Читать книгу - "Средневековье и Ренессанс. Том 3 - Поль Лакруа"

пододвигать к различным сиденьям далеко и близко, направо и налево. Также кабинет, стены которого были покрыты драгоценными камнями и благовонными пряностями. Также комната, где были меховые изделия разных видов. Также несколько других комнат, богато убранных кроватями, искусно вырезанными столами, украшенными дорогими тканями и золотой парчой. Также в другой верхней комнате было большое количество арбалетов, некоторые из которых были расписаны красивыми изображениями. Там были штандарты, знамена, вымпелы, ручные луки, пики, алебарды, планконы, топоры, гвизармы, кольчуги железные и свинцовые, павезы, щиты, пушки и другие орудия, вместе с латными доспехами: и, словом, казалось, там были все виды военного снаряжения. Также там было окно, сделанное удивительным мастерством, через которое высовывали голову из скрепленных железных пластин, и через него смотрели и разговаривали с теми, кто снаружи, если была необходимость, не опасаясь стрел. Также над всем особняком была квадратная комната, где со всех сторон были окна, чтобы смотреть поверх города; и когда там ели, вина и яства поднимали и спускали с помощью блока, потому что было бы слишком высоко носить. А над фронтонами особняка были прекрасные позолоченные изваяния. Этот мастер Жак Дюшье был красивым мужчиной, в приличном платье и очень представительным. Он держал слуг благонравных и обученных подобающему поведению, среди которых был мастер-плотник, постоянно работавший в особняке. Было множество богатых буржуа и чиновников, которых называли маленькими корольками по своей важности.»

§ 3. ЧАСТНАЯ ЖИЗНЬ В ДЕРЕВНЕ.

К сожалению, нет сомнений, что примерно до конца десятого века почти все сельское население было обречено на участь, близкую к рабству. Существование тех, кто составлял это население, было варварским и несчастнейшим. Среди всевозможных бедствий, которые часто обрушивались на этих людей, они, однако, не полностью утратили память о правах, предоставленных им древним римским законодательством; поэтому они предприняли несколько попыток сопротивляться угнетению. По мере того как предписания Церкви или королевской власти укреплялись, права людей, находящихся в личной зависимости, определялись лучше, и те, благодаря своему труду или сноровке, сумели завладеть частью обрабатываемой ими земли. Уже в тринадцатом веке некоторые из них были владельцами фьефов. В ту же эпоху можно найти некоторые подробности о частной жизни сельских жителей в поэзии на народном языке, особенно в рассказах и фаблио. Изначально название «вилланы» применялось ко всем тем, кто жил в деревне и чьим занятием было возделывание земли. В тринадцатом веке это обозначение приобрело более широкий смысл и также давалось людям зависимого состояния, занимавшимся каким-либо ремеслом. Существует фаблио «Виллан-врач», «Виллан-ословод». Жилище вилланов в деревне называлось манс; оно состояло из убогих хижин, расположенных на довольно обширном участке, обычная площадь которого составляла двенадцать арпанов. Виллан, с помощью жены, детей или наемных сервов, должен был обрабатывать землю манса, урожай которой делился на три части: одна – для сеньора-сюзерена; другая – для хозяина земли; последняя, и слишком часто самая маленькая, – для виллана и его семьи. Фаблио конца тринадцатого века под названием «Об утвари виллана» знакомит нас с предметами, необходимыми людям этого класса. Манс виллана должен был содержать три строения, называемые дом, бордель и бирон; первое – для зерна, второе – для сена, третье – для жилья. Вот детали внутреннего убранства этого жилища: огромный очаг был снабжен железным ухватом, треножником, кочергой и массивными таганами; перед огнем – котел, где варилась грубая похлебка, как говорит фаблио; крюк, чтобы вытаскивать мясо, не обжигаясь; рядом с очагом печь, а совсем близко очень большая кровать, где виллан, его жена и даже путник, просивший приюта, легко находили место; ларь, стол, скамья, полка для сыров, кувшин, несколько корзин дополняли эту обстановку. Виллан владел еще многими другими принадлежностями: лестницей, ступой, ручной мельницей, топором, теслом, долотом, стальным топором, буравом, гвоздями; всеми снастями, необходимыми для рыбной ловли, лесками, крючками и корзинами.

Орудия труда состояли из плуга, серпа, лопаты, бороны, острых ножниц, ножа с оселком для его точки, шила и длинных игл. У виллана была также телега с упряжью для нескольких лошадей, на которой он должен был выполнять различные перевозки, налагаемые на него феодальными повинностями, как для его сюзерена, так и для его личного сеньора.

Что касается его костюма, то он состоял из башмаков и длинных сапог, называемых хуссо, штанов из шерсти или грубого сукна; куртки, стянутой в талии, и сюрко или плаща, покрывавшего тело и плечи; с широкого кожаного пояса свисали кошелек и ножны для ножа. На голове – капюшон, прикрепленный к сюрко, или же шляпа с широкими полями; на руках – муфли или кожаные перчатки, которые он должен был надевать, когда феодальная барщина обязывала его обносить изгородью из терновника жилище своего сеньора.

Виллан иногда был обязан вооружаться, чтобы защищать свою землю или землю своего господина; тогда он покрывал голову железным шлемом, а тело – кольчугой. Его наступательным оружием были меч, копье, лук и стрелы; он даже носил блестящий железный щит, который вешал себе на шею.

К жилищу примыкал маленький огород, охраняемый большой собакой; кошки ловили полевок, крыс и мышей; в хлеву несколько дойных коров способствовали пропитанию семьи.

Фаблио еще говорит о некоторых украшениях, которые виллан делает своему жилищу; но его требует феодальная барщина, и у него не хватает времени. Однако он не должен забывать подготовить колыбель для своих детей до их появления на свет; ее нужно хорошо устелить старым тряпьем и соломой; он должен также раздобыть маленький тазик, чтобы их купать. («Об утвари виллана», in-8°, 1833.)

Вся эта обстановка, похожая на обстановку нынешних крестьян, без сомнения, не находилась в полном комплекте в каждом мансе, обитаемом вилланами; но тот из них, кого осчастливили труд или удача, мог постепенно стать ее обладателем: это заставляет меня полагать, что у сельских жителей было меньше нищеты и грубости, чем утверждали публицисты, не дав себе труда понять физическое или моральное положение людей этого класса.

В небольшом прозаическом произведении, написанном в середине тринадцатого века, содержится объяснение различий в характерах, существовавших среди вилланов; у этих людей были очень резко выраженные качества и пороки, соединенные с замечательным здравым смыслом и остроумием. Этих характеров, числом двадцать три, у каждого было свое особое название, объяснение которого дает автор произведения. Вот некоторые из них: архивиллан – это тот, кто объявляет праздники под вязом перед церковью; виллан-Поршен – это тот, кто работает на виноградниках, не хочет указывать дорогу прохожим, а говорит каждому: «Вы знаете ее лучше, чем я»; виллан-Кьенен – это тот, кто садится перед своей дверью в праздники и воскресенья и насмехается над каждым, кого видит идущим перед собой, и говорит, если проходит дворянин с