Читать книгу - "Принцесса (не) должна умереть - Анна Сергеевна Платунова"

ладонь. Я ухватилась за него изо всех сил, потянула на себя.

— Вставай. Вставай! Бежим. Я накрою нас щитом! Сил хватит.

Мы не столько бежали, сколько ковыляли, вцепившись друг в друга, почти ничего не видя из-за слез, застилающих глаза. Эрику все же досталось от Вспышки, теперь нескоро проморгается, а мои ресницы залепила сажа.

Держать щит. Идти. Амфитеатр. Вот он. Перед нами. Над нами. Закрывает небо. Идти. Щит. Держать.

Крики. Нарастают. Ловчие нагоняют? Нет. Зрители. Мы. Почти. Дошли.

Я споткнулась о выступающий корень, но Эрик вздернул меня на ноги, не дал упасть. Он так крепко сжимал меня в объятиях, словно и сам держался только благодаря им.

Шаг. Шаг. Щит. Держать.

Ворота.

Сквозь щелки глаз я едва различала просвет между массивных створок.

Мы миновали их под вопли и гул аплодисментов, под сокрушительный топот сотен ног.

Желтый песок арены. Фигуры в бордовом. Кто? Не различить.

Ноги подкосились у края бордюра, при виде арены меня оставили последние силы. Наверное, не будь рядом Эрика, я бы упала прямо здесь, на серых камнях, и погибла в шаге от спасения. Но он, зарычав, подхватил меня и перебросил и себя, и меня через невысокий бордюр, который в эту секунду казался практически непреодолимым. Упал на спину, прижимая меня к груди.

Некоторое время мы только и могли, что со свистом втягивать в себя воздух, проталкивать его в легкие и заставлять сердце биться.

Как хотелось нырнуть в небытие. Позволить унести себя с арены на носилках, очнуться в постели, забыть на один день о смерти, играющей с нами в жмурки.

Нет, я не могла разрешить ликующей толпе увидеть слабость принцессы Рианны. Не доставлю им такого удовольствия!

Я глубоко вздохнула, открыла глаза, оперлась ладонями на песок арены. Села. А потом одним рывком выпрямила тело, кажущееся чужим и легким.

Высоко подняв подбородок, я смотрела на балкон распорядителей. Не на Дирка, поглядывающего со снисходительной улыбкой на зрителей. Не на Мейну, что морщилась, вероятно, от слишком сильного шума.

Я смотрела на Корвина. Он стоял вплотную к перилам и сжимал их обеими руками. Даже мои воспаленные глаза отлично видели, как сменяются чувства на обычно невозмутимом лице.

Он качнул головой, будто не верил, что вот она я, жива-невредима. Радость вперемешку с горечью, когда его взгляд скользнул по моему перепачканному комбинезону, по прижатой к груди руке — кажется, я вывихнула ее, когда упала, и теперь боль медленно разгонялась в теле. И еще какой-то оттенок… Гордость? Он гордится мной?

Но под всеми этими, такими разными эмоциями проступал гнев. О, мне хорошо знаком гнев генерала Райдера. Я считывала его по одному лишь дрогнувшему мускулу на щеке, по напряженной линии челюсти, по огню, тлеющему в зрачках.

Сейчас-то почему? Я опешила, но тут же догадалась: я отказалась спасаться, запорола всю спасательную операцию.

Что же, генерал, накажите меня! И кончики моих губ сами собой приподнялись в дерзкой улыбке.

Глава 17

В целительском корпусе, пустовавшем до сегодняшнего дня, было не протолкнуться. Палаты первого этажа заняты тяжелоранеными; тех, кто мог передвигаться сам, попросили подняться на второй. Я не хотела идти, уверяя, что рука заживет сама, что на такую ерунду вообще не стоит тратить время, когда помощь нужна остальным, но друзья пошли на хитрость.

— Просто проводи меня, — невинно попросил Вейн. — Не хотелось бы сверзиться с лестницы и вдобавок сломать руку.

Эрика, Майлза и Элейн остановили на пороге: целительский корпус не мог вместить всех желающих, и тем, кто не был ранен и помогал добраться своим друзьям, приказали ждать снаружи. Поэтому я только вздохнула и согласно кивнула.

Повязку с артефактами мы сняли с ноги Вейна заранее: лучше сохранить наше открытие в тайне.

— Вывих, — сказала я охраннику на входе и показала посиневшее запястье. — И ранение в ногу. В смысле не у меня, у него.

Я кивнула на Вейна, опиравшегося на мое плечо.

Мы миновали первый этаж. Из-за закрытых дверей доносились стоны, я могла лишь надеяться, что все, кто добрался до целителей, выживут. Целители ведь профессионалы своего дела, да?

На втором этаже в длинной палате со скошенным потолком было тихо и прохладно. Все кровати, кроме одной — я насчитала восемь — заняты. Мой взгляд быстро скользнул по лицам, отыскивая членов отряда Рианны.

— Нейс!

Наш трусоватый парень слабо махнул в ответ. Тугая повязка обматывала его голову. Я помогла Вейну сесть и подошла ближе к Нейсу.

— Ты как?

Что за глупый вопрос, ответ очевиден: ранен, испуган, вымотан, но жив.

— Вы все выбрались? — Мой голос дрогнул.

Нейс оказался в команде Хаммона вместе с Ликой и Тайроном. Не самые сильные из нас, но я надеялась, что Хаммон сумеет их защитить. Нейс сглотнул и уставился в стену.

— Этот ублюдок нас бросил, — прошипел он.

— Хаммон?.. — прошептала я упавшим голосом.

Ноги ослабели, и я рухнула на край постели. Со всех сторон к нам устремились взгляды. Никто ничего не говорил, но все слушали.

— Хаммон, кто же еще. Когда стало горячо, сказал, что он не наша нянька и чтобы мы выбирались сами.

— Вот сволота, — не выдержал парень, лежащий на соседней кровати.

Первокурсник из отряда Кирана. Как его зовут? Вентер. Да, точно.

— Лика и Тай… Они… — Голос Нейса прервался, и у меня тоже перехватило горло.

— Я поняла. Прости меня!

Я чувствовала себя ужасно виноватой, ведь это я поверила Хаммону, думала, что, если он сильный и уверенный в себе, он не подведет команду.

— Ты не виновата, — помолчав, произнес Нейс. — Я и Хаммона не виню, каждый спасается как может.

— Студентка Рианна! — В палату заглянула молодая целительница. — Вот ты где. Пойдем со мной, я тебя быстро подлатаю.

— Сначала Вейн!

— За ним сейчас придет мой коллега, не волнуйся и не мешай нам делать свою работу. — Она мягко улыбнулась.

— Иди, Рин, иди, — поторопил меня Вейн, опасаясь, видимо, что я взбрыкну и вовсе сбегу.

Девушка привела меня в крошечный кабинет, где кроме кушетки, стола, стула и открытых стеллажей с целительскими препаратами больше ничего не было.

— Присаживайся.

Она встала напротив, взяла меня за руку и аккуратно закатала рукав. Пожалуй, правильно я сделала, согласившись прийти: запястье опухло и постепенно наливалось лиловым цветом, а рука мне пригодится не позднее чем послезавтра, на новом испытании… Даже гадать не хочу, что нас ждет.

Целительница осторожно пробежалась кончиками пальцев от большого пальца на моей руке вверх, потом по кругу. Я ощущала слабую вибрацию в мышцах и костях от диагностического заклинания.

— Вы ведь наверняка тоже оканчивали Арканум Розендорф, — тихо сказала я.

О нет, я вовсе не собиралась ее ни в чем обвинять. Целители, так же