Читать книгу - "Аукционист - Джоан Сэмсон"

– Отойди от витрины, Хильди, – попросила Фанни.

Она сидела на высоком табурете за прилавком так неподвижно, что казалось, будто голос звучит в темной лавке сам по себе.

Мими забрала ребенка от витрины. У нее была заготовлена фраза для начала разговора, словно первая реплика в спектакле.

– Ну и погодка для декабря. Грех жаловаться.

Стараясь выглядеть как можно естественнее, Мими подошла к холодильнику и достала галлон молока в стеклянной бутылке. «Молочная ферма Палверс». Может, молоко от ее собственных коров. Она поставила бутылку на потертый сосновый прилавок.

– Это все?

– Нет. Еще мне нужна мука, – сказала Мими.

– Собираетесь в путешествие? – Фанни кивнула на крышу грузовика.

– Подумываем об этом, – ответила Мими.

– А про погоду не знаю. – Фанни записала на обороте бумажного пакета доллар и сорок один цент за молоко. – Хороший снег – и с этими пожарами будет покончено.

Мими достала пакет с нижней полки и обнаружила, что это сахар, а не мука. Она наклонилась, чтобы вернуть его на место.

– Если, конечно, хочешь, чтобы с ними было покончено, – добавила Фанни.

Мими обернулась, чувствуя, как движения становятся вялыми, будто она отвечает с запозданием, и гадая, не выдала ли она уже Джона.

– С пожарами?

– Ага, – подтвердила Фанни. – Этот год как на беду. Все одно к одному, и все – прямо нарочно не придумаешь.

– Был пожар? – спросила Мими, стоя у прилавка и протягивая три помятые долларовые купюры.

Хильди хныкала и тянула ее за руку, пытаясь утащить к витрине с конфетами.

– Хочешь сказать, что не слышала? – сказала Фанни.

Мими покачала головой.

– Прекрати, Хильди. – Фанни протянула девочке батончик «Марс» в помятой обертке с жирными пятнами. – Эти уже подсохли малость. Так что давай без капризов, ладно?

Она повернулась к Мими и взяла деньги.

– Вот что бывает, когда ребенок один в семье. Всегда боишься строгость проявить, когда он у тебя один-единственный. Бережешь как сокровище.

– А что с пожаром? – тихо спросила Мими.

– Пожар был у Горов.

– У Горов?!

– Ага. Странная история. Дом сгорел дотла, а старому амбару хоть бы что. Удачное место, ничего не скажешь – амбар у Тоби как заколдованный.

– Никто не пострадал?

– Так сразу и не скажешь.

Мими взяла сдачу, не считая, – даже не посмотрела, взяла ли Фанни деньги за батончик. Она уставилась на лавочницу в изумлении. Та усмехнулась:

– Сначала думали, Боба зажарило заживо, потому что найти его нигде не могли. А потом заметили, что его модный новенький грузовик с мигалкой тоже исчез. А старика его нашли в амбаре, он просто взял одеяло и перебрался туда. Вся его жизнь – коровы, только о них и думал всегда. Вот увидишь, этот амбар на него рухнет при первом настоящем снеге.

Мими замялась, пытаясь подобрать слова.

– В его возрасте тяжело одному жить, – сказала она наконец.

Фанни пожала плечами.

– Думаешь, Бобби приедет обратно? Похоже, старик все-таки сядет на шею городку. Девятнадцать детей – и ни один ни на что не годен.

Мими слабо улыбнулась.

– А может, аукционист ему поможет. Как по-моему – обязан помочь.

Мими стояла у прилавка, пытаясь сообразить, как пожар Джона мог добраться до дома Горов? Она задумалась, и пауза затянулась слишком надолго.

– Ну, наверное, – пробормотала она. – Не повезло.

Фанни недобро посмотрела и придвинула к ней через прилавок бумажный пакет с молоком и мукой.

– Аж сердце разрывается, правда, милая?

У Мими внутри все оборвалось. Она взяла пакет одной рукой, а другой подтолкнула Хильди к выходу.

