Читать книгу - "Первые Капетинги (987-1137) - Ашиль Люшер"

суета постоянно бросала на все дороги. В XII среди герцогов и графов начинают встречаться государи менее бродяжнического нрава, для которых война не высшая цель, которые пытаются законодательствовать и управлять. Темперамент высшего феодализма стал степеннее. Сеньориальным господствам в некоторых провинциях предстоит смениться сеньориальными правлениями.

ПОСТОЯНСТВО ДИНАСТИЙ

Длиться и сохранять феод нетронутым – таковой будет первая забота этих княжеских семей, способных теперь к политическим идеям и более или менее наделенных последовательностью духа, позволяющей их осуществлять. Без сомнения, постоянство династии прежде всего вопрос удачи. Дом графов Шампанских имел счастье быть представленным наследниками мужского пола до конца XIII века, в то время как дом герцогов Аквитанских угас до середины XII. Но есть политические меры, помогающие династиям сохранить по крайней мере всецело свое господство и обеспечить его единство. Большинство наших глав государств работает над уничтожением обычая разделов и над превращением в закон полной передачи сеньории старшему из потомков мужского пола. История свидетельствует о превосходстве феодов, как герцогство Нормандское и графство Фландрское, где рано право первородства было правильно понято и применялось, где домен, следовательно, оставался компактным, а власть неделимой.

ПОЛИТИКА ПРИСОЕДИНЕНИЙ

Недостаточно хранить феод. Бароны XII века также стремятся его увеличить: они хотят приумножить свои доходы и расширить свое влияние. Постоянная озабоченность территориальными приобретениями, жадность к наживе, «охота за землей» – такова доминирующая черта высшего феодализма во всех провинциях Франции. Выгодные покупки или обмены, частые браки, соединение приданых, кражи, совершаемые у церквей, вымогательства, учиняемые за счет соседних баронов, сюзеренов или вассалов, – все средства годятся для него, чтобы расшириться. В предшествующую эпоху та же страсть толкала герцогов и графов к тем же приемам, но есть та разница, что в XII веке завоевания, более обдуманные, осуществляются по более рациональному плану. Прежде приобретения, законные или нет, делались случайно и беспорядочно; везде, где барон видел землю, годную для получения или взятия, будь она в ста лье от его домена, он устремлялся туда, не думая о неудобстве эксцентричных владений. Теперь чувство единства феода и выгоды, которую находят в обладании компактным доменом, обязывают к большей методичности. Он жаждет особенно того, что снаружи соприкасается с его землей, и того, что внутри могло бы помочь заполнить пустоты.

ПЕРВЫЕ ПОПЫТКИ АДМИНИСТРАЦИИ

Наконец, некоторые крупные сеньоры хотят, – забота, которой прежде почти не было, – действовать как администраторы, как государи. Из духа порядка и чтобы сделать свое господство более приемлемым? Возможно, но прежде всего чтобы сделать его более доходным и более прочным. Они поняли, что лучший способ увеличить силу сеньории и прибыли, от нее получаемые, – это организовать и править ею так, чтобы она была процветающей. Администрация этого времени – лишь эксплуатация, но все же она должна быть разумной, чтобы быть плодотворной. Поэтому видят, как князья основывают рынки и новые города, делают заинтересованные уступки буржуазиям, постепенно развивают и следят за своей административной системой.

Материальное процветание не может обойтись без порядка и мира. Необходимо, чтобы власть высшего сюзерена уважалась подданными и особенно вассалами. Герцог или граф, таким образом, побуждается к тому, чтобы наводить полицию в своей провинции, запрещать или ограничивать частные войны, прибирать к рукам замки, требовать повиновения шателенов, другими словами, подавлять феодальный инстинкт. Борьба высших баронов против Феодализма! Неожиданное зрелище, которое представляют все крупные феоды, с различиями, которые допускают темперамент глав государств, географическое положение провинции и переменные препятствия, способные затруднить правительственное действие. Эти крупные сеньоры восстанавливают социальный порядок, который их отцы X века разрушили. Но они не подозревают, что трудятся для короля Франции, и что настанет день, когда малые провинциальные единицы, которые суть их творение, исчезнут в недрах большой, поглощенные наследственным врагом всех феодальных властей.

II. ФЛАНДРСКОЕ ГОСУДАРСТВО

РОБЕРТ II ИЕРУСАЛИМСКИЙ

Граф Фландрский Роберт II, Иерусалимский (1093–1111), был одним из героев крестового похода и, как мы видели, героем безупречным, из тех немногих, кто сражался бескорыстно за религиозную идею. В некоторых отношениях он еще представляет феодальный тип XI века; старший сын Роберта Фризского, он унаследовал от него дух авантюризма и любовь к движению. Но он ставит свою воинственность на службу другим. Верный союзник пап, сторонник папских притязаний, он борется за реформу, вступает в войну с Генрихом IV и неоднократно претерпевает гнев Императора и опустошения имперцев. Друг капетингской Франции, он сражается за счет Людовика Толстого, своего сюзерена, с англичанами и объединившимися шампанцами, и умирает жертвой своего рвения, раздавленный и утопленный под обломками моста в Мо, который обрушился под тяжестью его рыцарей (1111). Правда, Фландрии тогда было выгодно ослабить Англию, и Роберт II утвердил свою независимость, дважды (1103 и 1109) договорившись с англичанами. Он отобрал Дуэ у Эно и, несмотря на Императора, завоевал фогство Камбреской епархии. С него, кроме того, начинается череда графов Фландрских, пытавшихся восстановить общественный порядок. Он почувствовал необходимость предоставить привилегии некоторым городам. В самый год своей смерти он собрал своих магнатов на общее собрание и обязал их присягнуть миру.

БАЛДУИН СЕКИРА

Едва его преемник, Балдуин VII Хапкин, или Секира, коронован, как он созывает фландрских сеньоров в Аррас, вновь заставляет их принести на святых мощах клятву уважать порядок и предписывает самые суровые наказания для нарушителей мира. Запрещается всем фламандцам носить оружие, если только не являешься бальи, шателеном или чиновником князя. За удары и раны – талион. За ночное нарушение жилища, поджог или угрозу поджога – смертная казнь. Если виновный ссылается на случай законной обороны, пусть докажет свое утверждение поединком, испытанием водой или железом. Чиновники графа, совершившие проступки, наказуемые штрафом, заплатят двойной. Законодательство довольно суровое для дворянства, привыкшего нисколько не считаться с жизнью и собственностью других! Но Балдуин знает, что законы ничто, если не находится никого, кто имеет энергию их применять. Этот весьма суровый мировой судья сам приводит в исполнение свои приговоры, и его правосудие из самых бесхитростных. Один дворянин обобрал купцов, направлявшихся на ярмарку: он вешает его и его сообщников в тюрьме своего замка Вейнедаль. Старуха жалуется ему, что рыцарь украл у нее двух коров: Балдуин тотчас велел арестовать виновного. Ходатайствуют о его помиловании, умоляют графа не применять к дворянину законного наказания – выкалывания глаз или виселицы. «Ни того, ни другого», – отвечает судья и велит бросить его вооруженного в котел с кипящей водой, приготовленный для фальшивомонетчиков. Эти исторические черты отчасти легендарны? В них находят по крайней мере доказательство того, что правосудие Балдуина было грозно и что народ его не забыл.

По примеру своего сюзерена и друга, короля Франции Людовика Толстого, он разрушал замки и боролся против феодальных лиг, в частности тех, что сплетали против