Читать книгу - "Средневековье и Ренессанс. Том 3 - Поль Лакруа"

что дож Орсеоло поручил в 976 году художникам этого города знаменитую «Золотую алтарную преграду» (Pala d'Oro) Сан-Марко в Венеции – прекраснейший образец эмалированного ювелирного искусства, дошедший до нас.

Музей Лувра обладает отличным образцом византийского ювелирного искусства: это верхняя часть ларца, служившего для хранения святой книги, а возможно, даже одна из досок переплета книги. Барельеф, выполненный в технике выколотки на золотом листе, занимает всю его поверхность. Он изображает святых жен, приходящих посетить гробницу Христа, где они находят ангела, возвещающего им о воскресении. Рельефные надписи, относящиеся к сюжету, образуют бордюр вокруг картины; есть они и на фоне, взятые из Евангелий от Марка и Матфея. Прекрасный характер фигур, вкус, царящий в расположении драпировок, и тщательность исполнения свидетельствуют в пользу византийского искусства и доказывают, что в промышленных искусствах греки сохраняли до XII века превосходство над всеми народами Европы.

X век был для Запада железным веком; бедствия всякого рода обрушились особенно на Италию, и неудивительно, что среди непрестанных смут и жестоких войн Волвиний, прославивший ювелирное дело в начале IX века, не нашел преемников в X. Однако, если верить изысканиям аббата Лебёфа, французские ювелиры продолжали свои труды в эту роковую эпоху, в то время как все прочие искусства были почти заброшены. Епископы Осера, Годри († 933) и Ги († 961), следуя по стопам своих предшественников, обогатили собор Святого Стефана новыми ювелирными дарами; архиепископ Санса, Севин или Сеген († 999), подарил своей церкви великолепный золотой алтарь длиной более девяти футов, украшенный барельефами. Это великолепное произведение ювелирного искусства, в изготовлении которого приписывали участие двум каноникам Санса, Бернелину и Бернуину, искусным ювелирам, было уничтожено лишь в 1760 году по приказу Людовика XV для нужд войны. Среди французских ювелиров X века, чьи имена дошли до нас, следует также назвать Тендона, одновременно архитектора и ювелира, который построил в 991 году фасад церкви Сен-Пер в Шартре и изготовил золотую раку, украшенную драгоценными камнями, жемчугом и эмалями, содержавшую пояс Богородицы, хранившийся в соборе этого города.

XI век был эпохой обновления; принципы античного искусства полностью впали в забвение, и ювелирное дело, которое уже отступило от них в некоторых своих произведениях, пошло по стопам других искусств. Для этих храмов, воздвигавшихся повсюду в новом стиле, необходима была утварь, им соответствующая, и ювелирам пришлось изобретать иные формы для предметов культа и для рак, предназначенных хранить кости святых; ибо то же рвение, которое побуждало князей, общины и народ сносить древние церкви, чтобы воздвигать новые, побудило их сменить убранство этих церквей и, следовательно, переплавить почти все предметы старого ювелирного искусства. Почти полное отсутствие памятников церковного ювелирного дела, предшествующих XI веку, является верным признаком этого факта. Формы, которые были тогда приняты для различных предметов культа, получили отпечаток строгого, глубоко религиозного стиля. На протяжении всего Средневековья они сохраняли этот характер, который возврат к греко-римским формам пришел исказить в их большой ущерб.

В ювелирном искусстве XI века, как и в памятниках других искусств, находят определенное византийское влияние, которое не должно удивлять. Действительно, Константинополь был городом par excellence для всего, что касалось роскоши: в Константинополь Италия обращалась за ювелирами, литейщиками и чеканщиками всякий раз, когда в конце X и начале XI века требовалось выполнить важное произведение из металла. К тому же политические и торговые связи между Восточной империей и Италией были частыми. Чиконьяра замечает, что дары предметов церковного ювелирного искусства, которые делали греческие императоры и патриархи в Италии, пробудили там вкус к изделиям из золота и серебра. (Stor. della Scult., t. 1, p. 399.)

Что касается Германии, то туда те же последствия привела другая причина. Брак Оттона II с греческой принцессой Феофанией (972) естественно привлек византийских художников ко двору этого императора. Они принесли в Германию стиль своей школы, который присвоили различные искусства, тогда искавшие новые пути. Доказательство тому находят в некоторых памятниках той эпохи, еще существующих в Германии. Так, в Королевской библиотеке Мюнхена хранится Евангелие из аббатства Святого Эммерама в Регенсбурге; оно было написано в 870 году братьями Берингарием и Луитхардом по приказу Карла Лысого, чье изображение воспроизведено в одной из миниатюр, украшающих эту книгу. Этот драгоценный том был снабжен при правлении Оттона II богатым золотым окладом с фигурами, выполненными в технике выколотки: в центре, в продолговатой рамке, украшенной камнями кабошонами и жемчугом, Христос представлен в сиянии; остальное поле покрыто барельефами хорошего рисунка, замечательными тонкостью исполнения. Несмотря на надписи римскими капиталами, имеющиеся на этом прекрасном предмете ювелирного искусства, невозможно не признать руку византийца в этой правильности, которая принадлежала тогда лишь лучшим художникам греческой школы.

Генрих II (1003-1024) нашел, таким образом, нескольких греческих художников, обосновавшихся при германском дворе, когда был возведен в императорское достоинство. Известно, что великое благочестие этого государя побудило его делать церквям ювелирные дары высокой важности; некоторые из них еще сохранились. Прекраснейший из всех – золотая алтарная пелена, подаренная им собору в Базеле, которая была продана с аукциона несколько лет назад. Эта алтарная пелена, около метра в высоту и метра семидесяти восьми сантиметров в ширину, представляет романскую аркаду, чьи пять арок, поддерживаемых тонкими колонками с кольцами и лодкообразными капителями, образуют каждая нишу, содержащую персонаж: Христос в центральной; архангелы Михаил, Гавриил и Рафаил и святой Бенедикт – в прочих; Иисус благословляет правой рукой, а в левой держит державу, на которой выгравирована Его греческая монограмма между альфой и омегой. Император Генрих и его жена Кунигунда простерты у ног Спасителя. Все выполнено в технике выколотки в сильном рельефе. Стиль этого памятника существенно отличается от стиля Палиотто Святого Амвросия в Милане. Следы античного искусства здесь полностью исчезли: удлиненные фигуры Христа, ангелов и святого, скованные, торжественные и изолированные под арками, их заключающими, отмечены очень выраженным византийским характером.

Среди других памятников ювелирного искусства, происходящих от Генриха II, мы отмечаем оклад Евангелия из Королевской библиотеки Мюнхена (Ms. n° 37), которое было написано для святого императора; его золотую корону и корону его супруги-императрицы, хранящиеся в сокровищнице короля Баварии. Верхняя доска оклада Евангелия украшена пластиной из слоновой кости, рельефно вырезанной, которая вставлена в широкую золотую кайму, украшенную кабошонами, жемчугом и эмалями. На углах медальоны содержат символы евангелистов; двенадцать других медальонов, распределенных в промежутках, воспроизводят погрудно Иисуса и одиннадцать апостолов. Все эти медальоны тонко выполнены в перегородчатой эмали; тонкие золотые нити перегородок прочерчивают на уровне эмали греческими буквами монограмму Христа и имена апостолов. Корона императора отмечена строгим стилем. Эта шарнирная корона состоит из шести одинаковых частей, совокупность которых представляет золотой круг