Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

самое лучшее применение флейты. Господин Сюнлин меня за такое отругает, – попытался рассмеяться он.

Ледара всхлипнула и покачала головой.

– Я… не тебя испугалась. Просто… вся моя стража вот так погибла от их рук, – Ледара кивнула на мертвецов в красно-чёрной форме. – Они защищали меня. Я убежала. Не знаю, выжил ли из них кто. Я только слышала, как они кричат от боли позади, а я…

– А ты выжила, – просто сказал Суан. Ему казалось, что именно так бы ответил на его месте господин Сюнлин.

Суан смотрел на рыдающую девушку и понял, что всё её раннее бахвальство было всего лишь попыткой придать себе уверенности и найти силы двигаться дальше. Но как только ситуация повторилась, все маски тут же оказались сброшены.

– Я такая бесполезная. Играть хорошо умею только щит. Знаю, что тоже мама так считает.

– Да твой щит несколько раз спасал нам жизнь. И мне особенно. Да я безумно счастлив, что ты умеешь так хорошо его играть!

Ледара подняла на него заплаканное лицо и попыталась улыбнуться. Но взгляд скользнул за его спину, и глаза расширились от ужаса.

* * *

Когда закатное солнце окрасило измученную землю и ушло за горизонт, огонь сам сошёл на нет, будто то, что его питало, внезапно утратило силу. Когда стало ясно, скольких людей убил огненный лабиринт, боевой дух армии Союза упал ниже некуда. Обгоревшие в разной степени останки усеяли поле как отмершие листья. Над ними надменной громадой возвышался вдалеке Обсидиановый дворец.

– У нас осталось людей только на одну битву – не больше. Не возьмём штурмом Дворец – и всё напрасно, – шептались в генеральских шатрах.

У лекарей из Шуйфена заканчивалась вода для исцеления. Чтобы хоть как-то поставить на ноги раненых, приняли решение использовать запасы питьевой. А раненые солдаты и музыканты в это время лежали прямо на земле, потому что в лекарских шатрах не осталось места. Не хватало и телег, чтобы уложить мёртвых и увезти их с этих проклятых земель на родину.

– Ледара, не смей сдаваться! Не можешь играть правой – научишься левой. Откажет левая – будешь свистеть.

– Мама! Она лишилась руки! И это всё, что ты скажешь?

– Жалость не поможет ей стать сильнее. А ей нужно быть сильной. Вы сами видите, что вокруг полно акул, которые не прочь растерзать слабую рыбёшку. Даже дома вы не в безопасности. Уясните это наконец!

Сюн беспокойно бродил по лагерю. Он устал ждать новостей в шатре и хотел помочь с перевязкой раненых, но был не слишком в этом умел, и его, не узнав, прогнали. Лацуо обещал предупредить, как только что-то станет известно, и Сюну оставалось только ходить по лагерю неприкаянным «привидением» в белоснежных одеждах.

Неизвестно, живы ли дядя и Уйнан. Потерялся Суан. Лань… Сердце ощущало пустоту, будто устало переживать. Сюн постукивал себя по груди, будто надеялся так оживить чувства… ощутить живым себя.

– Господин Сюнлин, – окликнул его Лацуо. – Хранитель Долины вернулся.

– Слава небу, – выдохнул Сюн, но, заметив, мрачное лицо Лацуо, тут же насторожился снова. – А Уйнан?..

– Не вернулся, – коротко изрёк Страж.

– Лацуо, мне так…

– Господин Сюнлин, – перебил его Страж, – вам лучше пойти в шатёр к Хранителю. Я слышал, он серьёзно ранен.

Сердце Сюна вмиг подскочило, и он умчался. Лацуо не обернулся и продолжал смотреть в землю ещё очень, очень долго.

Сюн ворвался в шатёр. Вэй и Аксон оглянулись на него, и на лице последнего расцвела тёплая улыбка. Сюн тут же обратил внимание на распухшую от волдырей и струпьев руку Хранителя.

– Дядя! Ваша рука!

– Ничего. Заживёт со временем. Шуйфен уже присылал лекарей.

– И точно поставит это себе в заслугу, – пробормотал Вэй.

Сюн бросил на него неодобрительный взгляд и покосился на руку Аксона. Хранитель, заметив это, ободряюще улыбнулся.

– Не переживай, мой мальчик. Императору досталось сильнее.

– Вы его ранили? Как?

– Пришлось нарушить собственные обеты и совершить смертельный грех, – уклончиво ответил Аксон.

Сюн широко распахнул глаза. Вэй переводил вопросительный взгляд с него на Хранителя.

– Дядя… вы играли «Ярость ветра»?

Хранитель с лёгкой горечью опустил глаза.

– Так ты знаешь о ней. Я никогда не учил тебя подобной мелодии, – сказал Аксон с лёгкой укоризной.

– Вы её не очень-то прятали, – заметил Сюн.

– Чем запретней плод, тем он слаще. Однако её всё равно никто не сумел бы сыграть целиком. Я заменил окончание нот. Но Сюн… неужели ты?..

Пришедшая в голову мысль ужаснула Хранителя, но Сюн покачал головой.

– Я видел ноты, но когда понял, что это, то закрыл их и не стал учить. Я… не хочу творить столь жестокую музыку.

– Верно… ты верно говоришь.

Хранитель прикрыл глаза и на миг унёсся в прошлое. Болезненные воспоминания прошлись по сердцу беспокойной рябью. О долге, о дружбе, о любви. «Слепая любовь опасна как враг. Толкает на безумство».

– Дядя, скажи. – Аксон очнулся от воспоминаний, Сюн опустил взгляд и пытался что-то спросить: – Ты не видел рядом с императором Лань? Она в порядке?

Лицо Хранителя потемнело. Он отвернулся в сторону и бросил со всей небрежностью:

– Я не видел её.

Сюн вышел из шатра Хранителя и горестно вздохнул. «Лань… пожалуйста, будь в порядке».

– Господин Сюнлин.

Сюн узнал голос Делии и тут же обернулся.

– Суан вернулся? – подался вперёд он.

– Не вернулся.

Повисло тяжёлое молчание. Занесённая рука Сюна так и застыла в воздухе.

– Может… среди раненых?

– Я обошла всех. Его нет среди них, – ответила Делия, и её голос звучал опустошённо.

Сюн начал лихорадочно соображать. Могли ли с поля боя принести не всех раненых? Может, кого-то пропустили или принесли позже?

– Можешь проверить ещё раз? Вдруг…

Делия кивнула без особой надежды.

Сюн провёл рукой по волосам и глубоко выдохнул. Сделал несколько шагов в одну сторону, потом в другую. Затем решил пойти на покинутое поле боя и поискать сам, но его настиг незнакомый голос.

– Вы второй князь Ванлинда Сюнлин?

Сюн присмотрелся к девушке перед собой. Где-то он уже видел эти песочные кудри.

– Вы не ошиблись. А вы?..

– Вторая княжна Лердэ – Элер.

Девушка сложила руки в приветственном жесте, и Сюн вспомнил, что видел её в день переговоров. Младшая дочь княгини, не музыкант.

–