Читать книгу - "Ветры над усадьбой «Литтл Балморал» - Софи Жомен"

Канаду, даже не простившись со мной, где жила, как будто меня не существовало. Так я познал суровую правду жизни и научился не спешить доверять людям.

Конечно, я никогда не получал от нее вестей, поэтому, увидев фамилию ее тетки в подборке прессы, сначала не поверил своим глазам.

Теперь вот сижу и гадаю, как сложилась судьба этой девушки. Сколько ей сейчас, двадцать четыре года, двадцать пять? Не уверен, что помню день ее рождения. Наверняка она так и живет у себя в Канаде, может, вышла замуж, а может, закоренелая холостячка вроде меня. Признаться, мне случалось искать ее в социальных сетях, но всегда безрезультатно. Помнится, она с сомнением относилась к современным технологиям – конечно, глупо для девушки ее возраста, – но она умудрялась обходиться даже без сотового телефона. Зато у нее были самые красивые зеленые глаза, какие я только видел, длинные волнистые каштановые волосы, веснушки на носу и на щеках, притягательный загар. Она считала себя полноватой, но я находил ее просто замечательной.

– Я не уложусь в срок, – сетует за своим компьютером Фонтен. – Когда работа наваливается в последнюю минуту, недолго и свихнуться.

Я улыбаюсь. Еще одна жертва Жюльена Да Сильвы.

– Такое уж у нас ремесло, старина. Сколько слов?

– Четыре тысячи, а тут и сотню лень из себя выжать.

– Может, махнемся? Возьмешь мою тему, «дома с приведениями»?

Вижу, как он кривится.

– Сколько слов?

– Десять тысяч, плюс интервью с владельцами самих домишек. У-у-у-ух! Как тебе новый вариант «Американской истории ужасов»?

Ему смешно.

– Легче сдохнуть! Нет уж, предпочитаю паранормальным явлениям старую добрую науку.

Фонтен у нас всего год, пришел со свежим дипломом и забрал себе все связанное с искусственным интеллектом. Последняя его статья была про способность ИИ проанализировать по одной-единственной фотографии плаценту и обнаружить у новорожденного потенциальные аномалии. Два дня он ворчал, что опасно мнить себя Богом, это чревато проблемами.

Через всю комнату летит шарик из скомканной бумаги, цель – стол Фонтена. Он разворачивает записку, читает, корчит рожу и сердито поворачивается к коллеге у дальней стены, помирающему со смеху. Фонтен показывает мне, что ему прислали: формулу E=mc2, обведенную сердечком.

Я с улыбкой возвращаюсь к своим делам.

Как я погляжу, Жиронден успел договориться о встрече с владельцами нескольких домов с привидениями. Первая, в Берри, назначена на завтра, вторая, на Сомме – на вторник. Плакал мой отпуск. Мне не хватает бранных слов в адрес Жирондена.

Судя по записям пресс-атташе, привидение особняка в Берри – бывший повар. Там уже полвека никто не живет, но стоит туда заглянуть, как раздается скрежет заточки ножа. Что тут скажешь?

Что до привидения из низовьев Соммы, то оно дважды в год устраивает потоп на полях и в самом доме. Смех, да и только: дом стоит на лугу, затопляемом морской водой, и имя тамошнего зловредного привидения – штормовой прилив. Скорее всего, дом страдает от капризов старого, как мир, цикла приливов и отливов.

Что касается усадьбы в Корнеоте, куда я должен явиться 17-го октября и где бывал в юности, то там обитает, похоже, весьма назойливый дух, чье присутствие особенно явственно ощущается в полнолуние. Представляю, чего там наслушаюсь… Впрочем, я удивлен, что мадам Клаврей потрудилась связаться с La Passerelle. С одной стороны, ее жилище и правда смахивает на классический, видавший виды дом с привидениями в Диснейленде, но с другой, ее племянница ни разу не обмолвилась, что ее тетка сталкивается с проблемами такого рода и что в доме происходит что-то странное. Но что бы ни творилось в доме, куда нас зовут, удивляться не приходится. Большинство людей выдумывает невесть что, принимая издаваемые грызунами шорохи за лязг цепей на ногах у привидения. Сколько таких желающих пригласить шарлатана для изгнания духов, хотя при ближайшем рассмотрении эти бедняги оказываются всего лишь жертвами мышей, плодящихся под кухонным плинтусом!

Я откидываюсь в кресле и потягиваюсь.

Корнеот! Даже не верится, что судьба опять занесет меня туда. После скоротечного романа с Федрой я попал в эту деревню всего раз, в октябре 2018 года, когда родители продали дом. Все ноябрьские выходные по случаю Дня всех святых мы паковали вещи, а потом я покинул деревню без тени сожаления, оставив за спиной единственный настоящий призрак, населявший мои юношеские грезы, – память о Федре Демэ.

Она никогда не узнает, сколько раз я боролся с побуждением посетить ее тетку и попросить у нее адрес Федры. Я был юн, но не чужд гордыни. Если эта особа не посчитала нужным сообщить мне о своем отъезде, значит, у нее больше не было желания со мной видеться.

Надо кончать с ностальгией. Адам, старина, у тебя по горло работы и три командировки в ближайшие дни.

Здесь у нас это называется «горящие сроки и адские муки». Нет, ты не заслужил от меня благодарности, Жиронден.

3

Федра

Чародейка

4 октября

Между Гере и Корнеотом больше не ходят поезда, поэтому после завтрака, в 10:15, мне пришлось сесть на автобус. Моим планом это не предусмотрено, но зачем пользоваться арендованной машиной, раз мне достался в наследство полноприводный теткин автомобиль, дожидающийся меня, по всей видимости, в гараже?

За стеклом разворачиваются местные ландшафты: луга, поля, кустарники, мелькают километровые столбы – и ни единого признака жилья. Недаром эти места зовутся «диагональю пустоты». Такое впечатление, что коров здесь раза в четыре больше, чем жителей.

Мне знакомо одно место, похожее на это, – Канада. В некоторых отдаленных районах приходится гнать на машине пять часов и даже больше, чтобы попасть в следующий город. Масштабы и климат, конечно, совершенно другие, но Крёз, плодородный и аутентичный, действует на меня немножко «по-канадски».

Моя тетя всегда называла Корнеот источником вдохновения и покоя, необходимых для ее творчества. По тем же самым причинам эту долину облюбовали и многие другие художники. Ничего не скажешь, от здешних пейзажей захватывает дух, холмы поражают пестротой красок, лощины – своим головокружительным ландшафтом, перелесками, ручьями… В любой здешней деревне обычно насчитывается не больше полутысячи жителей, и это притом, что сорок процентов из них – пенсионеры. Спору нет, мало кто торопится переезжать сюда жить, но я в былые времена многое отдала бы за такую возможность.

К собственному удивлению, я ловлю себя на том, что улыбаюсь. Любовь могла принудить меня к самым опрометчивым поступкам, но реальность и зияющая дыра в сердце, оставленная во мне той любовью, очень быстро меня вразумили, чему я только рада.

Автобус доезжает до Корнеота за тридцать пять минут и