Читать книгу - "Принцесса (не) должна умереть - Анна Сергеевна Платунова"

пересчитывая собравшихся. А вот и муженек собственной персоной, изогнул бровь в немом вопросе: «Ты чего это так запыхалась, моя королева?»

И все остальные в сборе!

Таисия, которая выглядит невозможно взрослой и серьезной в строгом темно-синем платье, а ее обычно мягкие кудряшки, неподвластные расческе, теперь уложены в аккуратную прическу, как приличествует министру образования.

— Ярла Астэр, — киваю я.

Майлзу очень идет простой, без лишних украшений и финтифлюшек, сюртук, ладно сидящий на его гибкой худощавой фигуре. Сразу понятно, что этот человек думает только о деле. А министру развития приходится думать в два раза напряженнее, чем нам всем вместе взятым, ведь от него во многом зависит будущее Невериона. Хорошо, что здесь Майлз в своей стихии!

— Эрл Чепик.

Вейна не узнать. Каждый раз, глядя на него, удивляюсь, что этот статный красивый парень с густыми каштановыми волосами и мягкими карими глазами — наш бывший пухляш. Юные аристократки едва не сворачивают себе шеи, оборачиваясь Вейну вслед. И я не удивлена.

Внешность Вейна изменилась, а вот характер — ничуть. За поддержкой и обнимашками — это к Вейну. И министр здравоохранения из него получился отличный, хотя Вейн все еще продолжает учиться на целителя, как и мечтал.

В академию Арканум Розендорф, восстановленную, как и дворец, никто из нас не вернулся, мы заканчивали обучение, не отходя от рабочих мест. Невероятно тяжело пришлось на первых порах, но вместе мы и не с таким справлялись. В академию, кстати, теперь принимают одаренных юношей и девушек простого сословия.

— Эрл Моркан.

Элейн единственная, кто никак не изменился. Отойдя от горнила Жатвы, она снова стала собой — чуть высокомерной, немного холодной, и только мы все, здесь присутствующие, знали, каким верным и горячим может быть ее сердце. На должность министра иностранных дел она подходила как нельзя лучше, всегда оставаясь выдержанной и спокойной.

— Ярла Моркан.

Да, они с Вейном поженились пару месяцев назад! И их темпераменты отлично дополняют друг друга.

Эрик! Мой лучший друг расплылся в широкой улыбке при виде меня. Министр обороны и правая рука Корвина. Эти двое то ругались, бурно обсуждая проекты законов, то так же эмоционально пожимали друг другу руки, когда приходили к согласию. Эрику очень идет военная форма, он просто невероятный. Думаю, Китти ужасно им гордится.

— Эрл Грейвуд.

— Наконец-то! — воскликнул он, потрясая бутылкой сидра.

Я только сейчас заметила, какие они все довольные. На столе бокалы и несколько бутылок сидра, пока не открытых: ждали только меня.

— Этот дурачина вытащил меня из постели в пять утра, — с деланым возмущением пожаловался Майлз.

— А нас в шесть, — откликнулась Лейн. — Запиской «Срочный сбор!» Я чуть не поседела, пока мы мчались во дворец.

— Как и я!

Я гневно уставилась на Корвина, а тот, улыбаясь, развел руками.

— Решил дать тебе отдохнуть, пока все собираются. Моя королева чаще думает о государственных делах, чем о сне.

— Так что случилось?

Я сейчас сгорю от нетерпения! Мои друзья переглянулись, улыбаясь, а Эрик заорал:

— Я стал отцом! Сегодня ночью Китти родила мне дочь!

Я закричала, запрыгала, как дите. Зажала рот ладонью и тут же зажмурилась, пряча слезы радости.

— О, Эрик!

Кинулась к другу обниматься. Какое счастье!

— Как себя чувствует молодая мама? — зачастила я. — Как доченька? Как назвали?

Эрик с нежной улыбкой смотрел на меня сверху вниз.

— Отвечаю по порядку. Китти чувствует себя отлично, но сейчас отдыхает. Приказала мне ехать и обнять вас всех, а потом немедленно возвращаться. Дочь…

Эрик мечтательно вздохнул.

— Самый красивый ребенок во всем мире.

— Не сомневаюсь!

— Назвали… Рианной. — Последнюю новость Эрик выдал слегка смущенно и сразу добавил: — Это Китти выбирала имя.

— Чудесное имя, — согласился Корвин.

Он ловко избавил пару бутылок сидра от пробок, янтарная жидкость полилась в бокалы.

Жизнь продолжалась, и в секунды, подобные этой, я не сомневалась, что и у нас, и у Невериона все сложится наилучшим образом. С таким кабинетом министров королевство ждет великое будущее.

Вечером, после долгого дня, когда опустилась ночь и город за дворцовой стеной зажег огни в домах и фонари на улицах, я вышла на балкон. Это было мое время, когда, я знала, никто не потревожит меня: Корвин стоял на страже моего покоя.

Это было время моего неизменного ритуала. Моей личной молитвы…

Я облокотилась на бортик, глядя в темноту.

— Сесилия… — прошептала я. — Кэллум. Эван. Ирис. Дариан.

Лица парней и девушек, навсегда оставшихся молодыми, вставали в моей памяти. Они никогда не повзрослеют, не выйдут замуж, не женятся, не родят детей. Каждый вечер перед сном я вслух произносила их имена. Они навсегда со мной.

— Кейти. Кристиан. Вальтер.

Имена лились грустной рекой.

— Хаммон. — Я не стану делить погибших на достойных и недостойных.

Я завершила, вздохнула, склонила голову.

— Я помню.