Читать книгу - "Мелодия огня и ветра. Том 2 - Акили"

– Таким юнцам не грозит дожить до старости.

Намекает ли Ошранд, что Вэйлин просто плохо закончит, или же это была простая, как бревно, угроза? Сейчас они союзники, но никто не сможет поручиться за будущее. Князь Венмин много лет сидел на троне и, как старое дерево, крепко держался за свою землю. Но сейчас его нет, и Ошранд вполне может решить, что Ванлинд слаб. Возможно, даже надеялся, что клинок ночного убийцы достигнет цели.

Они обменялись ещё несколькими фразами, балансируя на тонком лезвии дипломатичности. Когда со словесными расшаркиваниями и шпильками – столь традиционным началом каждого разговора при княжеском дворе – было покончено, Вэй наконец спросил:

– Чем обязан вашему визиту, князь?

Ошранд тоже не стал тянуть.

– Что вы собираетесь делать с пленником?

– Вы могли прислать слугу с этим вопросом, и я бы ответил: планировал устроить обмен с Редаутом на наших пленных.

– Я против. Всякое императорское отродье должно быть уничтожено.

– От него мёртвого толку не будет, а наши люди в плену ещё могут быть живы.

– Вы не знаете, живы ли они, но хотите отпустить врага, чтобы он снова на нас напал? Позволю себе заметить, что в карауле на воротах вчера стояли мои люди, и теперь они мертвы.

Вэй бы ни за что не поверил, что Ошранд печалится о гибели караульных. Лишь использует их смерти, чтобы набить цену себе.

– Я сочувствую их родным, князь Ошранд. Однако я предупреждал, что ночью на нас могут напасть. Ваши люди об этом знали и приняли меры предосторожности?

Ошранд не стал отвечать на вопрос и продолжал гнуть свою линию.

– Императорское отродье нужно казнить. Публично и показательно. Пусть поплатится за все свои преступления.

– Много ли у него преступлений? Принц – ещё совсем мальчишка, которого собственный отец отправил на смерть.

– Не говорите, что вам его жалко! – стукнул кулаком по столу Ошранд. – Разве ваш отец не погиб от рук их семьи?

– И он отомщён. – Вэй шумно звякнул чашкой о блюдце и тут же добавил уже спокойнее: – Айварс мёртв.

– Зато остальные живы, и я не успокоюсь, пока хоть один из них дышит.

– Это не вернёт вам сына, князь.

Глаза Ошранда угрожающе сузились. Это его действительно трогает. Но проявлял ли он такое же внимание к сыну, когда тот был жив? Ошранд, может и, сильный правитель, но отвратный отец, и это до ужаса роднит его с императором.

Прежде чем князь разразился гневным ответом, Вэй поднял руку и остановил:

– Прошу вас потише. Мой брат сейчас отдыхает. Пожалуйста, не тревожьте его. Что касается вашей просьбы о пленнике… – Ошранд передёрнул плечами, он не просил, а требовал, но Вэйлин обставил всё по-своему, – то я подниму этот вопрос на сегодняшнем совете. Выслушаем мнение всех княжеств. Полагаю, такой вариант вас устроит?

– Мальчишка. Если бы твоего брата сейчас не ранили, а убили, – Вэй невольно вздрогнул, – ты бы повторил свои слова?

Прежде чем Вэйлин успел ответить, Ошранд поднялся и быстрым шагом покинул шатёр.

Вэй сделал глубокий вдох и выдох, затем медленно поднялся из-за стола и отвёл занавеску. Сюн спал спокойно. Мелодия не навевала снов, и Вэй мог не бояться, что явь кошмаров настигнет брата во сне. И всё же… что он почувствует, когда проснётся?

9. Дождь, рождённый из двух ветров

На совете большинство согласилось с идеей Вэйлина устроить обмен пленными. Койден встал на сторону Шуйфена, Элдинг и Ирианд – Ванлинда, княгина Лердэ воздержалась. Сообщение об обмене было направлено в Обсидиановый дворец вместе с телами десятого принца и его спутников, и император прислал согласие. Местом обмена назначили бывшее поле боя, с которого только-только убрали мёртвых.

Несколько дней Вэйлин стерёг принца Олмира не столько от побега, сколько от людей Шуйфена, которых Ошранд мог послать убить его. Но князь проявил благоразумие и не стал идти против воли совета. Впрочем, если бы и пошёл, никто не смог бы ему ничего сделать, но в этом случае Ошранд показал бы себя человеком, который не уважает слово других княжеств.

Принц Олмир все дни сидел тихо и не разговаривал. Когда ему сказали, что его обменяют на пленных, только горько усмехнулся. Странная реакция на новость, что его не убьют, а отправят домой. Кажется, он совсем не верил в своё спасение.

В день обмена Союз выстроил позади свои войска, как и Редаут свои, готовые в любом момент начать сражение. Принца Олмира и ещё некоторых захваченных в ходе битв редаутских пленных выставили вперёд и окружили кольцом копий. Пленники были без доспехов, в обычной одежде, но в Редауте даже зимой не бывает снега, и местные жители носят только лёгкие плащи.

Принц Олмир стоял в своей чёрной одежде для вылазки, маска болталась позади и оттягивала нить к шее. То, что скрывало в ночи, средь бела дня выделяло и выглядело нелепо. Олмир и без того чувствовал себя приговорённым узником перед эшафотом. Даже если он вернётся домой, отец наверняка свяжет его горящим хлыстом, как когда-то Галена, и большая удача, если Олмир когда-нибудь после этого встанет. Больше смерти своих сыновей император не любил их провалы.

Олмир поднял голову и попытался разглядеть пленников на другой стороне. Слушая разговоры в лагере, он понял, что в плен попал стратег ириандского генерала, и они бы очень хотели его вернуть. Но Олмир различил впереди лишь кучку людей в одежде отличных от Редаута цветов, среди которых невозможно разглядеть конкретных… Однако его он узнал даже издалека.

Император прохаживался рядом со связанными пленниками, как охотник рядом с добычей, и совершенно не боялся вражеской армии перед собой. Подойди он чуть ближе, и его бы достал любой умелый лучник. Это вызвало пересуды в войске Союза. Их железное спокойствие тут же рухнуло. Многотысячная армия взволновалась, как растревоженное море. Офицеры и генералы призывали к спокойствию и тишине.

«Император действительно потрясающий, – с грустью подумал Олмир. – Одним своим видом так разбить монолитный боевой дух врага. Жаль, Иминг этого не видит».

Но это не шло ни в какое сравнение с тем, что император сделал после. Он подошёл к одному из пленников и вонзил меч ему в живот. Несчастный воин только и успел вскрикнуть и, завалившись вперёд, умереть. Император вот так просто убил заложника на глазах у всех. И это уже