Читать книгу - "Рождество на ферме «Остролист» - Джо Томас"

Как насчет получить немного удовольствия? Снова и снова я думаю о том, чтобы встретить Рождество здесь.

Я достаю телефон. Мэтью прав. Если мой пост увидит начальство, это может испортить мою карьеру… и его тоже.

Я смотрю на видео, но удалить не могу. Если все будут молчать, кто расскажет о происходящем тем школьницам, что планируют жизнь на другом конце света, где лучше зарплата и образ жизни? Я думаю о суперфермах, наполняющих супермаркеты дешевым мясом, и о сельскохозяйственных угодьях, которые скоро будут покрыты солнечными батареями. К чему приведет это стремление экономить?

Я сжимаю телефон в ладони. Я проделала долгий путь, добралась почти до вершины горы. Но это оказалась не та гора. Надо было остаться здесь, бороться за то, во что я верила, там, где я была счастлива. Я вытираю слезы, бегущие по щекам. Я уехала, потому что папа не хотел, чтобы я застряла в ловушке, как мать. Я уехала, чтобы он мной гордился. И чтобы она меня заметила, чтобы увидела, как ее брошенный ребенок добился успеха. Но достаточно ли этих причин? Или нужно было думать о себе – о том, кем я хочу быть, где я хочу быть?

Дэви радостно лает, увидев, как белка быстро взбирается на дерево.

Так кто же эта Джем, которая сидит сейчас в амбаре? Конечно, уже не та, которая приехала сюда на выходные, чтобы вернуться и в Рождество руководить несколькими отелями, которая выполняла свою работу настолько безупречно, что ей предложили переезд в Сиэтл. Не та.

Я та Джем, которая любит это место. Любит ферму, понимает, откуда берется еда, сколько заботы и любви вложено в ее производство. Не та, которая забыла обо всем этом ради финансовых отчетов.

Та Джем – часть проблемы, часть крупного бизнеса, предпринимающего робкие попытки компенсировать свой углеродный след. Она летает в Штаты, она поощряет путешествия ради удовольствия.

Слезы так и льются – злые слезы. Вчера мне было жаль фермеров, которые усердно работают и не получают вознаграждения. Жаль, что молодежь не продолжит их дело. Сегодня я расстроена и зла оттого, что осознала себя частью процесса, определяющего, что будет лежать на тарелке в зависимости от того, как еда представлена и как продается. Процесса, забывшего о фермерах.

А я – дочь фермера. И я должна исправлять ситуацию, что бы ни говорил Мэтью.

Я уже не та Джем, которая приехала сюда. Но я начинаю вспоминать, какой я была раньше.

Я включаю прямую трансляцию.

– Как видите, сегодня тут, в горах, туманно. У овец все хорошо, я проверила. Баран Берти, как всегда, пасется на одном поле с пони Гарриет, своей верной подругой. Сегодня утром накормить их было непросто… – Я усмехаюсь. – В общем, это снова я, привет всем, кто смотрит это видео. Помашите мне рукой или оставьте комментарий. Вы не одни! – Я разворачиваю камеру, снимаю холм, поля внизу, Дэви, бегающего за белкой. – Здесь бывает одиноко и холодно, но теперь вы увидели, ради чего я все это делаю. – Я улыбаюсь и прощаюсь со своими зрителями. Смотрю, как прибавляются лайки.

Этот пост – не то, что вчерашний. Сегодня мне просто захотелось рассказать немного о своей жизни, о работе на ферме. Но я чувствую, как огонь у меня в животе с каждым днем разгорается все сильнее.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я папу, вернувшись в дом.

– Встаю! – отвечает он. – Не могу же я целыми днями тут сидеть. А тебе пора домой, к работе и своему мужчине. У вас впереди поездка. – Пошатываясь, он пытается выпрямиться. Кровь тут же резко отливает от его лица, ноги подгибаются, и я едва успеваю подхватить его под мышки.

– Я пока никуда не уезжаю, пап. Я пробуду здесь столько, сколько нужно. На работе без меня справятся. Я имею право взять отпуск. Работа может подождать. Сейчас я хочу быть здесь.

Он смотрит на меня из кресла.

– Нам нужно поговорить. – Он накрывает мою руку дрожащей ладонью. Я сглатываю.

– Всё в порядке, папа. Я знаю.

Его усталые глаза устремлены на меня.

– Я больше не справляюсь. Работа, стадо… ничего не выходит.

– Мы всё сможем, пап. Я что-нибудь придумаю.

Он качает головой.

– Люди не будут платить. Супермаркеты не будут платить. Здесь больше нельзя зарабатывать на жизнь.

– Значит, мы просто покроем ферму солнечными батареями?

– А, ты и об этом знаешь. – Он похлопывает меня по руке. – Это единственный выход. Все продать.

Я думаю о Лью Гриффитсе и чувствую сильную злость. Папа как будто читает мои мысли.

– Он ни в чем не виноват, милая. Он просто мне помогает. Нам всем нужно зарабатывать на жизнь.

Интересно, что будет со стадом, если он решит продать ферму.

– Ты можешь переехать ко мне, пап. Ты же знаешь.

Он кивает.

– Этот путь не для меня. В солнечные края рвалась твоя мама, а мой дом – здесь. Солнечные батареи позволят мне остаться. А тебе пора возвращаться. Не хочу, чтобы ты торчала здесь из-за меня, как бы ни любил твою компанию. Я рассказываю о тебе знакомым с большой гордостью.

Он говорит, что мне пора уезжать. Как я могу сказать, что хочу этого меньше всего на свете? Что хочу остаться. Мне просто нужно найти способ.

16

Вот уже неделя, как я работаю на ферме, выкладываю прямые трансляции с полей и видео животных, а на обед забегаю к Мэй за печеной картошкой. Там, в другом мире, сейчас всё набирает обороты, все стараются создать праздничное настроение. Здесь же совсем не чувствуется, что до Рождества осталось меньше месяца.

– Смотрела сегодняшнее видео? – спрашивает свою подругу уже знакомая мне школьница, когда я паркую «Лендровер», с трудом добравшись сюда. Я на всякий случай ставлю машину на ручной тормоз и включаю первую передачу.

– Ага! Она просто огонь!

– Уже выяснилось, кто она такая?

Я улыбаюсь.

– Ее называют Боевой Пастушкой!

– Вот бы с ней познакомиться!

Я снова улыбаюсь, наблюдая за девушками, неспешно идущими к кафе.

– Может, этой кафешке прислушаться к ней и покупать местные продукты вместо этих гадких бургеров? – предлагает одна из подруг.

– Говори за себя. Я не собираюсь менять свой рацион, – отвечает другая. – Фермерство – для неудачников. Кто захочет проводить день под дождем с животными? Неважно, откуда берется еда. Пока она дешевая, моя семья может нормально питаться. Мы не должны голодать, чтобы животным было хорошо. Нас в семье семеро, и всем нужно есть.

И счастье во мне лопается, как пузырь. Я