Читать книгу - "Барбара - Йорген-Франц Якобсен"

обеих щеках выступило по красному пятнышку, и он ушел прочь, оскорбленный. Супруга проводила его взглядом, жуя. А затем вновь вернулась к другим пасторшам.

А в зале г-н Андерс пустился в бурную дискуссию с г-ном Поулем. Он схватил его за складки пасторского облачения и потащил к одному из окон. Выражение лица у него было властным, глаза под кустистыми бровями – голубые и острые.

– Да-да, ведь и я побывал в вашем положении, – говорил г-н Андерс. – Я, как вам наверняка известно, когда-то был обручен с Барбарой… Барбарой г-на Нильса, так что мне знакомо то, о чем я говорю.

– Да, я знаю, – коротко и почтительно ответил г-н Поуль.

– Я ожидаю, что вы не воспримете дурно, что я буду говорить с вами как человек, у которого и возраст, и опыт больше вашего, – пробст откашлялся, – и как ваш начальник.

Г-н Поуль склонил голову.

– Словом, я обращаюсь к вам fraterne[50], но в то же время и serio[51], и наисерьезнейшим образом призываю вас обдумать шаг, который вы намереваетесь совершить.

Г-н Поуль поднял глаза.

– Я целое лето обдумывал его наисерьезнейшим образом, – ответил он. Его голос дрожал и, казалось, вот-вот готов был сорваться.

– Да, и мне однажды тоже пришлось обдумать это дело, – сказал пробст. – И я не пожалел о выводе, к которому пришел я.

Г-ну Поулю стало не по себе от чрезвычайно пристальных голубых глаз пробста. Его мысли на миг невзначай коснулись пробстовой супруги, которую он мельком видел с утра: она была толста, востроноса и обладала визгливым голосом. Он и сам удивился, что его сознание в такой серьезный миг способно на такие проказы, и едва не улыбнулся. Ему вдруг вспомнились годы учебы и ректор, и эти голубые глаза по-прежнему производили на него неприятное впечатление. Но все-таки ему надо было придумать какой-нибудь ответ. Наконец он сказал:

– Я не могу, а равно и не желаю нарушать данное мною слово.

– Вот оно что, – заметил пробст и отвел свой взгляд.

Г-н Поуль был буквально потрясен, какое сильное впечатление произвел его ответ. Он чувствовал себя примерно так, будто солгал и теперь стыдится – сам не зная, отчего.

– Вот как, – повторил пробст. Он слегка растерялся, но все же было заметно, что из седла он не выбит. Через некоторое время он задал вопрос: – Вы уверены в том, что та женщина, с которой вы намереваетесь обвенчаться, относится к своим обещаниям так же серьезно, как вы к своим?

Г-н Поуль внезапно подумал, что этот вопрос должен был бы рассердить его – но этого не случилось. Он был не в силах выказать даже наигранный гнев. Он просто произнес:

– Я знаю, что намерения Барбары очень, очень серьезны. Но, разумеется, она жалкий человек, и это мне тоже известно.

Пробст ничего не ответил. Лишь направил на г-на Поуля взгляд своих голубых глаз, от которого становилось не по себе.

– Но, может, мне будет дозволено хоть немного уповать на Господа, – неожиданно добавил г-н Поуль.

Пробст снова отвел взгляд, и г-на Поуля опять охватил стыд. Но тут пробст выпрямился и властным тоном произнес:

– Нет, знаете что́! Не воображайте себе, будто Господу будет охота приложить руку к вашему проклятому риску собой и вашим священным призванием в браке, который… который… Да вы никак совсем рехнулись?!

– Я знаю, что это дело рискованное, – ответил г-н Поуль, – и мне прекрасно известно, что Барбара… что она грешница… конечно…

Он вдруг поймал себя на том, что чертит пальцем по оконному стеклу, но оно было чистым и почти не запотевшим.

– Ну ладно, – продолжил он более спокойным тоном, – не будем забывать, что и сам Господь не чуждался общения с грешницами, и…

– Да, но он же на них не женился! – воскликнул пробст.

– Разумеется, нет, он вообще ни на ком не женился, то есть он жених для всех грешниц, а коли так, то нам, людям, и подавно возбраняется чураться… Я хочу сказать, что надо остерегаться всяческого фарисейства.

– Гм, – пробст пару раз кивнул. – Может быть, вы женитесь на ней ради ее грехов?

– Я уповаю на Господа, что это станет благословением.

– Ах, вот как. Но все-таки вы намереваетесь вступить не в платонический, то есть чисто духовный брак?

В голосе пробста явственно читалась насмешка. Г-н Поуль поспешил ответить:

– Видит Бог, нет, ведь мы оба всего лишь жалкие грешные люди. Но все в руце Божией.

– Ей-богу, нет, – запальчиво сказал пробст. – Я хочу сказать… – поправился он и выкрикнул: – Не искушай Господа Бога твоего!

– Ах, так это и есть тот самый молодой человек!

Это подошел г-н Северин. Он отвесил мощный удар по плечу г-на Поуля, издал долгий астматический кашель, а затем разразился шумным смехом:

– Да что вы говорите: он искушает Господа? Он – и искушает Господа? А может, это его самого тут немного поискушали, а? А? А? Ева-то со змием, а? Берегись змия! Жениться на ней? Безрассудство, любезный друг, скажу я вам, чистое безрассудство. Нет, берите-ка пример с пробста, он оказался для нее слишком хитер, он… я хочу сказать, слишком умен…

Г-н Северин перешел к пробсту и теперь уже хлопал по плечу его:

– Ей-богу, он показал, что разбирается в женщинах получше. Супруга-то пробстова!

Г-н Северин совсем запыхался и зашелся в долгом приступе кашля.

– Скажу я вам… Здесь пахнет… ей-богу!.. шоколадом пахнет, правда?

Он огляделся кругом, сияя от счастья.

– Моя супруга… – произнес г-н Венсель сдержанно и торжественно.

– О, вот это я понимаю, это и есть пасторское братство! – воскликнул г-н Северин, потирая руки.

– Да, да, – ответил пробст, посылая ему строгий взгляд, – но до шоколада мы еще не дошли. Есть пара вещей…

Он подошел к г-ну Венселю и завел с ним разговор, и было заметно, что торсхавнский пастор обрел в этом утешение. До сих пор он был в этом собрании весьма одинок.

– «Веры редкостный самоцвет»! – вдруг раздался голос г-на Кристиана. Он осторожно гладил руками книгу, которую только что извлек из кармана. – Вам она знакома?

Г-н Маркус близоруко уставился на корешок книги. «Ханс Адольф Брорсон» – медленно прочел он.

– Нет, – ответил он равнодушно, – незнакома. А вот смотрите-ка, – продолжил он и добавил: – Видите ли, те два гюллена земли, они же находятся в Депиле[52], прямо в вашем приходе, и если бы вы могли…

– Что я слышу? – вскричал г-н Северин. – Бог ты мой! Дражайший коллега приобрел земельные угодья аж на Северных островах?

– Всего два гюллена, – ответил г-н Маркус. – Прямо скажем, не бог весть какое поместье. Но это лучше, чем ничего, гораздо лучше, чем ничего, – и он бросил взгляд на