Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

правит ненависть, там нет закона. И толку от ваших вопросов и титулов тут тоже нет. Коли так дело пойдёт, в следующий раз вернётесь, а мы тут уже перебили друг друга.

– Что же я могу для вас сделать? – с сочувствием спросил Сюн.

– Да будь вы хоть сам князь, что вы тут сделаете? Вижу, что человек вы добрый и слушать умеете, но это нынче – роскошь для богатых. Я вот кое-как своё дело сохранил, а у многих и того нет. У бедняков и нищих только ненависть и осталась. За её счёт живут. Что с той стороны, что с этой.

Сюн поблагодарил хозяина постоялого двора и вышел на улицу. Деревня постепенно просыпалась, и тёплый сухой ветер трепал волосы. Сюн намеревался сходить к упомянутому хозяином столбу, но не сразу нашёл его. Пока бродил по деревне чувствовал, что незримо изменилось многое, будто здесь железной тучей нависло уныние и опасность. Воспоминания призраками возникали перед глазами и тут же пропадали.

Столб стоял в том же месте, что и раньше, окружённый красноватым песком. Множество следов отпечаталось на нём с последних событий. Сюн, словно воочию, видел, что здесь лежал человек, а тут кого-то тащили, и он или она цеплялась пальцами за песок, сопротивляясь. Музыка, что играла здесь каких-то пару лет назад, и цветные ленты, всё ещё звенели ярким воспоминанием, но глаза видели пятна крови. Весёлый пляс босых ног сменился следами борьбы.

Сюн тяжело вздохнул и с тяжёлым сердцем отправился прочь. Когда он покинул бывшие земли Редаута, то испытал необъяснимое облегчение. Хотелось поскорее вернуться домой – в свою спокойную мирную обитель, но нужно было сделать ещё дело. Не для Вэя. Для себя.

Он сделал крюк и приехал на окраину небольшого городка. Сюн несколько раз проезжал здесь, когда дядя отправлял его с очередным поручением. Сюн всегда узнавал это место по небольшой речке, что опоясывала границы селения. Стук кузнечного молота слышался ещё издалека. Если Сюн правильно помнил, то нужная мастерская стояла как раз по соседству с кузницей, и он легко её нашёл.

К мастерской резчика по дереву примыкал небольшой дом. Женщина с тёмными вьющимися волосами и добродушным лицом выметала с крыльца снег. Сюн сразу заметил её натруженные руки и заплатки на юбке. Этой семье, должно быть, тоже нелегко пришлось во время войны.

Когда Сюн приблизился, женщина подняла голову и вымученно улыбнулась. Сюн поражённо замер при виде заживающих синяков на её лице и шее. Кто её избил? Неужели муж?

– Добрый день. Вы пришли за заказом? Мой супруг в мастерской. Если хотите, я позову его.

– Н-нет, я… не за заказом пришёл, – смутился Сюн. Смотреть в глаза этой семье оказалось куда труднее, чем он думал. – Вы Аленсия? Мама Суана?

Метла с грохотом упала на крыльцо. Руки женщины задрожали. Конечно, семья давно получила известие о смерти сына.

– Кто вы?

– Меня зовут Сюнлин. Я командир отряда, в котором служил Суан.

– Господин Сюнлин? Второй князь?

– Да. И друг Суана. Я пришёл выразить вам соболезнования и сказать, что Суан…

– Да как вы посмели сюда явиться?!

Сюн замолчал, как громом поражённый. Добродушное лицо женщины исказили такой гнев и ненависть, что Сюн едва сдержался, чтобы не отступить на шаг.

– Вы!.. – Аленсия указывала на него дрожащим пальцем, словно хотела проткнуть насквозь. – Вы были рядом с Суаном, видели, как он погиб, а потом женились на его убийце?! Да как у вас совести хватило назвать себя его другом!

Сюн открыл было рот, но тут же захлопнул, как выброшенная на берег рыба. Что он может сказать? Лань не убивала Суана и не виновата в его гибели, не виновата в этой войне, но разве это объяснишь рыдающей от горя матери? Для выживших принцесса ветра стала воплощением всех пережитых страданий.

Сюн вспомнил судилище над Виетой и Эмином, поток камней в их сторону, кровь на светлых плитах площади и невольно вздрогнул. В этот момент на шум прибежал муж Аленсии, отец Суана. Он держал в руках молоток, готовый обороняться, и с удивлением смотрел на заплаканную жену и молодого путника с мечом и флейтой на поясе.

– Дорогая, что случилось? Почему ты плачешь? Этот человек тебя обидел?

– Это князь Сюнлин. Командир нашего мальчика, который вместо того, чтобы отомстить за него, вместо плахи уложил ведьму поветрия в свою постель!

Резчик тут же всё понял, и на его лице отразились разные чувства.

– Господин Сюнлин, прошу прощения за слова моей жены, но вам лучше уйти, – тихо, но твёрдо сказал он, и его ладонь крепко сжалась в кулак.

Аленсия выхватила из его рук молоток и едва не бросилась на Сюна, но муж её удержал.

– Предатель! Из-за тебя погиб мой сын! Из-за тебя!

– Я… я сожалею, что он погиб. Суан был прекрасным человеком. Я пришёл, чтобы это сказать. А теперь извините меня, – пробормотал Сюн, оставил у крыльца мешочек с золотом, затем коротко поклонился и поспешно ушёл.

Крики убитой горем матери ещё долго звенели у него в ушах.

– Это всё из-за вас!

«– Моя мама из Редаута. Она действительно замечательная.

– Если ты не против, я бы хотел когда-нибудь познакомиться с твоей мамой.

– О, тогда… ловлю вас на слове, господин Сюнлин!»

«Предатель! Из-за тебя погиб мой сын! Из-за тебя!»

Сюн закрыл уши ладонями и тряхнул головой. Конь уткнулся тёплым носом в его лицо. Сюн попытался улыбнуться ему, но уголки губ словно сдерживала неведомая сила, налилась железной тяжестью и давила внутри.

Больно. Это было куда больнее, чем он представлял.

«Это всё из-за вас!»

Эти синяки… вовсе не муж её побил.

Несмотря на то, что небо уже темнело, Сюн решил не останавливаться в этом городе. И пусть это выглядело как побег, он не мог иначе. Сюн также думал и о погибшей Мерали, но не знал точно, где живёт её семья. Хоть и мог это разузнать через школу ветра в Мэйяре, но после встречи с родителями Суана Сюн не знал, что говорить семье Мерали. С ней… всё было бы ещё сложнее. Чувствуя себя последним трусом, Сюн всё же решил не искать её семью.

Он взглянул на расселину звёзд в вышине, и уголки глаз защипало от влаги. Многие верят, что, когда душа возносится на небо, зажигается звезда,