Читать книгу - "Аукционист - Джоан Сэмсон"

но все равно забирает все призы за учебу. Вот скалится над своей гончей, что харкает кровью во дворе школы. Вот Маджетт на аукционе – с пистолетом на боку и молоденькой женой с голодными глазами. Маджетт собирает молоток, ножовку, щетку, совок, грабли, косу, тяпки – все, без чего самое обычное дело становится невозможным. Маджетт забирает гаечные ключи, нужные для ремонта грузовика, банку с дегтем, приготовленную, чтобы залатать крышу на кухне, – и с грохотом швыряет их в кузов грузовика. Маджетт сбивает с ног старенькую Ма ее же собственным телевизором.

Они не должны были доверять Перли. Он был чужак с хорошо подвешенным языком, и им следовало быть настороже. А Маджетт был один из них. Он должен был быть одним из них. И дом Маджетта стоял ближе всего к тем соснам, которые Джон уже наметил.

Джон решительно прибавил шагу. Правая нога наконец согрелась, под рубашкой и охотничьей курткой проступил пот. Несмотря на заросли, тяжесть канистры и груз задуманного, он чувствовал себя свободнее, чем за все последние месяцы. Дело было уже не в том, чтобы добиться чего-то конкретного. Стало предельно ясно: он должен был сделать хоть что-нибудь. Он не мог позволить, чтобы его просто так вытеснили – и он исчез, как будто его никогда и не было.

Джон понял, что вошел в сосновую рощу: ветер по-особому шумел в ветвях деревьев, звуки шагов смягчала подушка опавшей хвои, в воздухе чувствовался терпкий аромат смолы. Ветер дул ему в спину так сильно, что заглушал рокот автомобилей с тридцать седьмого шоссе, так что огни домов возникли перед Джоном внезапно.

Он стоял шагах в тридцати от дома Маджетта, разглядывая его сквозь сосны и заброшенный яблоневый сад. Хотя было уже около одиннадцати вечера, во всех окнах ярко горел свет, а прожектор под крышей отбрасывал в лес длинную полосу света.

Слева виднелся дом Джеймсов, слишком большой для Иэна Джеймса, его жены и их единственного взрослого сына. В пристройке, скорее всего на кухне, горел свет – наверное, сын смотрел телевизор. Дом проступал из темноты, серый и высохший, словно обломок бревна, выброшенный морем на берег.

Справа темнел дом Аделины Файет. Хозяйка скорее всего уже легла спать. За печной трубой угадывались бледные очертания башни старого амбара Фоукса. Джон замер, прислушиваясь. Когда ветер стихал, до него долетали отзвуки города: где-то гудел мотор, хлопала дверь, мяукала кошка.

Джон опустил канистру на землю. Нужно было выжечь полосу в сотню футов, и он плохо себе представлял, во что ввязался. Он медлил, сомневаясь, что вообще справится. Сначала собирал сухие ветки с земли, складывая их в большую кучу, – довольно быстро она поднялась ему по пояс, а потом еще выше. Привычный ритм работы возвращал уверенность в своих силах. Он сломал несколько веток с молодой сосенки, сгреб ими хвою и набросал сверху. Оставив импровизированные грабли на видном месте, Джон ушел дальше в лес за новыми сучьями. Нагибался, выпрямлялся, снова и снова – будто сгребал сено, таскал воду или рубил дрова. Усталость отступила, и он поверил, что успеет закончить этот странный костер вовремя, как всегда успевал сложить сено в амбар до первых заморозков.

Ветер то налетал яростными порывами, срываясь вниз по склону к Центральной площади, то вдруг затихал, оставляя Джона в полной тишине. В такие мгновения падение каждой ветки казалось оглушительным грохотом. Джон замирал и, затаив дыхание, ждал возвращения ветра. Где-то залаяла собака. Когда ветер стихал, лай становился отчетливей. Джон прислушался, резко обернулся в сторону дома Маджетта. Из приоткрытой двери выскочил белый хаски. В холодном свете прожектора гладкая шерсть пса переливалась серебром. Тут же в доме погас свет, отключился прожектор, скрипнула дверь, и в темном проеме Джон скорее почувствовал, чем разглядел Маджетта с винтовкой в руках. Огромный пес – белый, как привидение, – носился по поляне с отчаянным лаем, бросаясь от дома к лесу и обратно.

– Кинг! Кинг, ко мне! – послышался голос Маджетта. – Что там, мальчик? Взять! Фас!

Пес не умолкал. Ветер нес запах Джона в его сторону.

Джон вытащил нож и фонарик. Он знал, что, если побежать сейчас, Маджетт его услышит. Канистра с бензином стояла на виду, ярким пятном краснея в свете полумесяца. Пес становился все смелее, подбегая так близко, что Джон мог разглядеть темные отметины по бокам его морды.

Маджетт осторожно продвигался по двору, его темная фигура четко выделялась на фоне желтого дома. Джон пригнулся, наблюдая сквозь нагроможденные ветки. Он подумал, что зря не купил на последние деньги пистолет. Маджетт был удобной мишенью, когда шел вот так, вглядываясь в лес через прицел винтовки и медленно, но неуклонно приближаясь к Джону.

Вдруг Маджетт опустил ствол и схватил собаку за ошейник.

– Черт тебя подери, Кинг, – сказал он. – Дурацкий пес. Не можешь отличить опасность от енота.

Он резко развернулся и скрылся в доме. На кухне снова загорелся свет. Пес не унимался. Постепенно Джон уловил новый звук, переплетающийся с яростным лаем и тяжелым стуком лап: звяканье цепи. Цепь то натягивалась, то провисала, собака тянулась к нему изо всех сил.

Джон, кряхтя, выпрямился и вернулся к работе, стараясь не шуметь. Он расчистил землю у ствола дерева, сгреб хвою и закопал в ней канистру. Снова замер и подождал, пока не замолкнет пес. Когда Джон потянулся за граблями, собака завыла. Джон остановился – пес умолк. Джон сделал шаг – лай раздался снова. На этот раз он не стал обращать внимания и продолжил работу. Внезапно лес озарился ярким светом – включился прожектор. Джон вздрогнул. На крыльцо выскочила жена Маджетта в красном халате и завопила:

– Заткнись! Да угомонись ты, чертова псина! Ты сводишь меня с ума! Хуже, чем он!

Она хлестнула пса ладонью по морде, тот взвизгнул, заскулил, повалился на спину и затих.

В дверях появился сам Маджетт, его силуэт чернел на фоне света из кухни.

– Чтоб вас обоих! – рявкнул он. – В подвал вас запру! Тащи его сюда!

Под резким светом прожектора жена Маджетта втащила притихшего пса обратно в дом.

Джон тихо рассмеялся. Работа уже не тяготила его – движения стали привычными, ловкими. Он заметил, что уже добрался до дома Джеймсов. Свет в пристройке погас. У Маджеттов тоже – лишь прожектор на заднем дворе продолжал резать тьму.

Джон закончил приготовления около четырех утра. Стояла непроглядная тьма. Длинная полоса из сваленных в кучу веток протянулась дугой за домами Джеймсов и Маджетта. Смирившись, что до Перли ему не добраться, Джон не стал продолжать кучу за домом Файет, как планировал изначально. Он знал: огонь через дорогу не пустят, пожарные сразу его собьют. Пришлось ограничиться Маджеттом и Джеймсом.

Джон прошел