Читать книгу - "Гаражная распродажа Эда Гейна и другие зверства - Шейн МакКензи"

Сэм откинул голову назад и сделал долгий, глубокий вдох, когда языки снова заскользили по его выпуклому животу. Жжение вернулось, еще более сильное на чувствительной плоти его подреберья. Его ноги начали брыкаться, руки размахивать. Из его горла вырвался крик, разорвавший плоть пищевода. Соленый запах свинины снова наполнил комнату, и Сэму стало противно от того, что от этого запаха у него пересохло во рту.

Сосание. Стон. Жевание.

Хотя он знал, что это бесполезно, его руки потянулись, надеясь схватить тварь и разбить ее о стену, заставить этот ад прекратиться. Но его пальцы щекотали воздух и ничего более. Тварь хрипела, задыхалась, и снова хрипела. Сэм неоднократно ударялся затылком о стену, всхлипывая и извиваясь. Кровь залила его пах, бедра, теплая и липкая.

Существо проделало в нем тоннель, зарылось глубже в пещеру его живота, заполненную покачивающимся жиром. Его крошечные розовые ножки покачивались в воздухе, голова и верхняя часть туловища уже погрузились в воду.

Сэм задыхался, его тело билось в судорогах, когда тварь проталкивалась глубже. Он снова сильно ударился головой о стену, отчего на него посыпались куски штукатурки. Вдохнуть не получалось, как бы сильно он ни сосал воздух. Крючковатые пальцы впились в матрас. Пот, кровь и жидкий жир вытекали из него.

Бессознание снова пыталось унести его вдаль, в какую-то далекую страну грез, где он все еще был поваром в собственной закусочной, где Лили все еще сидела за стойкой и потягивала вишневую "Пепси", закусывая картофелем фри, покрытым деревенской подливкой. Где он был счастлив.

Но боль удерживала его в этой комнате, на этом пропитанном матрасе. Слезы стекали по его лицу, впитывались в мокрые от пота волосы. Он мог только хныкать, вдыхать кислород, когда боль позволяла это делать.

Я заслужил это. Я заслуживаю худшего.

Он смотрел, как сдувается его живот, и вдруг увидел свои ноги, свои голени. Из зияющей дыры свисала растянутая кожа. Электрическая, трескучая боль пронеслась через него, и он уставился в потолок, прожевав языком, казалось, целую вечность, пока существо наедалось досыта.

Затем оно вышло. Вылезло из его желудка и отряхнулось, как мокрая собака, разбрызгивая во все стороны кровь и жир.

Сэм задыхался, его грудь хрипела от затрудненных вдохов и выдохов. Он уставился на существо, стоявшее у него на груди. Его лицо было покрыто жиром и кровью, и оно кашляло, издавая звук, похожий на кашель больной кошки, выкашливающей комок шерсти.

- Хватит... пожалуйста, - язык Сэма скользнул по его губам, но влаги на них не было. Только высохший кусок розовой плоти, скребущий по потрескавшейся коже. - Пожалуйста, пожалуйста, остановись. Мне уже достаточно...

Тварь стояла, глядя на него, еще несколько секунд, затем повернулась к только что созданной дыре. Оно поползло на четвереньках, его раздувшееся тело тряслось при движении. И направилось прямо к излишкам кожи и ткани, свисающим с торса Сэма.

Сэм повернул голову и захлопнул глаза. Хриплый крик вырвался из его рта, когда зубы существа впились в рыхлую плоть, откусывая кусок за куском. Он не мог сдержать рыданий, и его тело содрогалось, билось в конвульсиях, когда его съедали.

Существо работало вокруг брюшной полости, кусая, разрывая, отрывая и заглатывая.

Господи Иисусе, просто убей меня. Просто убейте меня, блядь, уже!

Но пытка продолжалась, смерть отказывалась показать свое ухмыляющееся лицо. Когда вернулось жжение, шипение готовящейся плоти, Сэм открыл глаза. Он шипел, скулил, озирался на боль.

Существо лизало раны своими удлиненными фиолетовыми языками, проводя ими по дырам и лохмотьям разорванной кожи. Дым и запах шашлыка наполнили воздух, и сквозь ужас Сэм не мог не смотреть с благоговением, как раны прижигаются слюной. Плоть сваривалась обратно, розовая и гладкая на том месте, где когда-то была рана.

По комнате поплыл пар, и Сэм был настолько измотан, что не мог ничего сделать, чтобы помешать существу снова протиснуться под него. Оно извивалось под его телом, словно пытаясь устроиться поудобнее, а потом затихло.

Из его рта все еще вырывались рыдания, когда сон наконец пришел, чтобы забрать его.

Он заснул добровольно.

* * *

Тук-тук-тук!

Левое веко Сэма отклеилось от липкой сферы под ним. Все еще на кровати, все еще в спальне.

Тук-тук-тук!

Он поднял руку и помассировал лоб, провел пальцами по волосам. Горячее покалывание охватило его тело.

Бет? Она пришла домой!

Он сел, полностью поднявшись. Дрожащие пальцы пробежали по гладкому животу. Спина болела, ноги пульсировали, но он мог сидеть.

Тук-тук-тук!

- Подожди минутку! Я... я иду!

Опираясь на руки, он перекинул затекшие ноги через край кровати и поставил ступни на холодный пол. Боже, как приятно было чувствовать пол под ногами. Он повернулся, чтобы проверить, нет ли существа, но оно лежало на утопленном матрасе, свернувшись в клубок. Оно повернуло к нему голову, движения его были медленными и ленивыми. Вязкая слизь покрывала его студенистое тело. Оно опустило голову, поправило положение и уснуло.

Сэм закрыл рот руками.

- Не уходи! Я иду!

Может, она просто забыла ключ в доме сестры, - подумал Сэм.

Ее сестры. Он содрогнулся при мысли об этой женщине. В каком-то больном дерьме, безумном дерьме. Сэм не разрешал Лили приближаться к ней, запретил ей проводить время с тетей.

Тук-тук-тук!

Стук был более настойчивым, разочарованным. Сэм вздохнул, качнулся вперед, но в тот момент, когда его вес пришелся на ноги, они подломились под ним, и его лицо отскочило от ламинированных панелей. Вкус крови наполнил его рот, и он вцепился в пол, подтягиваясь вперед, полный решимости впустить свою жену внутрь.

Инвалидное кресло стояло в углу, там, где его оставила Бет. В закусочной произошел несчастный случай, Бет встала на столешницу, чтобы убрать паутину из верхнего угла. Сэм никогда не забудет, как хрустнула ее нога, как она закричала. Лили билась в истерике, зажав уши руками и тряся головой, когда ее мать кричала.

Сэм вскарабкался на металлическое кресло и зарычал, подтягиваясь. К тому времени, когда он уперся задней частью в кожаное сиденье, он так запыхался, что ему пришлось минуту посидеть, чтобы прийти в себя. Очередная серия стуков в дверь подпитала его энергией, и он покатился через весь дом.

Он расчесал пальцами волосы, вытер бисеринки пота со лба, вздохнул и открыл дверь.

Яркость солнца была подобна выстрелу из ружья в глаза. Человек, стоявший на крыльце, был похож на женщину, но он сразу понял, что это не Бет. Она шагнула вперед, наклонилась и улыбнулась ему в лицо.

- Здравствуйте, сэр. Я бы хотела