люди застыли и устремили мрачные взгляды на мальчика.

В этот момент тюремщик в синей форме Шуйфена освободился от пут и сунул руку за пазуху. Ярос вынул меч и бросился вперёд. Зачарованная сталь прошла сквозь плоть, как сквозь воду. Но в последний миг своей жизни солдат Шуйфена успел вскинуть руку вверх.

В небе голубым цветком расцвёл сигнальный огонь.

26. Ветер покажет свою ярость вновь

Деревья склонялись над тропой зелёной-жёлтой кровлей. Недавний дождь ещё шелестел в кронах, услаждая слух музыкантов, а солнце золотой монетой выглянуло из облаков.

Лань ткнула пальцем в застывшую в воздухе водяную жемчужину, и та быстро опала на землю дождевой каплей. Сюн сидел недалеко, прислонившись к дереву, и рассматривал карту. Белый рассёдланный конь щипал траву поодаль и шевелил ушами от падающих сверху капель.

Сюн вертел карту так и эдак. Он прекрасно ориентировался на дорогах Ванлинда, но местность Шуйфена совсем не знал. К тому же им нельзя было ехать слишком уж оживлёнными дорогами. Несмотря на то, что Сюн и Лань оделись как два обычных путешественника, всё равно оставалась маленькая вероятность, что кого-то из них могут узнать, и тогда быть беде.

Они даже лошадь взяли одну на двоих, чтобы в Долине не заподозрили, что они оба покинули территорию. Хранитель уехал, а больше никто не рискнёт подняться на гору Аи и проверить. Сюн надеялся успеть до его возвращения, но из-за того, что они сделали большой крюк в обход столицы Шуйфена, времени ушло много.

Сюн краем глаза глянул на Лань, с лица которой всё путешествие не сходила улыбка, и сам улыбнулся краем губ. Лань бесконечно радовалась предстоящей встрече с братом и сестрой. Вот только Сюн не знал, что представляет собой поселение Хаидаркан и что ждёт их там. Но стоило снова увидеть тёплую, как весеннее солнце, улыбку Лань, все страхи и сомнения тут же уходили. Они просто подойдут так близко, как смогут, а там будет видно.

Лань напевала себе под нос и вязала узлы.

– Что там у тебя? – спросил Сюн и вытянул шею.

Довольная Лань показала белую кисточку, которую прикрепила к янтарной бусине на флейте. Теперь Лань действительно почувствовала инструмент своим. Сюн был этому рад.

– Стоит купить вишнёвые пироги, – мечтательно сказала она.

– Что? – Сюн отвлёкся от созерцания кисточки.

– Пироги. Для Эмина. Вряд ли его там ими кормят, – на последних словам Лань заметно сникла.

– Купим. Сегодня к вечеру мы должны дойти до деревеньки с постоялым двором. Там наверняка найдётся.

– А потом?

– Потом путь напрямик до Хаидаркана… если карта не обманывает.

– Или если ты её правильно прочитал, – невинно протянула Лань

– Хочешь поменяться местами? – с усмешкой приподнял бровь Сюн.

– Нет уж. Моё самое длительное путешествие – от Обсидианового дворца до Долины Ветров. И то оно таким длинным не задумывалось. Нам с Соной пришлось думать, где прокормиться, и спать на деревьях.

– Почему на деревьях?

– Ну так мало ли кто ночью подкрадётся!

– И правда. И как? Удалось выспаться?

– Вообще нет! Правда один раз я всё же задремала и в итоге свалилась, хотя привязывала себя! Напугала Сону до смерти своим визгом. К счастью, забирались мы невысоко, и пострадал только нос и моё самолюбие. Меня официально одолело дерево.

Лань театрально развела руками, и Сюн рассмеялся. Надо будет и самому как-нибудь попробовать заснуть на дереве.

– Может, ещё купить кисть и краски? – задумчиво проговорила Лань, но уже без толики веселья.

– А?

– Эмин любит рисовать. С детства повторял за мной. Когда я тайком уходила искать школу ветра, он отдал мне свой самый красивый рисунок. Во время штурма рисунок остался у меня в комнате. Жалко.

– Он обязательно нарисует тебе новый.

– Да…

Сюн просунул ладонь во внутренний карман. Лань тоже оставляла ему рисунок давным-давно, и Сюну захотелось взять его с собой, чтобы напомнить ей о том обещании… но явно не сейчас. Было ли это предчувствие или надежда, но Сюн отчего-то верил, что заточение Лань в Долине Ветров не продлится вечность, и тогда они вместе смогут выполнить все обещания, что дали друг другу когда-то.

В воздухе разлилась живительная и приятная слуху мелодия исцеления. Цветок эдельвейса, который Сюн тоже взял с собой, на глазах расцвёл, будто его только что сорвали. Интересно, как долго они с Лань смогут поддерживать в нём жизнь? Лань, наверное, и не догадывается, что этот цветок тот самый.

К вечеру они и впрямь добрались до деревни. Значит, Сюн всё верно рассчитал, и завтра они уже достигнут Хаидаркана.

Хозяин постоялого двора при виде гостей лучезарно улыбнулся в усы и засуетился, выбегая то в кухню, то в пустой зал. Значит, посетителей немного, и должна найтись свободная комната.

– Комнату на одну ночь для