Читать книгу - "Аукционист - Джоан Сэмсон"

Лицо Мими застыло от изумления. Она почувствовала, как Джон напрягся, словно внутри него сжалась пружина, а затем медленно распрямился, глубоко вдохнув.

– Убирайтесь с моей земли! – рявкнул он, сделав шаг к женщине. – Я сверну его проклятую шею, если кто еще сюда сунется!

– Батюшки, – пробормотала она, пятясь к машине и захлопывая за собой дверь.

Ее муж судорожно завел двигатель. «Додж» рванул с места, развернулся и, подпрыгивая на ухабах, умчался обратно вверх по дороге.

Джон метался по кухне, словно зверь в клетке. Хильди забилась в угол с одеялом и сосала большой палец. Ма сидела в кресле, дрожа от холода, и никто на нее не обращал внимания. Мими, твердо решившая, что они должны уезжать – что теперь нет ничего важнее, – молча перебирала и перекладывала вещи, стараясь упаковать их так, чтобы за две минуты погрузить все в грузовик, едва Джон подаст знак к отъезду.

Рев бульдозера заполнял дом. Разговаривали приглушенно – голоса будто доносились откуда-то издалека. Они видели, что деревья у края пруда гнулись и выпрямлялись под порывами ветра, но сам ветер был слышен только в коротких передышках между натужными рывками машины.

Около десяти часов во двор въехал грузовик, появившийся на фоне остального грохота почти что бесшумно. Мими прижала Хильди к себе – и вдруг замерла. В машине был только Микки Когсвелл.

– Он бы не стал… – прошептала она.

Джон положил нож на стол и вышел. Мими посадила Хильди в кресло рядом с Ма.

– Молчи, слышишь? Ни звука.

Хильди уткнулась лицом в колени бабушки.

– Хватит мне указывать. Я и так знаю, – прошептала она в складки халата Ма.

Когсвелл не выходил из грузовика, только открыл дверцу и ждал. Одежда и лицо у него были перепачканы сажей. Морщины залегли темными бороздами, глаза налились красным.

– Господи, что такое… – спросила Мими, подходя ближе.

И тут же уловила запах гари. Когсвелл покачал головой.

– Бог его знает. Город горит. Мы пытались сбить огонь у Сонни Пайка. Мало того что в него стреляли, так еще сорок акров соснового леса сгорело, и амбар зацепило. Похоже, и дом не спасти. А у Пулвера – я как раз проезжал мимо – пламя уже через крышу прет. Они поливали дом, но он пристроен к амбару, и ветер совсем не туда дует.

Он провел рукой по лицу, размазывая сажу по щекам. Бульдозер за их спинами снова взвыл. Когсвелл кивнул в сторону будьдозера.

– Перли прислал?

Джон кивнул, скрестив руки на груди.

– Даже не дождался…

– Мы никуда не уедем, – сказал Джон. – Я тебе уже говорил.

Когсвелл посмотрел на него. Его глаза – голубые, усталые – вдруг стали четкими, как будто вынырнули из тумана.

– Я вот только понять не могу, – сказал Джон, – ты-то тут зачем? Там же твои дружки-полицейские в такой беде, разве нет?

– Там приехали пожарные из Поултона, и из Бэбилона, и из Уокера. Беда в том, что участок Уорда – тот, что продали на делянки, – он тоже горит. И сразу в нескольких местах. А это на другом конце города. Это уже перебор. Мы с Джеймсом, Стоуном и еще парой ребят, у кого дома под угрозой, просто сели и уехали. Сонни там бегал, орал, чтобы мы остались. А у меня перед глазами – свои сухие поля. Половина даже не скошена. Некоторые из Поултона тоже плюнули и уехали. Начали спорить – чей это вообще город и зачем им тут за кого-то рисковать. А огонь уже лезет вверх по склону, деревья сворачивает, как бумагу, и идет к дому Дженессов.

Джон слушал молча, с мрачным лицом. Когсвелл провел рукой по волосам.

– Если я трижды выстрелю из ружья, придешь на подмогу?

Он взглянул на Мими, перевел взгляд на Джона.

– Слушай, – сказал он, сглотнув, – я знаю, что это ваши устраивают пожары. И не говорю, что наши этого не заслужили, но неужели из-за этого мы с тобой должны враждовать?

Он потянулся к Джону и тронул его за рукав.

– Скажи, Джонни, что мне делать? Пожарных больше нет. Никто не приедет.

Джон посмотрел вверх по дороге, туда, откуда доносился рев бульдозера.

– Значит, полгорода горит, – медленно произнес он.

Когсвелл устало забрался в кабину.

– Может, ты прав, Джонни. – Он захлопнул дверцу. – Никто из нас не стоит того, чтобы дожить до утра.

Он тронулся. Мими кинулась к грузовику, распахнула дверцу, побежала рядом.

– Почему вы все не уедете отсюда, Микки? – прокричала она.

– Не могу, Мими, – сказал он, притормаживая. – Агнес все спрашивает, я уже с ума схожу. Но не могу. Ну как я уеду? Это ведь все равно что сдаться. Все равно что погибнуть – только другим способом.

Джон крепко сжал руку Когсвелла.

– Слышишь, как там наверху рубят мой лес? – спросил он. – Думаешь, сможешь с этим что-нибудь сделать?

Когсвелл замер, ошеломленный. Потом нащупал кобуру, глубоко вздохнул.

– Смогу. Наверное, смогу. Во всяком случае, попробую.

И вместо того чтобы ехать домой, он развернулся и поехал в другую сторону, вверх по склону, к бульдозеру. Джон и Мими остались стоять во дворе. Бульдозер замолчал почти сразу. Выстрелов не было, а голоса они не могли различить на таком расстоянии. Вскоре мощный мотор снова завелся, загудел, но уже удаляясь.

Мими посмотрела на Джона.

– За час управились.

– На этот раз, – сказал Джон.

Микки проехал мимо с улыбкой. Джон крикнул ему в ответ что-то ободряющее.

Ветер кружил у трубы, с воем соскальзывая с крутого ската крыши. Он бился в двери и пытался сорвать с окон пленку. В бывшей комнате Хильди понемногу падали на пол крошечные осколки стекла из края пулевого отверстия. Остаток дня прошел как в тумане, к Мурам больше никто не заезжал.

– Четверг прошел, – сказала Мими вечером в спальне, – а от Перли никого не было, кроме бульдозера.

– Пожары пока их отвлекают, – отозвался Джон. – Но можешь не сомневаться, Перли прикидывает, как бы нас всех прикончить – так или эдак. И тех, кто на его стороне, тоже. Чтобы остаться одному и распродать опустевший город.

Холод пробирал до костей, и они уложили Хильди к себе в постель, укрыв всеми одеялами. Ночь прошла почти без сна, в мучительном ожидании утра. Наконец сквозь морозные узоры на окнах забрезжил рассвет. Серые облака, словно комья пыли, неслись по мертвенно-бледному утреннему небу.

– Там, в горах, снег. Надо уходить сейчас, пока не завалило.

– В кузове будет холодно, как в колодце, – сказал Джон.

– Купим печку в Конкорде. Ты сам говорил, он всех похоронит, а мы первые у него на пути.

Она посмотрела на него умоляюще.

– Джонни, пожалуйста.

Джон молча поднялся, натянул комбинезон, куртку и спустился вниз, чтобы растопить печь. После завтрака он взял в руки палочку и нож. Хильди пристроилась рядом и, не шевелясь, наблюдала, как одна за другой отлетают стружки и палочка тает в его руках.

Мими накинула куртку и пошла за водой