Читать книгу - "Принцесса (не) должна умереть - Анна Сергеевна Платунова"

Струи дождя заслоняли обзор, радовало одно: не мы одни испытываем трудности.

— Близко, — неуверенно ответил Эрик, завертев головой. — Метров сто.

— Надеюсь, ты не ошибаешься, — вполголоса пробормотала Элейн.

В поле зрения то и дело попадалось Око, оно летало то дальше, то ближе, время от времени зависало над деревьями. Мы все понимали, что в этот миг оно транслирует разворачивающуюся драму. Прямо сейчас в нескольких сотнях метров от нас гибнут наши товарищи. Кого мы недосчитаемся сегодня? Чьи имена я сохраню в памяти?

«Тирел и Лили? — услужливо подсказывал мне внутренний голос. — Кейти? Нытик Нейс?» Каждое имя я усилием воли прогоняла из мыслей, будто бы могла накликать беду на их владельцев.

Эрик не обманул: овраг действительно оставался незаметным до тех пор, пока нога Майлза едва не соскользнула с мокрого склона. Густо поросший кустарником и теми самыми лопухами с круглыми разлапистыми листьями, он спрятался в высокой траве.

— Вниз!

Парни поддерживали Вейна, спускались осторожно, хватаясь за ветви и торчащие из земли стебли, мы с Элейн караулили на краю, повернувшись спинами к оврагу. Послышался треск ломающихся сучьев, крепкое ругательство от Эрика и сдавленный голос Майлза, который просил Вейна слезть с него.

— Вы там как? — Я наклонилась над провалом, силясь разглядеть друзей.

Эрик, взъерошенный после экстремального спуска, махнул рукой:

— Спускайтесь.

Бордовые пятна комбинезонов выделялись на фоне зеленого и бурого цветов, и овраг был не слишком глубоким — метра три, но если никто специально не станет искать, у нас неплохие шансы добраться невредимыми.

Я еще раз оглянулась напоследок, однако, если преследователи и затаились поблизости, они ничем себя не выдали. Ледяные брызги воды фонтаном летели в лицо, когда я хваталась за ветки, я пару раз проехалась по мокрому склону на коленях и изгваздалась в грязи.

— Вейн, ты как? — первым делом спросила я, спустившись.

Мы только сейчас получили возможность осмотреть его рану, и Майлз как раз этим занялся, пытался надорвать штанину, но та оказалась плотной и не поддавалась.

— Дай я! — Эрик подвинул друга и, напрягая мускулы, рванул края.

Заряд огненного ружья пробил икру Вейна насквозь, выглядела рана не очень, как жуткий ожог, но хотя бы не кровила сильно. Не представляю, как это больно! Как Вейн держался столько времени, шел, не жаловался и теперь тоже молчит, хоть и сжимает губы до синевы.

— Все не так уж плохо! — успокоила я его.

Энтузиазм в моем голосе звучал настолько фальшиво, что лучше бы я молчала.

— И даже перевязать нечем, — мрачно сказал Эрик.

— И форма испорчена, — вздохнул Вейн.

Наш добродушный пухляш всегда следил за внешним видом и умудрялся выглядеть настоящим щеголем даже в академической форме. Эрик вечно ходил расстегнутым и лохматым, с подвернутыми рукавами рубашки; Майлз, погруженный в учебу, не замечал, как на его пальцах, а после на манжетах и жилете появляются чернильные пятна, но не Вейн. У Вейна в маленьком кармашке на груди, предназначенном для носового платка, всегда лежал, вы не поверите, носовой платок, а не две ручки и четыре карандаша, как у Майлза, или пустота, как у Эрика. Застегнут на все пуговки, ни пылинки на ткани. Преподаватели призывали юных разгильдяев поучиться у эрла Моркана, как должны выглядеть будущие государственные деятели.

