Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

прутья, и молния тут же перекинулась с меча на него. Тело выгнулось, глаза закатились, и солдат рухнул замертво. Остальные опасливо попятились от искрящихся стен прочь. Разум затопила паника.

– Хех.

Тихий смешок разбил всеобщий страх и заставил обратить все взоры. Император уверенно шёл вперёд. Чёткий мерный стук его шагов отдавался тем же ритмом в сердцах людей, а глаза его блестели как речная галька.

– Держите щиты и смотрите, – сказал он непринуждённо.

Аилань тут же принялась играть «Воздушный щит». Эйсэй создал огненный. Солдаты хотели встать перед императором, но он прогнал, и они закрыли щитами принца с принцессой.

Земляная волна медленно распалась на песчинки, корабль плавно опустился на землю, и с его палубы соскочило несколько людей в одеждах разных княжеств.

Клетка замерцала ярче. За пределами щитов всё наполнилось оранжевыми и алыми языками пламени – красочными как поле ликорисов. Вода ручьями просочилась внутрь клетки между мерцающими прутьями. Послышалось шипение. Пространство наполнилось паром, вмиг обратилось тысячей острых кристаллов. Вспыхнул огненный щит – и лёд испарился. А молнии содрогнулись от удара плетью – мощного и неудержимого.

– Хотите убить меня молнией? Глупцы, которым отшибло память. Из какой магии, по-вашему, родилась новая стихия?

Вода и огонь. Сто двадцать лет назад супруги из Редаута и Шуйфэна играли друг для друга музыку своих стихий. Считалось, что вода и огонь несовместимы, но одна сочинённая мелодия опровергла веками устоявшийся догмат.

Пусть император не владел водой, в огне ему не было равных ни на этих равнинах, ни на всём континенте. Он мог управлять подземным огнём, как реками, и превращать их в клокотание смертоносных потоков. Мог одной мелодией разбудить и успокоить вулкан. Сделать огонь горячее молнии. Границы его возможностей были неизмеримы, и эта сила во всей своей мощи наконец вырвалась на свободу.

Клетку сотряс ещё один мощный удар, и она разломилась с диким треском. В один миг будто рухнули горы и разверзлась земля. Молнии искрами рассыпались под ногами и погасли. Огонь закрутился вверх спиральным столбом, словно несущийся поток воды, рухнул на врагов и разбился о двойной щит воздуха и земли, окатив всех волной силы.

Огонь рваным бархатом накрыл поле. На миг показалось, что здесь снова расцвели алые ликорисы, а ручьи шелестят полосами белого шёлка и ловят лучи рассветного солнца. Лишь на миг…

Вода не текла мирно к востоку. Она взметнулась к небу и обратилась плетью. Огненные всполохи зловеще блеснули на ледяном кончике. Поднялся горячий ветер и начал клонить огонь к земле, но тот уступил лишь на миг, чтобы в следующий взорваться пылающим фонтаном и использовать ветер врага для усиления. Земля загрохотала под ногами, камни воспарили вверх и градом полетели в противников. Молнии мерцающими копьями двигались так быстро, что невозможно уследить.

Сквозь слои света и тени, вспышки и пар невозможно было увидеть ни лиц противников, ни их числа. Фигуры стремительно носились в разных направлениях, их тени от огня и света плясали в ожесточённом танце. Силы стихий снова и снова сталкивались друг с другом, подобно двум встретившимся на одной горе повелителям. Казалось, их сила способна расколоть землю и перевернуть море.

Но на причудливом корабле прибыли не только музыканты, но и воины. Они скрестили оружие с солдатами Редаута. Особенно выделялся воин из Ирианда. Его стиль боя был размашистый, бесстрашный и властный. Каждый взмах саблей нёс в себе сотрясающую горы мощь и такую ярость, что трое солдат не могли с ним совладать.

Воин в светлой броне Ванлинда был силён и быстр настолько, что меч в его руках издавал свист и неуловимо расплывался в движении. Он сражался отважно и отчаянно, с каждым ударом его плечи не слабели, а, напротив, наливались силой. Мало кто смог бы выстоять перед ним один на один, но врагов было много.

«Эти воины явились сюда на смерть», – апатично подумала Аилань.

Справа раздался взрыв. Музыкантов, что сражались с императором, раскидало в разные стороны. На ногах устояло менее половины. Послышалась звонкая и острая мелодия флейты. Аилань узнала мотив – «Лезвие». Она поднесла к губам свою флейту, чтобы сыграть «Воздушный щит» и защитить императора. Просто потому, что с начала войны всегда это делала, находясь подле него. Но в тот миг туман сражения рассеялся, Аилань впервые смогла рассмотреть лица нападавших. И тот, кто играл музыку ветра был…

– Доброго пути, девочка. Не забывай, чему ты научилась здесь, и продолжай совершенствоваться.

– Конечно, учитель. Благодарю вас и старшую наставницу за всё.

– Хранитель Долины, – выдохнула Аилань, и рука с флейтой безвольно повисла вдоль тела, так и не проронив ни ноты.

Хранитель Аксон был всецело сосредоточен на битве с императором и не замечал никого вокруг. Он не успел доиграть «Лезвие», когда в него полетел огненный шар. Ещё три кометами преследовали других музыкантов. Император нарочно их разъединяет. Быстрыми короткими мелодиями он выигрывает себе время, чтобы подготовить более основательную атаку, и успешно сражается сразу с пятью музыкантами.

Заклинатель дерева использовал для боя остов корабля, но оказался бессилен против неистового пламени императора. Музыкант воды израсходовал всю воду, что принёс с собой, и старательно вычленял капли из иссушенного воздуха, но как заклинать воду, которой нет? Лишь метать ледяные осколки, что для императора сродни мошкаре. Совместная атака, которая сначала поражала неожиданностью и эффектностью, постепенно захлёбывалась.

Музыкант из Элдинга ещё держался на ногах. Фиолетовые плети сталкивались с огненным хлыстом, пока Хранитель Долины призывал тысячу воздушных лезвий. Но император Рейтан разбил их в воздухе. Только одно успело достичь цели и прорезать броню, лишь немного оцарапав его самого.

Это должно было бы остановить, хотя бы озадачить всемогущего императора, но Рейтан от вида собственной крови пришёл в ещё больший экстаз и с улыбкой снова припал к инструменту. Столь быстрое и техничное исполнение, что никто не успел его остановить, и вот уже над музыкантами словно нависло само солнце.

Аилань не знала, что делать. Голова опустела. На ум не приходила ни одна мелодия. Её взгляд метался от вспышек огня и молний к бою солдат. Что она может сделать? Как помочь? И самое главное… кому? Это мысль изрядно её удивила. Но так же нельзя! Надо что-то делать. Что угодно! Аилань поймала себя на мысли, что ей просто хочется убежать отсюда домой и спрятаться в своей комнате. Но оглянувшись назад, на сражение, которое кипело вокруг, поняла, никто не даст ей и эту малость.

Аилань мельком