Читать книгу - "Аукционист - Джоан Сэмсон"

– Да пусть бегает, – отозвалась Ма. – Что с ней здесь может случиться?

Ма не появлялась в городе с того самого дня, когда они были на службе. Теперь она то и дело узнавала кого-нибудь, вспоминала, расспрашивала про других. Время от времени кто-нибудь наклонялся к ней, чтобы шепотом справиться о ее здоровье. Людей, казалось, утешало ее присутствие. Ма сидела прямо, с достоинством.

– Все пришли, – сказала она. – Как в старые времена.

Мими кивнула.

– Что бы они ни задумали – мы не одни.

На фоне притихших взрослых детские голоса звучали особенно пронзительно. Уолтер Френч подошел к своим детям и усадил их на места сбоку, искоса поглядывая на заднюю дверь.

Мими повернула голову – посмотреть, что там. У входа стоял полицейский при полном параде: в темно-синей форме, голубой рубашке, фуражка, значок.

Джон усмехнулся.

– Рэд Маджетт вырядился. У Бобби ума было побольше.

Мими снова глянула на полицейского. Он слегка покачивался с пятки на носок и жевал жвачку. Она подскочила со своего места, выбежала в проход, чтобы догнать Хильди.

Когда Хильди оказалась у нее на коленях, Мими вдруг почувствовала силу в теле. Она еще могла бежать. Казалось, она и сейчас смогла бы мчаться без остановки, далеко, подальше от всего. В юности, когда она только познакомилась с Джоном, она часто бегала – через поле, по лесу, вокруг пруда. Помнила, как охотно слушались мышцы. Где-то в глубине души она всегда знала, что все закончится именно так: старая женщина, ребенок, Джон и его земля пригвоздят ее к этому месту, как оленью шкуру, натянутую на стене. И все же она всегда возвращалась.

Маджетт стремительно взбежал по ступеням на сцену, посмотрел из стороны в сторону. Он встал точно по центру сцены, в том месте, где смыкался тяжелый бордовый занавес, прямо под большим гипсовым гербом города. Этот герб в свое время подарил городу дед Линдена, еще тогда, когда его лавка процветала и он был одним из самых состоятельных людей в Харлоу. Слева от Маджетта стоял американский флаг, справа – флаг Нью-Гэмпшира.

Он обвел зал холодным взглядом. В наступившей тишине не было слышно даже скрипа стульев. Мими вдруг заметила Перли Дансмора: он сидел тремя рядами впереди них, справа. Сидел неподвижно, как и остальные, и смотрел на Маджетта спокойно, почти отрешенно, словно следил за происходящим на экране.

Когда Маджетт заговорил, все почувствовали, что перед ними уже не бывший сосед и одноклассник, а суровый коп – резкий, безликий, холодный – типаж, до боли знакомый всем по старым полицейским фильмам.

– Полиция Харлоу созвала это экстренное городское собрание, потому что в нашем городе орудует поджигатель, – произнес он хорошо поставленным дикторским голосом.

Его обычная легкая гнусавость и торопливая манера говорить исчезли без следа.

– Мы намерены его поймать, но нам потребуется ваша помощь.

Джон неловко заерзал на стуле. Мими предостерегающе покосилась на него.

– Для начала, – сказал Маджетт, – прошу всех соблюдать правило: после захода солнца оставайтесь дома. Так все смогут спать спокойно – по крайней мере, те, кто не на дежурстве. Если мы застанем кого-то на расстоянии более пятидесяти ярдов от дома в темное время суток, будем считать, что он замышляет недоброе. Пока не прекратятся пожары, думаю, всем не до развлечений. Так что просто оставайтесь дома. Каждый вечер кто-то из нас будет обходить дома – проверять, всё ли в порядке, все ли на месте.

Он замолчал и, медленно жуя жвачку, оглядел собравшихся. Пробежал глазами по залу, задержавшись на знакомых лицах помощников шерифа.

– Второе. Мы будем отслеживать, кто въезжает и выезжает из Харлоу. Поставим посты, все семь дорог будут под контролем. Постарайтесь не покидать город без необходимости. Если вам нужно уехать – предупредите заранее, чтобы мы знали, кого ждать. Хотя, по правде говоря, не понимаю, зачем вообще вам куда-то ездить. В лавке Линдена, как вы знаете, есть почти все, что нужно.

Он помолчал, словно давая всем время осмыслить сказанное. Люди молчали, никто даже не шелохнулся.

– Так что вот такие меры, – сказал он, уже почти обычным тоном. – А чтобы показать серьезность наших намерений, у Перли есть подарок для города. Так что…

Он нахмурился и кивнул Перли.

Аукционист поднялся со своего места и начал боком протискиваться к проходу, извиняясь и задевая чужие колени. На нем была простая рабочая куртка цвета хаки. Дикси легко и чинно семенила за ним по пятам. Поднявшись по ступенькам, Перли занял место в центре сцены. Собака, покружившись, легла у его ног. Маджетт отошел в сторону и встал под американским флагом.

Перли нахмурился, всматриваясь в зал.

– Некоторые из вас пали так низко, что поджигают родной город, – строго произнес он.

Его голос заставил всех невольно выпрямиться. Перли медленно оглядывал лица, будто надеясь, что на каком-нибудь из них отразится нужная ему степень вины.

– Так ведь, Пол?

Пол Дженесс осторожно спустил ребенка с колен на пол. Прищурившись, посмотрел на Перли своими близко посаженными глазами. У Дженесса было одиннадцать детей. Он зарабатывал на жизнь тем, что следил за городской свалкой и подбирал то, что еще можно было использовать.

– Я спросил: «Так ведь, Пол?»

Дженесс открыл было рот, но так ничего и не сказал.

– Я знаю, всем нам было тяжело! – воскликнул Перли. – Но мы живем в век перемен, самых стремительных за всю историю. Я всего лишь хочу направить эти перемены в нужное русло. Сделать их полезными для всех нас. И я, между прочим, горжусь тем, чего уже добился. Начало положено – хорошее начало!

Перли сжал кулак и с силой ударил по ладони.

– Но с каких это пор жители Харлоу так дорожат своим покоем? С каких пор жители Харлоу боятся трудностей? С каких пор?

С каждым словом голос Перли становился все громче и глубже.

– А кое-кто и вовсе сбежал. Ну что ж, к черту их! Раз уж им так мало надо, значит, и они нам не нужны. Верно, Фрэнк?

Он указал пальцем на Фрэнка Лавлейса, коренастого человека, который до аукционов был довольно успешным фермером. Лавлейс, человек не слишком разговорчивый, заерзал на сиденье, поджал губы и нервно сглотнул.

– А теперь это безумие! – Голос Перли разнесся по всему залу. – Это безрассудство! Это помешательство!

Он покачал головой, словно отгоняя видения, и впился взглядом в толпу, так что люди начали отводить глаза.

Он достал из нагрудного кармана пачку купюр.

– Тут три тысячи долларов.

Перли поднял деньги повыше, чтобы все могли разглядеть сотенные банкноты.

– Три тысячи, – повторил он, оглядывая зал. – Кто-нибудь проходил мимо вашего дома в неурочный час? От кого-то пахло в последнее время бензином? Кто-то в вашей семье вел себя странно на этой неделе?

Перли задержал взгляд на ярко накрашенной женщине, которая сидела рядом с мужем – ему недавно отрезали ногу после несчастного