Читать книгу - "В поисках средств к существованию - Карл Поланьи"

системе цены в конечном счете снизятся, а поставки будут более регулярными, не мог скрыть от афинян – и не скрыл – и то, что в отдаленной перспективе все они, по словам лорда Кейнса, просто умрут[403], и это произойдет из-за внедрения долгосрочного рыночного регулирования. Рассчитывать на рыночный механизм в вопросах снабжения продовольствием – такая идея казалась афинянам несовместимой с возможностью сохранения своего полиса в качестве политической структуры. Это был не просто вопрос зависимости от «автономного» механизма, что само по себе было бы плохой идеей. Аналогично тому, как рынок в XIX веке зависел от британского военного, финансового и политического превосходства и рухнул в тот момент, когда могущество Великобритании иссякло, греческий рынок тоже зависел от могущества Египта и от его административного гения.

Поставки осуществлялись с учетом корреляции цен и производились на основе административных решений, ориентированных на эти цены. Теперь они не являлись «автоматическим» ответом корыстолюбивых посредников на спрос в тех или иных городах. Ведущая роль в этой рыночной торговле принадлежала Египту, точно так же, как в предыдущем веке ведущая роль в торговле, контролируемой государством, принадлежала Афинам. В действительности степень рациональности торговли зерном, скорее всего, существенно зависела от масштабов административного контроля, что было главным образом обусловлено проблемами коммуникации. Никакая сила на свете не могла обеспечить «рационального» движения поставок, если отсутствовала информация о ценах, на основе которой можно было регулировать это движение. В условиях примитивного развития транспортной и коммуникационной систем такую информацию можно было получить только благодаря сложной организационной структуре. Иначе информация, на основе которой действовали продавцы, часто оказывалась бы устаревшей. В результате ситуация могла бы измениться еще до того, как продавец приступил к каким-то действиям. Из речи Псевдо-Демосфена мы узнаем, что система, разработанная Клеоменом, продолжала функционировать и после его смерти как минимум в течение нескольких лет. Птолемеи сохранили монополию на организованную Клеоменом торговлю зерном. По свидетельствам, в период правления Филадельфа[404] между Египтом и Боспорским царством установились теплые дипломатические отношения. Таким образом, мы можем с полным на то основанием предположить, что рыночная организация в той или иной форме существовала в течение следующего века.

Однако афиняне проявили свое недовольство не только на словах. То, в какой форме проявилась их бурная реакция, свидетельствует о природе самой проблемы. В 325–324 гг. до н. э., то есть не более чем через 5 лет после того, как начала функционировать система, созданная Клеоменом, Афины издали указ об основании колонии на Адриатике (ее точное местоположение до сих пор вызывает сомнения) «для того, чтобы ее население всегда имело собственный рынок и собственный источник зерна»[405]. В очередной раз, в последней отчаянной попытке Афины обратили взор на Запад, надеясь получать оттуда зерно. Упомянутый выше указ позволяет понять, почему возникла такая необходимость. Была создана флотилия для охраны поставок от этрусских пиратов. Таким образом, колонию должна была усилить созданная морская база. Чтобы ускорить реализацию декрета, было объявлено, что первые три триеры, корабли которых будут готовы к отплытию, получат награду: их ждали три золотых приза в размере 500, 300 и 200 драхм соответственно. Было объявлено, что с любого магистрата или горожанина, не исполнившего обязанности, возложенные на него этим указом, будет взиматься штраф в размере 1000 драхм, а затем эти деньги будут пожертвованы богине Афине. Афинский совет мог проголосовать за любые необходимые дополнения к этому указу, однако отменять какое-то из его положений было запрещено.

Трудно вообразить себе более яркое свидетельство того, насколько сильно разнились эти два способа обеспечения продовольствием. Естественно, сопротивление Афин было обречено на неудачу. Но неожиданно пришел удар, откуда не ждали. Сила, которая навсегда похоронила все афинские мечты о независимости и могуществе, пришла с Запада – а как раз на Запад Афины и возлагали свои надежды. Начало возрастать могущество Рима, и через несколько веков ему было суждено пошатнуть и новую рыночную организацию, и стремление Афин к административно регулируемой торговле. Рим обеспечивал себя продовольствием, поставив все источники продовольствия – Сицилию, Ливию, Египет, Крым и Малую Азию – под военный и политический контроль. Афинская мечта реализовалась в силе, которая хоть и в весьма усеченном виде, но смогла перенести эллинскую цивилизацию в современное время.

Глава 16. Деньги, банковское дело и финансы

Как известно, древние греки были первыми, кто начал вводить рыночные элементы в торговлю и денежные операции. Однако, по их представлениям, эти три элемента современной торговой триады по своей природе не являются родственными. Греки были знакомы с торговлей, в основном в форме дарообмена и регулируемой торговли, а также с использованием примитивных платежных средств и их эквивалентов. Грекам также были известны и специфические участники рынка, если можно так выразиться. Например, к ним заплывали пиратские корабли, которым оказывался радушный прием. Члены их команд беззастенчиво выдавали себя за чужеземцев, которые хотели совершить обмен дарами и выкладывали свой товар прямо перед царским дворцом. В таком случае они исполняли роль настоящих продавцов. Что же касается внутренней ситуации, то представляется, что задача местных рынков состояла в том, чтобы обеспечить продуктами бедняков. Однако упомянутые выше рыночные элементы были весьма разнородными. Ведь пока доминировали такие явления, как реципрокность и редистрибуция, торговля, деньги и рынки не могли сформироваться в единое целое. Действительно, деньги и рынки, даже если рассматривать их по отдельности, были еще практически неразличимыми.

I. Деньги

Вряд ли можно сказать, что у древних греков существовала концепция денег или концепция рынков. Скорее можно утверждать, что так же как и сама торговля, с которой греческая цивилизация была знакома гораздо лучше, эти понятия принадлежали к совершенно разным областям дискурса, а именно к категории обычаев (mores) и к категории инструментов (devices) соответственно. Что касается обычаев, то совместное владение и взаимность составляют саму суть общинных отношений. Применительно к вопросам экономики этика представляет собой всего лишь разумный способ обсуждения отношений реципрокности и редистрибуции. Однако инструмент неразрывно связан с нравами и обычаями, и поэтому, когда мы его используем, мы не просто размышляем над тем, ка́к что-то сделать, но мы реально это делаем. Разумеется, менталитет древних греков функционировал на обоих этих уровнях. Представление о том, что у них был якобы «этический» подход к экономике – это явное заблуждение. Было бы правильнее назвать такой подход антропологическим, поскольку их экономические представления строились на основе трезвого понимания обычаев, дополненного описанием способов и инструментов. Хотя они не пренебрегали появлявшимися новыми представлениями, удивительно, как мало они из них почерпнули.

Однако Геродот в V веке до н. э. и еще в большей степени Аристотель в IV веке до