Читать книгу - "Ветры над усадьбой «Литтл Балморал» - Софи Жомен"

вам покажу. Но сперва вам нужно будет натянуть сапоги, тут теперь непролазная топь.

Вот так размечтаешься о том, чтобы стать великим репортером мирового уровня, а тебе предлагают сапожищи канареечного цвета, чтобы шлепать в них по полузатопленному пикардскому огороду при доме, где якобы злодействует привидение… Не знаю, когда именно я оступился, но уверен, что в какой-то момент всерьез свалял дурака.

Он ведет меня за дом, там густо посажены растения с листочками, похожими на свиные ушки, кажется, они так и называются. От затопленного участка грядки отделяет всего метров тридцать. Немного поодаль торчит из высокой травы замшелый обтесанный камень.

– Там чья-то могила?

– И не одна. Там похоронены члены семьи Прюво, первые владельцы дома.

– Можно сфотографировать надгробия?

Он не против. Надгробий три, все со следами от регулярно заливающей могилы воды. Эпитафий уже почти не разглядеть.

– Вот здесь погребен их сын, – сообщает мне Мишель Делакр. – Бедняжка погиб в возрасте десяти лет при трагических обстоятельствах: утонул, когда купался с родителями на пляже в Ле-Кротуа, тело нашли потом в дюнах Сен-Валери, полузасыпанное песком. Теперь его призрак держит в страхе весь залив.

Час от часу не легче!

– Почему, как вы думаете?

– Это же очевидно! Хочет домой, вот и пользуется приливами, чтобы затопить свое бывшее жилище. Каждую осень и каждую зиму одно и то же, с самого 1889 года.

– Как вам то, что это происходит каждую осень и каждую зиму? Вы не видите здесь связи с фазами луны?

Я настаиваю, хочется, чтобы он спохватился, что несет отъявленную чушь, но, как это часто бывает, упираюсь в стену железобетонной убежденности.

– При чем тут фазы луны? Стыдно, молодой человек! Нечего все сваливать на луну. Сплошь и рядом, не имея объяснений для какого-то явления, люди винят в нем луну. Люди невероятно предсказуемы.

– А какова ваша версия, мсье Делакр?

– Мальчик утонул в сентябре 1889 года, тело нашли в феврале 1890-го. Осень–зима, все логично. Как ни крути, что ни сочиняй, вывод всегда один и тот же.

Я киваю, делая вид, что он меня убедил, но мсье Делакр никак не уймется:

– Вообще-то дом затапливало и при жизни мальчика. Вода, бывало, проникала внутрь, но, если верить дневнику Эдгара Прюво, дальше прихожей никогда не доходила. В дневнике написано, что наводнение приводило его сына в крайнее возбуждение. Он становился сам не свой, безостановочно орал во все горло.

– Может, боялся утонуть?

– Без сомнения. И в конце концов, это произошло. Поэтому он и стал призраком залива. Гнев юного Прюво распространяется в диаметре многих километров, аж до Фавьера! С каждым разом прилив захлестывает все больше деревень.

Рассказать ему о всемирном потеплении, о том, что ливни переполняют горизонты грунтовых вод бассейна Соммы? Бесполезно, он останется при своем мнении, к удовольствию читателей сайта. В конце концов, для чего я здесь, если не для этого? Пока он разглагольствует, я делаю несколько хороших фотографий с высокой травой, туманом и болотом: знаю, такие всегда пользуются успехом. Дождавшись, пока мне надоест щелкать фотоаппаратом, чудак – владелец дома с клочковатой бородой, в широком берете, в высоких резиновых сапогах – спрашивает, подбоченившись и сверкая глазами:

– Ну, что, показать вам дом?

Я надеялся, что обойдется без этого, но отказываться невежливо.

– Ведите.

Экскурсия заняла полчаса, за это время часть дороги через поле ушла под воду. На счастье, моя машина не пострадала и быстро доставляет меня на сухую землю. Мне хочется поскорее прекратить этот маскарад, хватит с меня поездки в Берри, на встречу с призраком мясника. Мое терпение на сегодня исчерпано.

До 17 октября, даты, на которую у меня назначена встреча в Корнеоте, еще долго, поэтому я собираюсь позвонить Ренате Клаврей и предложить ускорить нашу встречу. Потом я уеду в Лакано и там, в спокойной обстановке, засяду за статью.

Громкий гудок заставляет меня посмотреть в зеркало заднего вида. Меня нагнал Мишель Делакр. Я притормаживаю, он подъезжает к мне и опускает стекло.

– Я знаю еще одно местечко со странной историей, хотите, отвезу вас туда?

– Боюсь, у меня нет времени, мсье Делакр. Всего доброго!

Я дружелюбно улыбаюсь ему, надеваю темные очки и уезжаю.

Хватит с меня этой ерунды.

5

Федра

«Литтл Балморал»

Я добираюсь до ворот совершенно запыхавшаяся – холм, на который мне пришлось взобраться, оказался крутоват для женщины, волочащей за собой чемодан весом 45 фунтов. (Оттого, что цифра в килограммах меньше, всего 20 кг, он не становится легче!) Я шарю в сумке, нахожу связку ключей, полученную накануне от нотариуса, и отпираю самым большим из них калитку.

Деревья вдоль аллеи давно не подстригали, одни ветви опасно наклонились до самой земли, другие сломались от ветра. Все вокруг заросло ежевикой и крапивой, чащоба из орешника, запомнившегося мне как вполне декоративный, превратилась в стену, сквозь которую ничего не разглядеть. Еще мне врезались в память аккуратно расставленные вдоль аллеи деревянные тачки с землей, тетя сажала в них цветы и разные декоративные растения. Она обожала свой сад, но из-за ее болезни он стал донельзя запущенным.

Чем дольше я иду, тем неприятнее становится шуршание листьев у меня под ногами и сильнее порывы ветра. Я даже ежусь от скрипа веток на ветру. В этом месте, если так подумать, есть что-то пугающее. Казалось бы, недалеко от деревни, но при этом посещает чувство полной оторванности от цивилизации. Если бы меня подстерег здесь какой-нибудь сумасшедший, чтобы разрубить на мелкие кусочки, то меня долго никто не хватился бы – а скорее, вообще никогда. От этой мысли я едва не перехожу на бег.

Наконец я упираюсь в здание и поднимаю глаза. Рядом с домом высится ливанский кедр, и у меня захватывает дух от восхищения: я совсем забыла про это великолепное дерево.

Да и сам дом ему под стать. Два этажа из серого тесаного камня, плюс чердак, как минимум пятнадцать метров в высоту, если считать боковую башенку, торчащую над щипцом шиферной крыши. Помещения второго этажа прячутся позади ажурного балкона, арочные окна с поперечными рейками обвиты пламенеющим плющом. К внушительному крыльцу с резными колоннами ведут десять ступеней. На колонны опирается балкончик второго этажа, а по бокам от них тянется вдоль нижнего этажа, частично окружая дом, узкая терраса с деревянными скамьями. Под террасой пестреют слегка увядшие сейчас цветы, наверняка потрясавшие своей красотой в разгар лета.

При новой встрече с этим домом меня переполняют неожиданные чувства, моя память была к нему немилосердна. Литлл Балморал не замок, но все равно производит