— Вейн, форма? Серьезно? — воскликнул Эрик. — Да с ней-то ничего не случится, в отличие от твоей ноги!

Он указал на свою грудь, на то место, где зияла прореха после удара Серпа, теперь полностью затянувшаяся.

— Ты забыл? Нам выдали самовосстанавливающиеся комбезы, а вот дополнительных конечностей, увы, не подвезли.

Майлз сосредоточенно молчал, похоже, его посетила мысль, и наш умник лихорадочно вертел ее в голове.

— Артефакты! — воскликнул он в ответ на мой, и не только мой, вопрошающий взгляд. — Я об этом и раньше раздумывал, но как-то времени не было на эксперимент.

— Не надо на мне экспериментировать, — слабым голосом попросил Вейн, приподнимаясь на локтях и, кажется, намереваясь отползать и отбиваться.

Майлз, захваченный идеей, не обратил на слова Вейна ни малейшего внимания. Он шарил по земле, поднимал мелкие камешки, веточки, но, неудовлетворенный их видом, выкидывал.

— Ищите что-нибудь острое, — велел он.

— Ладно, — неуверенно согласилась Элейн.

Обычно Майлз предлагал что-то дельное, поэтому мы, еще не понимая, что происходит, принялись копошиться в мокрой земле, раздвигая растительность.

— Пойдет? — Эрик продемонстрировал небольшой заостренный камень.

— Да, пожалуй!

Едва камень очутился в руке Майлза, как он тут же приставил его к шее Эрика.

— Эй! — Эрик вскинул ладони в капитулирующем жесте. — Дружище, не время для разборок!

— Да заткнись ты! И не шевелись!

Не успели мы выдохнуть и подобрать отвисшие челюсти, как Майлз уже усердно выковыривал из воротника Эрика ромбовидный голубой камешек.

— Голубые артефакты мерцали ночью. Едва заметно, при свете не разглядеть. Думаю, они расходовали магию, чтобы зарастить дыру в твоем комбинезоне. А кожа на ноге — это все-таки тоже кожа. Вероятно, артефакту все равно, какую дыру чинить, — объяснял он по ходу дела. — Готово!

— Но… Ты уверен?

Майлз приложил артефакт к ноге Вейна, к краю раны, и все мы напряженно наблюдали за манипуляцией.

— Хуже-то не будет! — успокоил он.

— У меня тоже возьми один артефакт, — попросила Лейн. — Оставшихся трех хватит.

— И у меня.

В итоге на листе лопуха собрались еще четыре ромбовидных камешка, теперь надо придумать, как их закрепить на ноге Вейна, который больше не сопротивлялся и даже с некоторой надеждой поглядывал на артефакты.

Над головами с рокотом пронеслось Око, и мы пригнулись, распластались на земле. Эрик накрыл меня собой, будто бы это как-то могло уберечь меня от внимания тысяч глаз всех тех людей, что собрались сегодня в амфитеатре и на площадях городов.

Зато у меня после того, как Эрик чуть не раздавил меня своим немаленьким весом, случилось озарение.

— Косички! — сказала я.

И Лейн, и парни поглядели на меня с опасением, как давеча на Майлза, приставившего к горлу Эрика острый камень.

— Способ так себе, но выбирать особо не приходится. Смотрите, какая длинная трава растет на дне оврага. Длинная и крепкая, сейчас нарвем ее и заплетем в косички. Мне няня показывала, мы так играли в детстве… Обмотаем ногу Вейна лопухом и закрепим веревками из травы.

Идея, произнесенная вслух, звучала бредово, но…

— Попробуем! — кивнул Майлз. — Девочки, только возьмите это дело на себя, а мы вам нарвем травы.

Тонкие стебли пожелтевшей травы скоро превратились в наших руках в довольно крепкую веревку.

— Целительство из подручных средств, — бурчал Эрик, удерживая лист лопуха, пока Майлз заматывал его на ноге Вейна. — Вейн,