Читать книгу - "Рождество на ферме «Остролист» - Джо Томас"

мои мысли – о курах и овцах. Если я уеду с Мэтью, где будут рождаться ягнята? Не в поле, не в хлеву…

– И убери эти посты. Ты же обещала. Они нам только во вред.

Логика покидает меня. Я делаю глубокий вдох и собираю мысли, которые мечутся в голове.

– Я не ребенок, Мэтью. Я не какой-нибудь юный инфлюэнсер. Мне почти сорок, и я осознала, что все эти годы шла по неверному пути, карабкалась не на ту гору.

Он снова цокает языком и вздыхает. Опять этот звук!

– Тебе не стыдно, Джем?

И вот пожалуйста – я в бешенстве! Туман, алый, как рассвет над дедушкиным полем, опускается перед моими глазами.

– Стыдно? Бороться за права фермеров? – Меня уже не остановить. – За то, чтобы люди знали, откуда берется еда, и поддерживали тех, кто ее производит? Таких, как мой отец и его родители? Таких, как сотрудники кафе, работающие по контракту с нулевым количеством рабочих часов и безо всякой стабильности? Почему в других странах это понимают, а в нашей – нет? Вот за что нам должно быть стыдно!

На миг на другом конце провода повисает тишина. Наконец Мэтью произносит:

– Они еще оставляют тебе шанс все исправить, Джем.

Я обвожу глазами людей в кафе.

– Я знаю. Они мне сказали по телефону.

– Ну вот и решили, – продолжает он. – А как только все уладится, мы навестим твоего отца. Хочешь, даже возьмем его с собой в Сиэтл. Дадим ему лучший номер с прекрасным видом из окна.

Лучший номер в отеле. Жизнь изнутри. Именно так я ее и видела все эти годы. А нужно было просто жить.

– У папы и сейчас прекрасный вид из окна. – Я уже не могу отступить.

– Джем, я не хочу этого говорить, но либо ты вернешься и мы будем готовиться к Рождеству в отеле и Новому году в Сиэтле, либо…

– Либо что? – произношу я медленно-медленно, почти по слогам.

– Ну… ты сама понимаешь.

Мой голос становится ниже, брови ползут выше:

– Вот, значит, как? А как насчет того, чтобы любить меня такой, какая я есть, вместе со всем, во что я верю?

– Ты изменилась за эти две недели. Ты… заигралась в ковбоев.

– Я заигралась в ковбоев?

Все собравшиеся в кафе резко выдыхают.

– Ты как будто пытаешься воплотить какую-то детскую фантазию. Катаешься на квадроцикле, носишься с собаками, устраиваешь забастовки, рушишь бизнес-планы. Я думал, ты серьезный человек и с тобой можно вести дела.

– Да… так и есть. Но это не фантазия. Это реальные люди. Реальные жизни. Реальные рабочие места на кону. Если мы не будем поддерживать тех, кто производит продукты, откуда они возьмутся?

– Я связался с Лью Гриффитсом. Мне кажется, он неплохой парень. Мне нравится его предложение.

– Что, прости? Что ты сделал?

– Я решил погуглить информацию о нем, когда ты мне сказала, что он хочет купить у твоего отца поле…

– И ты с ним связался? – Я ушам своим не верю.

– Да. Все это не лишено смысла… Слушай, Джем. Я стою в каком-то полуразвалившемся сарае, чтобы поймать сигнал. Ты идешь или нет?

Возможно, это самый безумный поступок в моей жизни, но…

– Прости, Мэтью, но я не вернусь, ни сейчас, ни в новом году, никогда. Моя работа в гостиничном бизнесе подошла к концу. Я хочу печь хлеб. Хочу делать закваску. И завести больше кур. А после Рождества, к весне, начнут рождаться ягнята.

– Ты… что? Ты не едешь в Сиэтл?

– Мне очень жаль, Мэтью. Но я должна быть здесь.

– Но… я сюда переезжать не собираюсь! Господи! Тогда получается…

– Похоже, что да. – Я киваю, готовая поставить точку в своей карьере и в этих отношениях.

Повисает такая тишина, что слышен лай собак на ферме вдалеке.

– Ты еще можешь вернуться и все исправить.

– Я не вернусь, Мэтью. Они попросили меня принять решение прямо сейчас, по телефону. Я не возьмусь за новую работу. Я не вернусь. Я им сказала.

– Что они ответили?

– Они велели мне подумать, но добавили, что если я буду еще что-нибудь публиковать в соцсетях, они воспримут это как мое решение и уволят.

– Тогда, может быть, это к лучшему. Они приняли решение за меня.

– Какое решение?

– Я хотел узнать, есть ли у нас будущее, действительно ли мы с тобой – идеальная пара. Поэтому планировал подождать, пока мы доберемся до Сиэтла, чтобы сделать предложение, но подумал, что должен сперва поговорить с твоим отцом. Похоже, хорошо, что мы оба поняли, кто мы на самом деле, пока все не зашло слишком далеко.

– Что ж, если мои убеждения и желание их отстаивать навели тебя на такую мысль, то, вероятно, все правильно. Пока, Мэтью. – Мое сердце уже дало мне понять, что все кончено.

– Хорошо, если это твое решение…

– Это мой долг.

– Надеюсь, ты не пожалеешь.

– Пока, Мэтью. Счастливого Рождества.

– И тебе, Джем. Надеюсь, ты получишь то, что хочешь.

Я выключаю телефон и обвожу взглядом кафе. Я еще ни в чем не была так уверена, как в этом решении. Я сделала правильный выбор. Я не вернусь назад.

Я понятия не имею, что будет дальше. Но я так давно не чувствовала себя на своем месте. Овцы, ферма, люди, которые работают во благо других… Я забыла обо всем этом, сидя в комфортном номере отеля. Теперь я нахожусь снаружи и вижу мир изнутри. Может быть, тут холодно и сыро, но, по крайней мере, я чувствую хоть что-то. Пусть это даже ветер и дождь, хлещущие в лицо.

– Похоже, я задержусь тут дольше, чем думала, – беззаботно говорю я и тут вижу папино лицо. – Папа… – Я сажусь на корточки возле его кресла. – Я знаю, ты хотел, чтобы я вернулась в тот мир, ты хотел мной гордиться, но я хочу быть здесь.

Его глаза наполняются слезами.

– Все, чего я хотел, – чтобы ты была счастлива. Не чувствовала себя в ловушке, как твоя мама. Но если ты решила остаться, я рад за тебя и горжусь тобой.

– Да. Я правда решила остаться. – Я крепко обнимаю его за шею.

– Будет тяжело, – предупреждает он.

– Знаю. Но это не значит, что не будет весело.

Джесс подпрыгивает и лижет меня в лицо, и все смеются. Кто сказал, что нельзя смеяться в тяжелые времена?

21

В дверь стучат, и мы все оборачиваемся. Нет времени размышлять ни о той жизни, которую я оставила позади, ни о той, которую собираюсь строить. Я не вернусь