Читать книгу - "Утаенный меч - Елизавета Алексеевна Дворецкая"

– Тварь поганая!

Георгиев меч лежал на столе, и Всеволод устремился к нему. Лицо его слишком ясно говорило о намерениях; змий, стоявший возле стола, схватил меч первым и отпрыгнул.

– Всевка, брось!

Рыча от ярости, Всеволод нанес удар саблей, и змий, не имея ничего другого, выставил перед собой меч. Сталь звякнула о сталь, полетели искры – змий отбивался огнем. Всеволод снова замахнулся, змий отпрыгнул.

– Брось, Всевка, ты сдурел!

Держа меч перед собой, змий закрывался им от ударов, а Всеволод бил и бил, стараясь достать врага сабельным клинком. Сыпались искры; зная, что змий превращается в облако искр, Всеволод усилил натиск, пока бес не сбежал – облако-то поди поймай. Где-то рядом вопили женщины, Апракса вжалась в угол, безумными глазами глядя на их схватку.

– Всевка… прекрати… опомнись! Это же я! – отрывисто выкрикивал змий, пятясь и отступая под градом сабельных ударов.

Он едва успевал закрываться, уже несколько раз Всеволод задел его одежду, с рукава свисал клок, на нем темнела кровь.

В сенях топали ноги, гудели голоса, в дверь просовывались испуганные лица. Всеволод загнал змия в дальнюю часть горницы, к двери в опочивальню, норовя прижать к стене.

– Всевка… побойся б-га…

Уворачиваясь, змий запыхался, и слово «бог» у него получилось как «б-г» – ну еще бы, понял Всеволод, бес не может это слово произнести!

Еще удар – и меч в руке беса со звоном сломался, верхняя часть клинка отлетела. Вспышка торжества – Георгиев меч не стал служить бесу!

Шум в сенях усилился, потом взмыл волной изумленный ропот.

– Князь!

– Змий!

Кто-то еще вбежал из сеней, Всеволод мельком глянул туда. У двери стоял Роман – тот, которого он недавно видел в его покоях, а за ним смущенный Иванка. Другой Роман стоял у противоположной входу стены, выставив перед собой обломок Георгиева меча, со страхом и растерянностью на лице. Он тоже глянул в сторону двери, лицо его исказилось от ужаса. Обломок меча дрогнул в руке – и Всеволод не упустил мгновения – последним ударом достал беса в основание шеи.

Горячая кровь выплеснулась из перерубленных жил и жаркой волной брызнула Всеволоду в лицо. Обожженный и ослепленный, он отшатнулся, запнулся о ковер, полетел навзнич, успел ощутить удар головой об пол – и его поглотила холодная тьма, та самая, куда он недавно нырял за Георгиевым мечом.

Часть третья.

Змиева кровь

Глава 1

– Свези в лес подальше и там брось, госпожа приказала! Пусть его звери пожрут, беса окаянного! Тьфу, пакость!

Игнат-ключник сплюнул с крыльца и пошел опять наверх. Богдалец тяжко вздохнул. Он сидел в санях, а позади него лежало, плотно завернутое в ковер, мертвое тело. Ковер был тот самый, на который упал зарубленный бес, заливая его кровью. На глазах у князя и челяди из тела пошел черный дым; он свивался в жгуты, эти жгуты извивались в воздухе, будто змеи, и от страха все свидетели разбежались. Осталась только княгиня Апракса – забившись в угол за лежанкой, бледная как смерть, она остановившимися глазами смотрела на два тела – беса и Всеволода, и сама едва дышала.

Никто, кроме Богдальца, не посмел прикоснуться даже к ковру, на котором лежал бес. Иного савана ему не требовалось – кто стал бы отмывать ковер от бесовой крови, кто стал бы потом ходить по этому ковру? В ковре, подняв на плечо, Богдалец вынес его из терема и было положил на землю у крыльца. Но пришел Игнат и передал повеление Феофании немедленно убрать его с княжьего двора и из Плечеева: до нее уже дошла весть, что мертвый бес принял свой истинный облик – омерзительного змия, и ни видеть, ни терпеть эту пакость в своих владениях она не желала. Конюхи привели лошадь, запрягли в сани, на которых возили дрова, но прикоснуться к телу в ковре никто не смел, и Богдальцу пришлось грузить его в одиночку.

Так, вдвоем с мертвым бесом, Богдалец и поехал прочь: сидел сгорбившись, подняв воротник белого овчинного кожуха. Слухи еще не разошлись, и по пути через город, вниз к посаду и далее за Баранец, никто на него и не глянул. Шел снег, заставляя прохожих опускать лица, а когда сани выехали на простор Скотьего торга и свернули к лесу – и вовсе задернул за ними белесую пелену.

***

В княжьих теремах царили разброд и сумятица. Челядь разбежалась; те, кто успел хоть мельком увидеть зарубленного беса и клубы черного дыма над ним, уверенно рассказывали, что из тела десятками лезли черные гады, жабы и змеи. Оставаться поблизости от этого ужаса никто не хотел. Служанки забились по углам – те, которые не слышали, что весь двор вот-вот вспыхнет и сгорит в синем бесовском пламени. Бояре и отроки толпились внизу, таращась на лестницы, но не решались вмешиваться без приказа.

Только сам Роман не утратил присутствия духа. Не опасаясь черного дыма, он от двери бросился к Апраксе, вытащил ее из угла, куда она забилась, взял на руки, унес в опочивальню и положил на постель. Нашел Евланью с Варисой и строго приказал им быть при госпоже. Велел паре самых смелых отроков поднять бесчувственного Всеволода и перенести в его горницу. А Богдальцу мигнул, чтобы завернул тело беса в ковер и вынес прочь. Вариса ныла, что не будет замывать бесову кровь, но князь спросил, не ему ли самому этим заняться, и девка, хныча и крестясь одной рукой, второй принялась тереть пол тряпкой. Своим отрокам князь велел принести из его покоев два других ковра и застелить ими место прежнего и мокрое замытое пятно.

Через какое-то время покои княгини Апраксы были приведены в порядок и очищены от следов поединка. Сломанный напополам Георгиев меч князь тоже поднял и убрал в ларь. А потом пошел успокаивать молодую княгиню.

Апракса лежала с открытыми глазами, но была как деревянная. Внезапно разыгравшаяся на ее глазах схватка Всеволода с… с кем? – придавила ее ужасом и недоумением. Мысли ее были в полном разброде. Она боялась увидеть, как Всеволод Георгиевым мечом зарубит Ильяна – но что она увидела? Что это было? Вопрос это бился в голове раскаленным железным шаром, но ответа не находилось. Точнее, Апракса не могла выбрать между двумя ответами, из которых каждый был хуже другого. Она сама сейчас не