Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

class="p1">Сюнлин не ответил, а молча вышел вперёд и начал играть «Призыв ветра». Однако, в отличие от большинства музыкантов Ванлинда, что использовали для магии местный ветер, Сюн снова призывал его с северо-запада, и ледяной ветер с горных хребтов и побережья Великого моря отзывался ему.

Воины и музыканты невольно поёжились от резкого холода. «Серебряный иней» стало играть легче, вода на поверхности земли перестала быстро испаряться. Все вместе они пересиливали ужасную ловушку огня, но не хватало ещё немного.

Сюн играл изо всех своих душевных сил. Несмотря на призываемый холод, капли пота медленно скатывались по шее. Глаза напряжённо всматривались вдаль, словно ждали чего-то. Маленького чуда. Восточного ветра с той стороны.

И вскоре оно пришло.

Сюн распахнул глаза и прекратил играть, губы дрогнули. «Что случилось?» – хотел спросить Вэйлин, но поражённо замолчал. Из-под ресниц Сюна скользнула слеза, губы тронула невесомая улыбка.

– Лань…

Сюн провёл рукавом по щеке и снова припал к флейте.

«Призыв» зазвучал с невероятной жизненной силой и мощью, словно приветственный крик птицы весной. Ветер устремился сквозь поле боя в поисках потерянного и вновь обретённого друга. Тёплый восточный ветер встретил его на середине радостным объятием.

Горячая и холодная воздушные массы столкнулись и породили влажный туман. На измученную огнём землю начал накрапывать дождь.

– «Призыв дождя»! Скорее! – крикнули друг другу музыканты Шуйфена.

В воздухе разлилась красивая мелодия, напоминающая шуршание дождя в кронах деревьев, звонкое падение капель на поверхность озера и журчание свежего родника в жаркий день.

Порождённый двумя ветрами дождь усилился и обратился ливнем, которого давно не видела эта земля. А ветры танцевали друг с другом над всеми в причудливых вихрях и воздушных завитках тумана. И пусть все вокруг считали их танец сражением, заклинатели, что призывали их, знали истинные чувства друг друга.

Пока вдруг восточный ветер с той стороны резко не замолк, растворился, будто невидимая сила оборвала его. Сюн тоже прекратил играть, сердце сжалось в тревоге. Лань, это же была ты? Где ты? Что случилось?

– Я должен убедиться, – пробормотал Сюн самому себе и рванул вперёд. С флейты сорвалась «Скорость ветра».

– Стой! Куда ты? – только и успел крикнуть Вэй.

Он цокнул языком и оглянулся. Ему сейчас нельзя покидать пост, на нём завязано всё командование. Аксон тоже занят музыкантами.

– Князь Вэйлин, позвольте мы пойдём за господином Сюнлином, – отозвались рядом голоса.

Стражи Лацуо и Уйнан, а также двое музыкантов из отряда Сюна смотрели на Вэя в ожидании приказа.

– А что вы на меня смотрите? – вскинулся Вэй. – Сюнлин – ваш господин и командир. Конечно, идите за ним. Всегда идите за ним. Защищайте это стихийное бедствие.

– Стихийное благословение, – тихо поправил музыкант Суан с улыбкой, подставив руку проливному дождю… и надеясь, что князь не услышал его комментарий.

Когда огонь земли стих, началось сражение. Раненых отправили в тыл, свежие силы заступили на их место и начали бой с войсками Редаута. Но в тумане, порождённом ветрами и дождевой завесой, сражение шло вслепую, поэтому обе стороны направляли войска осторожно и делали ставку на самостоятельные действия небольших отрядов.

Стражи отправились за Сюном по земле. Музыканты решили не разделяться с ними и действовать единым отрядом, чтобы пробиваться сквозь возможных врагов.

Когда Сюн перемахнул на вражескую половину поля, он перестал играть и дальше двигался своими силами. Не хотелось повторять ситуацию, когда он выскочил один прямо перед рядами врагов. Он изо всех сил напрягал слух и уходил в сторону, если где-то рядом звенело оружие. Сейчас ему нужно как можно скорее дойти до той стороны, не ввязываясь в сражения.

Однако на границе тумана звуки боя слышались по всей ширине поля. Должно быть, воины Союза прорывались вперёд и таки продавили первую линию обороны Редаута. Сюн рискнул сыграть «Парение» и подняться над полем. Его белые одежды сливались с облачной пеленой редеющего тумана, и его никто не заметил.

Сложнее всего приходилось людям слева. Оттуда слышались очень мощные звуки цитры, которые управляли огненными стрелами и порождали стены пламени. Но тонкий музыкальный слух различил, что это играл не император. Значит, Лань не там? Сюн ещё раз осмотрелся и понял, что вообще не представляет, где её искать. Слишком много чёрной формы, слишком шумно, чтобы услышать желанный звук одной единственной флейты.

Оставалось сделать первый шаг самому. Выпустить свой ветер и ждать, что на него откликнутся. Сюн приземлился между сражающимися так плавно, словно белый лебедь сел на поверхность пруда. Воины обеих сторон на миг замерли в замешательстве, и упустили момент, когда Сюн вызвал ветер. Солдаты в чёрно-красной форме заслонили лица руками и изо всех старались устоять на ногах. Это дало время начать творить воздушный щит.

Музыкант воды, что оказался поблизости, попытался обратил воду ледяными осколками и запустил в игравшего на цитре заклинателя, но тот увернулся, легко подхватил инструмент и наиграл быструю нарастающую мелодию. Звучало так, будто крошечный огонь перекинулся на гору хвороста и радостно вспыхнул.

Прямо перед Сюном выросла огненная стена. Если бы не щит, то по меньшей мере, подпалила бы ему одежду. Сверху тут же полетели стрелы – огненные и обычные. Они отскакивали от воздушного щита, будто он сотворён из железа. Сюн играл защиту, а музыканты воды и молний бросались атакующими мелодиями. За его спиной переводили дух солдаты. Из-за дыма и вспышек было трудно что-либо разглядеть. Сюн понял, что увяз здесь. Прекрати он играть, и эти люди останутся без защиты. Нужно дать им время встать и перейти к атаке. Использовать те мелодии, что написал сам.

Услышит ли его Лань? Придёт ли? Сюн только хотел её увидеть. Убедиться, что она жива и здорова. Почему её мелодия замолчала? Её ведь не ранили снова?

Грохот. Сюн почувствовал тяжёлый удар по щиту такой силы, будто его самого ударили под дых. Что-то прорывалось сверху. Это было похоже, как если бы его щит превратился в наковальню, по которой бьют молотом.

Когда дым и пыль рассеялись, Сюн увидел, что над зависло… солнце? Огромный огненный шар пестрел красными и оранжевыми всполохами, будто на его поверхности взрывалось тысяча маленьких песчинок и переливалось океаном пламени. И вся эта громада зависла прямо над ним, горячила щёки и кончик носа. «Солнце» снова ударилось о щит. Часть солдат попа́дали на землю. Сюн продолжил играть, но иссушенный воздух попал в горло и заставил откашляться, и в этот миг огненный шар пробился, разметав невесомый щит в клочья.

Никто