Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

кто собрался вокруг него. Он слышал недалёкие крики, которые умоляли о помощи и милосердии, но не получали их.

– Не убивайте меня! Я же вам помогал! – звенело в стороне, и эта мольба потонула в ужасающем грохоте.

Все резко замолчали и прикрыли уши, поднятая волна бессильно пролилась на узников крупным дождём, часть построек тюремщиков разлетелись в щепки, люди внутри рухнули вниз, со склона покатились мелкие камни.

Эмин тряс головой, приходя в себя, глаза и нос щипало от пыли. Он ничего не видел перед собой и мог только чихать, когда вдруг кто-то схватил его за локоть. Эмин вздрогнул и в страхе попытался отбиться, но услышал над самым ухом знакомый голос.

– Не бойтесь, мой император. Всё идёт по плану.

– Что это было? Где Виета?

Ярос проигнорировал второй вопрос и ответил на первый:

– Порох. Вы уже слышали эти взрывы в шахте – это прокладывали новые тоннели. Изобретение Редаута на службе врагов. Мерзкие захватчики. Мы по крохам собирали этот порох каждый раз, когда кто-то спускался вниз что-то взрывать. Теперь они на своей шкуре попробовали его вкус.

Пыль немного осела, и Эмин увидел горящие обломки у склонов. Кого-то придавило насмерть. Другие стенали, пытаясь сбросить с себя тяжелые камни и доски, но большая часть узников уцелела. Эмин заметил, что они собрались в небольшие группки и шумели, как рой рассерженных ос. Когда над толпой взлетели клочки голубо-синих одеяний, и кто-то поднял высоко вверх отрезанную голову, Эмин тихо вскрикнул и отвернулся, всё тело дрожало.

– Вы впервые видите ужасы войны? – с сочувствием спросил Ярос.

Эмин кивнул, прикрывая ладонью рот, чтобы не закричать снова. Аилань… Аилань видела это каждый день. Вот почему она так плакала, не хотела возвращаться туда, но отец заставлял.

– Водяные «жабы» получили по заслугам, – продолжал как ни в чём не бывало Ярос. – Не печальтесь о жертвах с нашей стороны. Они выиграли время, чтобы мы поняли, где скрываются враги, и подорвали их порохом. Всё было не напрасно… император, куда вы?!

Уже собиравшийся сбежать Эмин обернулся.

– Моя сестра потерялась. Я должен найти её и Сону! Вдруг им нужна помощь!

– Им помогут, – холодно сказал Ярос. – Ваше место рядом с вашими подданными. Мы сражаемся ради вас, император Эмин, и ради Редаута. Не бросайте нас подобно своей двенадцатой сестре.

Эмин растерянно замер. Сердце неистово звало его найти Виету, но Эмина окружили взрослые люди, которые странно на него смотрели. Его люди. Его подданные. Так сказал Ярос.

– Ч-что мне делать?

– Вдохновляйте подданных и играйте музыку. Мы принесём вам победу, и вы именем императорской власти объявите всем, что Редаут восстал из пепла.

– Как феникс? – глупо спросил Эмин.

– Именно. Не хотите добавить феникса на наше знамя после победы? – улыбнулся ему Ярос.

Эмин стоял посреди хаоса, огня и крови. Со всех сторон он слышал оглушающую какофонию звуков. Видел мельтешение людей в цветных и серых одеждах. Последние были похожи на одичавших зверей, которые бросались друг на друга голыми руками и рвали зубами плоть.

Больше всего трупов было вокруг людей в чёрных доспехах, но и их в конце концов задавили числом, сняли с них броню, разорвали одежду, забрали оружие и затоптали мёртвые тела. В беспорядочном шуме Эмин снова услышал мелодию. Он поднял голову и с ужасом заметил, что над расселиной раскинулся ледяной мост, на его вершине играл музыкант воды.

Эмин тоже начал играть на окарине простой «Призыв огня» и направил в сторону моста. Музыкант, увлечённый своей мелодией, не ожидал, что лёд под его ногами вдруг начнёт таять, поскользнулся и сорвался вниз, убив под собой двоих узников. Эмин содрогнулся и клял себя за погубленные жизни, но другие отчего-то его чествовали, будто Эмин совершил подвиг – остановил заклинателя воды. Но как же те, кого этот подвиг убил? Вдруг там оказались бы Виета и Сона?

Когда солнце окончательно ушло за горизонт, и сумерки разлились в небе чернильным пятном, битва была окончена. Больше сверху не доносилось ни звука, из тёмных окон не вылетало ни единой стрелы. Но посреди всеобщей радости угнетённых душ настигла и плохая новость.

– Ярос, беда. Подъёмник, похоже, зацепило взрывом, и он застрял.

Лицо Яроса потемнело. Они не умели летать подобно музыкантам ветра, и единственным способом выбраться из расселины был подъёмник, а он застрял высоко над головой и отказывался опускаться вниз.

– А вверх может?

– Похоже, да. Ему что-то мешает снизу, вот и застрял.

Ярос оглядел поле боя, которое медленно поглощали ночные сумерки, и кивнул сам себе.

– Есть идея.

Эмин бегал по расселине, спотыкался о трупы и звал Виету. Он с нарастающим ужасом вглядывался в черты лиц мертвецов, боясь увидеть то самое родное. Их смерть не была мирной, смерть оставила на лицах неприглядные отпечатки страданий и гнева.

В очередной раз оглядываясь по сторонам, Эмин заметил вдалеке чьи-то длинные светлые волосы. Когда женщина обернулась, Эмин от облегчения чуть не осел на землю

– Виета!

Он бросился к ней. Виета, Сона и другие женщины выбирались из глубин шахты, в которой спрятались на время сражения. Виета встретила его объятиями и разрыдалась.

– Сестра, не плачь. – Эмин гладил её по спине.

– Эмин, ты не ранен? Дай я взгляну.

Она коснулась его головы, вгляделась в лицо, потрогала плечи. Когда взяла за руки, Эмин тихо ойкнул. Он только заметил, что его ладони и локти ободраны и покрыты серой пылью, колени разбиты и кровоточили. Не обнаружив ничего серьёзнее, Виета облегчённо выдохнула.

– Ничего страшного. Пойдём, я промою ранки. Сона найди воды. Где-то на кухне ещё оставалась.

Виета увела Эмина в их грязную каморку, по пути прихватив факел. Внутри было так темно и спёрто, словно кто-то разлил в воздухе густую тушь. Вскоре Сона вернулась с миской, где на самом дне плескалась чистая вода. Виета оторвала от своей одежды кусок почище и принялась промывать ссадины брата. Только сейчас Эмин увидел, что возле корней её волос что-то чернело. Эмин протянул руку, но Виета отпрянула, а потом быстро улыбнулась.

– Это не моя кровь.

Эмин видел, что она лжёт, но спорить не стал. Чем быстрее Виета закончит с ним, тем быстрее поможет себе. Он так хотел рассказать ей обо всём – о Яросе, об окарине, своих тренировках, и том, что люди снаружи зовут его императором, и как ему страшно,