Читать книгу - "Горничная для двух Ли. Том 2 - Лика Русал"

свои щели, как только поняли, что мы не собираемся с ними сражаться. Запах разложения всё ещё витал в воздухе, но стал слабее.

Центральный коридор западного крыла упирался в массивную дверь из чёрного металла. На ней – символы, похожие на те, что были в склепе: древние, переливающиеся едва заметным светом.

– За этой дверью – комната твоего отца, Доён, – Джунхёк сложил руки на груди под выжидательным взглядом приёмного сына. Указав взглядом на дверь в конце коридора, он не спешил переходить черту начала западного крыла.

Доён же смотрел то на него, то на дверь. Молчал. Только руки дрожали.

– Я хочу его увидеть.

– Увидишь. Но сначала – барьер.

– Твари не доберутся… до него?

– Он был им неинтересен все эти годы. Да и на его двери защита.

– Как скажешь…

Джунхёк перевёл взгляд на меня и осторожно переплёл наши пальцы в молчаливой поддержке.

– Ты готова?

– Да.

– Если что‑то пойдёт не так…

– Я знаю, – ложь сорвалась быстро и просто. Я ничего не знала, но стоило поставить точку в наших злоключениях. Раз уж два раза не получилось сделать это до конца…

Я подошла к арочному проходу в сопровождении обоих Ли. Положила ладонь на холодный металл. Камень на груди вспыхнул – тёплым, золотистым светом. Я закрыла глаза и сосредоточилась. Необходимо выстроить магическую дверь прямо здесь, полностью перекрыв западное крыло… Не силой Мокёля, не силой семьи Ли, как когда‑то сделал Джунхёк, а Равновесием…

Покалывание на кончиках пальцев пришло не сразу. Сначала была лишь тишина. Потом – шёпот. Голос Мокёля. Он будто разговаривал со мной через проклятое крыло особняка, через всех своих подопечных, живущих в нём, и через… настоящего отца Доёна, что должен был когда‑нибудь стать его сосудом, но до сих пор находился в стазисе.

«Ты думаешь, что запечатаешь меня? Глупая девчонка. Я – часть этого дома. Часть их крови. Ты не сможешь меня вырезать, не убив их».

Липкий ледяной пот покрыл спину. Мне было страшно. Практически всё моё время нахождения в стенах этого особняка я испытывала страх, но никогда – настолько сильно.

– Не тебя, – прошептала я, пытаясь скрыть ужас. – Мы запечатаем твоих слуг.

«Они вернутся. Всегда возвращаются», – по коже разошлась мерзкая вибрация, словно Мокёль заставлял моё тело хохотать вместо него.

– Тогда я буду запечатывать их снова и снова, – выдавила я, цепляясь свободной рукой за локоть обеспокоенно поддерживающего меня Джунхёка.

«Сколько у тебя сил, девчонка? Одного Камня Равновесия мало. Ты и сама видишь, что я всё ещё могу влиять и на вас, и на особняк».

– У меня есть они, – я сжала пальцы Джунхёка и Доёна, незаметно подошедшего ближе и положившего ладонь поверх моей. – И этого достаточно.

«У тебя ничего…»

– Заткнись! – не выдержав, я заорала до охрипших связок. Слышать шипение Мокёля казалось просто невозможным. Я не хотела больше цепляться за этот страх и этот голос. Вместо этого мысленно направила всю боль вместе с криком в свою грудь и то, что на ней висело – Камень Равновесия. «Прошу! Помоги!» – вторило сознание, пока из горла вырывался крик.

Тело начало жечь. Конечности выгибались. Ничего не понимающие Джунхёк и Доён схватили меня под локти, поддерживая и не давая упасть на пол, однако меня продолжала бить внутренняя агония пульсирующей силы.

Камень Равновесия взорвался светом. А после наступила такая пронзительная боль, что пришедшую за ней темноту я приняла как благодать.

А через какое‑то время… очнулась на полу. Надо мной, с мокрым от слёз лицом, склонился Доён.

– Соа! Соа, ты слышишь меня?

– Тише, – попросила я сорванным голосом. – Тише. Я здесь.

Джунхёк, бледный, с плотно сжатыми губами, осторожно помог мне сесть и только потом кивнул в сторону прохода – теперь он светился голубым, плотным маревом. Словно дверь с многочисленными символами, по которым бежали искры энергии.

– Барьер держится, – сказал он.

– Как долго? – спросила я.

– Не знаю. Может, дни. Может, часы. Столетия? Как повезёт…

Я попыталась встать – ноги не слушались. Джунхёк подхватил меня, прижал к себе.

– Не спеши.

– Нужно идти. Нам нужно…

– Отдохнуть, – закончил Джунхёк. – Всему своё время. Барьеру – держаться. Нам – выжить.

– Он прав, – Доён скривился, – хоть я и не люблю признавать подобное.

Младший Ли ухмыльнулся, стараясь быстрее оттереть следы слёз.

Мы вышли из западного крыла. За спиной замерцала голубая дверь – ненадёжная защита от тьмы, которая копилась внутри веками.

Коридоры особняка встретили нас тишиной. Слуги сидели по комнатам, не высовывались. Часы тикали – ровно, успокаивающе.

– Спальня отца? – Доён мотнул головой в сторону хозяйского крыла. – Или твоя, Соа?

– Моя. Мне нужно лечь.

Ноги до сих пор тряслись и плохо справлялись с функцией передвижения бренного, пусть и худощавого тела. Если бы не поддержка крепких рук с обеих сторон, я рисковала упасть уже несколько раз подряд.

– Я провожу, – отозвался Джунхёк.

– И я, – добавил Доён.

Они переглянулись. На сей раз в их взглядах не было вражды – только усталость и общая тревога.

Доён пошёл впереди, освещая путь телефоном. Джунхёк продолжал поддерживать меня под локоть – осторожно, будто я могла рассыпаться в любой момент.

Так мы и вошли в мою спальню. Та самая комната, где всё начиналось: где я впервые увидела своё отражение в зеркале в чужом теле, где впервые заметила метку на запястье, где приняла решение остаться.

– Ложись, – Доён откинул край одеяла, приглашая жестом.

Опустившись на простыни, я тут же ощутила, как сильно выкручивает тело. Прикрыла глаза и попросила:

– Не уходите.

Шаги, уже звучавшие около двери, затихли. Приоткрыв глаза, я посмотрела на застывших мужчин.

– Оба. Побудьте со мной. Просто… побудьте. Одной тут слишком страшно.

Ли переглянулись, но, не говоря ни слова, вернулись.

Доён сел в кресло у окна. Джунхёк опустился на край кровати и взял меня за руку. А я вновь закрыла глаза, теперь не боясь одиночества.

– Я так устала…

– Спи, – мягко попросил Джунхёк.

– Мы здесь, – добавил Доён.

Я не могла и не хотела спорить. Просто провалилась в темноту.

Глава 17

Я проснулась от тишины.

Не от звука – от его отсутствия. Часы не тикали. Ветер не шумел