– Точно говорю, какой-то поджигатель завелся, – добавила Фанни. – Вон, прошлой ночью чуть всю Центральную площадь не спалил.

Мими обернулась.

– Что?

– Что слышала. Там, чуть выше, за домом Маджетта. Или хочешь сказать, ты не туда таращилась когда сидела в грузовике?

Мими снова посмотрела на Фанни и не нашлась, что сказать. На улице она остановилась у бензоколонки и в открытую уставилась на обугленные остовы деревьев, торчащие на склоне за домом Маджетта.

Поздно ночью, когда Хильди уже спала, Мими присела за стол с кружкой березового чая.

– Нам пора уходить. Завтра уже четверг.

– Всю жизнь рядом с лесами прожил – ни разу не видел лесного пожара, – сказал Джон. – Помнишь, как Бар-Харбор горел? Нас тогда в школьном кружке все пугали: мол, берегитесь огня, будто мы только и ждали случая, чтобы лес подпалить.

Он вытащил нож, ободрал кору с кленовой ветки и несколько раз ткнул ножом столешницу, оставляя на ней мелкие зарубки.

– Лесной пожар… Я думал, он сжирает дома, как щепки. Думал, он налетает…

– Джон! – перебила Мими. – Завтра четверг. В крайнем случае они заберут грузовик. Подумай об этом!

Джон рассеянно посмотрел на нее, будто не слыша, и продолжил:

– У Гора сейчас и собак-то нет. Никто их не предупредит…

Лесси, решив, что ее зовут, с трудом поднялась на ноги и, виляя хвостом, подошла к столу. Джон не обратил на нее никакого внимания.

– Джон, – вдруг спросила Мими, понизив голос и наклонившись ближе, – второй – тоже твоих рук дело?

– Что за вопрос, Мириам! – резко сказала Ма. – Разве ты не спала с ним рядом в ту ночь?

– Но, Джон, если они решат, что ты устроил первый поджог, свалят на тебя и то, что сгорело у Гора. Могут прийти уже завтра. Даже не за грузовиком – за тобой.

Джон встал, подошел к двери и уставился в темноту.

– Я поджигал только раз, и то не разгорелось. Но, может, подал кому-то идею. У многих с Гором были свои счеты.

– Сядь, ради бога! – воскликнула Мими, сама подскочила и опять села обратно. – Тебя видно как на ладони. Жаль, что у нас нет занавесок.

Она спрятала лицо в ладони.

– А я, по правде сказать, лучше уж сгорю в своей постели, чем пойду скитаться как бродяга, – сказала Ма.

– Мы как раз и собирались взять твою постель, Ма. Подушки точно. Джон, ну почему мы не можем уехать? Прямо сейчас. Сегодня ночью.

Джон не слушал ее. Глаза его блестели, он сосредоточенно строгал щепку.

– Джон! – закричала Мими. – Господи помилуй! Вы оба будто с ума сошли. Завтра грузовик заберут, и тогда мы окажемся в ловушке. В ловушке! А вы все сидите, как будто у нас куча времени.

Джон швырнул нож на стол и снова поднялся.

– Мы уедем, а он скажет: «Гляньте-ка, Муры драпают. Значит, это они». Перли и дела нет, кто виноват, ему только крайнего найти.

– Но если мы уедем… – начала Мими.

– Как далеко, по-твоему, мы уедем на этой развалюхе в таком виде? Повезет, если до Поултона дотянем.

– Если уж Перли решил все свалить на Муров, – сказала Ма, – я бы предпочла, чтобы он застал нас дома, а не в бегах, как каких-то бродяг.

Мими с грохотом поставила чашку на стол – чай выплеснулся через край, оставляя темные пятна.

– А как же Хильди?! – закричала она. – Вы просто сидите и ждете, хотя сами знаете: рано или поздно… за ней придут.

Она уткнулась лбом в прохладную столешницу.

– С грузовиком у нас хотя бы был шанс.

Всю ночь