Читать книгу - "Горничная для двух Ли. Том 2 - Лика Русал"

обернулась – узнала шаги. Тяжёлые, уверенные, но сегодня в них слышалась едва уловимая нервозность.

– Не спишь, – Джунхёк не спрашивал, скорее утверждал.

– Не могу. Камень не даёт.

Джунхёк встал рядом. В отражении стекла я видела его лицо – бледное, осунувшееся, с резкими тенями под глазами. Сейчас он выглядел старше своих лет. Или просто устал так, что возраст перестал иметь значение.

– Доён внизу. Проверяет западное крыло. Хочет убедиться, что… всё исчезло. Я просил не ходить одному. Не послушал.

Демоны… Все те, что обитали там, не давали мне покоя. Однако я была уверена в другой причине упрямства Доёна.

– Он хочет увидеть отца. Ты же знаешь.

– Знаю. Но сейчас не время.

– Для него всегда не время.

Джунхёк повернулся. Я чувствовала его взгляд – тяжёлый, тёплый, полный того, что он никогда не произносил вслух.

– Ты изменилась за последние дни. Стала… спокойнее.

– Или просто устала бояться.

– Это одно и то же.

Я усмехнулась. Джунхёк редко шутил – и когда шутил, это звучало странно, будто он пытался говорить на чужом языке. Но сегодня его голос звучал мягче обычного.

– Ты поэтому пришёл? Проверить, не сбежала ли я снова к Жнецам?

– Нет. Я пришёл сказать, что… – Джунхёк запнулся. Я видела, как трудно ему даются слова. Он привык отдавать приказы, подписывать контракты, вести переговоры. Говорить о чувствах не входило в набор навыков бизнесмена, связанного с демонами всех мастей. – Я рад, что ты осталась.

– Я тоже рада.

Он протянул руку – не спеша, будто боялся спугнуть. Коснулся моего плеча, скользнул пальцами по рукаву, сжал пальцы. Прикосновение вышло холодным. У него всегда холодные руки – даже в жарко натопленной комнате.

– Что‑то не так? – я с сомнением обернулась к потемневшему профилю.

Джунхёк не спешил с ответом. Стекло отражало нас двоих – мужчину и женщину, разделённых возрастом, статусом, жизнями, но стоящих так близко, что их дыхание сливалось в одном ритме.

– Доён прав, – наконец сказал он. – Ритуал прошёл слишком… легко. Я ожидал нападения Мокёля.

– Ожидал? – я сглотнула. Собственный страх и неверие в победу вдруг отразились в любимом лице.

– И ожидаю.

– Но… – я сжала пальцами Камень Равновесия, собираясь подобрать хотя бы один убедительный, пусть и не совсем логичный довод, однако так и не успела.

Внизу хлопнула дверь.

Мы повернулись к выходу. В коридоре особняка поднялся гомон. Тяжёлые, множественные шаги перемешивались с взволнованными, испуганными голосами.

– Господин! Господин! – Господин Ким влетел в мою спальню, даже не постучав. Его лицо, обычно невозмутимое, сейчас застыло маской ужаса. – Вот вы где, господин! Западное крыло… Оттуда… они идут.

Сердце пропустило удар, а после вновь понеслось – с новой, удвоенной частотой. Я не спросила, кто идёт из проклятого крыла. И так знала.

«Там Доён! Он в опасности!»

Мы выбежали в коридор одновременно. Доён уже был там – стоял у лестницы, тяжело дыша, в руке зажатый серебряный кинжал. Тот самый, что мы использовали для ритуала. Его глаза горели тем самым красным отблеском, который я видела в гостевой спальне – но теперь это был не Мокёль. Теперь это была его собственная ярость.

– Они сломали барьер, – выдохнул Доён, заметив нас. – Твари из западного крыла: квищин, токкэби… И ещё… что‑то большое. Я не успел разглядеть. Не ушли вместе с чёртовым ублюдком Мокёлем, а высвободились.

Джунхёк мгновенно включился – генерал, проснувшийся после короткого сна.

– Ким, собери всех слуг в подвале. Забаррикадируйте дверь. Если через час мы не подадим знак – выходите через тайный ход в сад. Ты знаешь, где ключ. И… бегите к городу. Пусть теперь он открыт.

– Господин… – Ким замялся.

– Выполнять!

Дворецкий кивнул и исчез в темноте коридора.

– Соа, ты должна присоединиться к слугам, – Джунхёк с мольбой во взгляде повернулся ко мне. Доён, соглашаясь со словами отца, кивнул.

– Нет, – уходить и бросать их одних я не собиралась.

– Это не обсуждается.

– Джунхёк, – я подошла к нему вплотную, взяла за руку, сжала пальцы. – Я не буду прятаться. Я не служанка, которую нужно увести в подвал. Я – часть этой семьи. Хочешь ты того или нет.

Доён коротко выругался, кляня моё упрямство. Джунхёк смотрел на меня долго – так долго, что я услышала, как внизу, в западном крыле, с грохотом рухнула дверь.

– Ты можешь погибнуть, – прошептал он.

– Тогда я погибну с вами.

Доён шагнул к нам, встал рядом, плечом к плечу.

– Она права, отец. Мы нужны Соа – и она нужна нам. Камень Равновесия не зря указывал на наше доверие.

Джунхёк переводил взгляд с меня на Доёна. Я видела, как сжалась его челюсть, как дрогнул кадык. Он боролся с демоном пострашнее тех, что прорывались из западного крыла – со своим страхом потерять дорогого человека.

– Не отходите от меня, – всё же сдался он, принимая наше с Доёном решение.

И, не сговариваясь, мы побежали вниз.

***

Западное крыло встретило нас запахом.

Тошнотворным запахом разложения, смешанным с серой и чем‑то ещё, чего я не могла опознать. Плесень? Кровь? Мой собственный страх?

Коридоры здесь были уже, чем в остальном доме. Стены – из грубого камня, без штукатурки, без обоев. Лампы тускло мерцали, отбрасывая длинные тени, которые шевелились сами по себе. Я старалась не смотреть на них – но чувствовала, как Камень на груди волнуется в такт их движениям.

Впереди, в темноте, кто‑то плакал.

– Слышишь? – прошептал Доён.

– Это ловушка, – ответил Джунхёк. – Квищин подражают человеческим голосам. Не приближайся.

– А если это не квищин? – спросила я. – Все слуги ушли с господином Кимом?

Мы переглянулись.

Плач приближался. Теперь я различала слова – бессвязные, обрывки фраз:

– …помогите… не надо… пожалуйста… мама… – Детский голос. Лет семи‑восьми.

У меня сжалось сердце. Я знала, что это обман. Знала, но ноги сами несли меня вперёд.

– Соа! – крикнул Доён, хватая меня за руку.

– Пусти!

– Это не ребёнок! Это тварь!

– Я знаю! – я вырвалась. – Но если есть хоть один шанс… – Я не договорила.

Из темноты вылетело нечто. Маленькое, быстрое, с длинными руками и пустыми глазницами. Оно прыгнуло мне на грудь – и Камень Равновесия вспыхнул.

Ослепительная белая вспышка.