Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

Оглядываясь по сторонам, Лань не заметила, как под ногой что-то хрустнуло. Она опустила взгляд и едва не вскрикнула – это был посиневший обрубок человеческой руки. Лань отскочила и тут же уткнулась спиной во что-то большое накрытое грубой тканью, словно стог сена… но по ощущениям это было не сено. Лань осторожно отогнула край ткани и на этот раз не сдержала вскрик и упала на землю. На неё невидяще смотрели глаза мертвеца.

Гора… целая гора мёртвых тел… Сердце заледенело. Губы задрожали. Эмин! Виета! Лань не решалась позвать их вслух. Разум отказывался думать, что среди этой горы могут быть они. Нет, не могут! Лань поднялась и убежала прочь от страшного зрелища. Постоянно оглядывалась, словно мертвецы могли её преследовать.

Кто-нибудь… Здесь есть хоть кто-нибудь?!

Порыв ледяного ветра пробрал до костей. Лань споткнулась. Колени болезненно ударились о камни. Глаза заприметили впереди рукотворный вход в подземелье. По телу прошла волна облегчения: там, они все там… пока взгляд не поднялся вверх.

Раскат грома разорвал безмолвие. Блеснула ветвистая молния, и небо с землёй на миг побелели. Мелькнули качающиеся силуэты.

«– Однажды мы снова встретимся. И тогда уже не расстанемся.

– Обещаешь?

– Обещаю».

Глаза сестры и брата взирали на неё с посиневших лиц. Светлые длинные волосы Виеты грязными патлами обрамляли изувеченное лицо и бледное нагое тело. Шея Эмина неестественно вывернута, пальцев на кистях не хватало. Оба они безучастно смотрели сверху вниз, покачиваясь каждый в своей петле.

Аилань не слышала собственного крика. Он царапал горло, рвался из груди в том самом месте, где должно быть сердце, но сейчас была только режущая боль. Этот крик затопил разум, сжал в тиски. Казалось, Аилань сошла с ума, а её душа сквозь живую плоть рвётся прочь из этого мира.

Так кричит человек, потерявший всё.

В стенах расселины её крик взорвался предсмертным воплем раненой птицы. Все обитали построек услышали его даже сквозь гром. Наружу тут же высыпали солдаты. Едва они увидели, что в Хаидаркане посторонний, мечи покинули ножны, стрелы нацелились на худую фигуру, сгорбившуюся в своём горе перед повешенными.

Крик потонул в сдавленном хрипе. Фигура медленно поднялась, запрокинув голову, и обернулась. Солдаты на миг остолбенели. В её глазах, холодных как зимнее солнце, горело погребальное пламя.

– Вы… – произнесли дрожащие губы, – да как вы посмели?!

Внутри сознания словно извергся ранее спящий вулкан, кипящая кровь помчалась по сосудам подобно лаве. Воздух прорезали свистящие, как хлыст, звуки. Мелодия, прочитанная на старых листах, вдруг ясно всплыла в памяти. Дерзкие и меж тем грозные звуки подобно острым ножам срывались с деревянной флейты. Янтарная бусина качнулась и затрепетала – ветер откликался.

Напитанный горем, яростью и убийственным намерением он быстро становился сильнее. В воздух взвились сначала каменная пыль и крошка, затем камни и деревянные обломки, и вот уже люди почувствовали, как их стопы начинает отрывать от земли и тянуть в центр бури. Ветер перерос в тайфун.

Мелодия резко оборвалась. Вложенная в призыв ярость притупилась от нового приступа боли и кашля. Аилань жадно хватала ртом пыльный воздух и больше не могла играть. Сквозь слёзы она всё ещё смотрела на тела брата и сестры, и её разум витал далеко от хаоса вокруг.

Но тайфун вопреки известным законам магии не только не исчез, он разросся и стал неуправляем. Солдата, который оказался ближе всех к Аилань, притянуло первым. Ему не за что было зацепиться, и настигший ветер в ярости разорвал его на шесть частей. Руки, ноги, голова и туловище разбросало в разные стороны. Солдаты испуганно вскрикнули.

Мужчины и женщины хватались за любые предметы, закрывали лица от плотной пыли, а головы – от ударов, пока яростный ветер разрезал дождевую завесу, обрывал голоса и обрушивался на живых брызгами плоти и крови.

Стены расселины дрожали. Ветер срывал со склонов домики как хрупкие побрякушки. Камни падали на людей. Где-то взорвался порох, и, несмотря на дождь, занялся пожар. Горящие доски падали и на кувшины с маслом, которым хотели облить и сжечь мертвецов подавленного мятежа. Ветер продолжал бушевать и раздувал пламя.

Никто не был готов встретиться лицом к лицу с яростью первозданной стихии. Её лицо оказалось настолько ужасающе, что даже тренированные солдаты позабыли про всё, кроме животного страха. Они бежали кто куда. Толпились у подъёмника. Пихали друг друга, шли по головам. Никто уже не вспоминал про принцессу, замершую в своём горе и безумии над телами брата и сестры.

* * *

Аксон ехал в повозке в тяжёлом молчании.

«В руднике готовился мятеж. Нам не сразу сообщили об этом, первым узнал Шуйфен и направил в качестве подкрепления малую армию. Однако они опоздали. Когда в небе появился сигнальный огонь, почти вся охрана рудника уже была перебита. Армии пришлось действовать жёстко. Когда прибыло подкрепление от нас и Ирианда, большинство редаутцев уже казнили. Тела зачинщиков, а также принца и принцессы повесили на всеобщее обозрение. Они все мертвы», – сказал ему Цандан.

«Я хочу сам это увидеть», – ответил Аксон и попросил Цандана проводить его в Хаидаркан. Если всё так, что ещё можно поправить? Только скрыть случившееся от остального народа Редаута, иначе пожар мятежа вспыхнет по всем землям.

От тяжёлых мыслей его отвлекли резко остановившаяся повозка и возглас возницы:

– Святые небеса!

Аксон и Цандан высунулись из окон и вгляделись сквозь дождевую завесу. Глаза Аксона расширись от ужаса. Над Хаидарканом повис плотный сгусток воздуха и крутился с сумасшедшей скоростью, вздымая в небо плотные облака земли, камней и обломков. Даже находясь так далеко, он пригибал деревья к земле и швырял в лица горсти пыли.

– Но ведь мятеж подавлен! Как такое может быть?! Постойте… ветер? – Цандан красноречиво посмотрел на Аксона и только сейчас заметил его побелевшее лицо. – Хранитель?

– Езжайте прямо туда, – велел он.

Однако лошадь беспокойно зарыла копытом землю и отказывалась идти дальше. Хранитель вздохнул:

– Тогда я сам дойду.

Но был пойман за плечо Цанданом.

– Аксон, не глупите! – пытался перекричать он ветер. – Что вы сделаете? Я не знаю, отчего там бушует буря, но стоит вернуться в Элдинг и обо всём доложить.

– Пока вы докладываете, от рудника и людей вокруг ничего не останется! Поверьте, этот тайфун может разрастись и до ближайших деревень. Нужно его остановить!

Цандан изменился в лице и глубоко вздохнул.