Читать книгу - "Средневековье и Ренессанс. Том 3 - Поль Лакруа"

франки обогащали свои пояса, края или кайму своих туник, а также своего плаща (древний сагум их предков). Этот вкус пришел к ним от Восточной империи, которая, перенесенная в третьем веке из Рима в Константинополь, не замедлила усвоить эту роскошь драгоценных камней и богатой пестроты, всегда знакомую народам Азии. Таким образом, Хлодвиг и его преемники носили очень украшенные одежды. То, что мы говорим об одежде мужчин, в равной степени относится и к одежде женщин. Хлодвиг (508), получив от императора Анастасия консульские знаки, был облачен в базилике Святого Мартина (в Туре) в пурпурную тунику и хламиду и возложил венец на свою голову; затем, сев на коня, собственноручно, с величайшей щедростью, бросал золото и серебро народу, собравшемуся на пути между дверью притвора базилики Святого Мартина и городской церковью, и с этого дня его стали называть консулом или августом. Покинув Тур, он пришел в Париж и основал там столицу своей империи (Григорий Турский).

Тем не менее, хорошо заметить, что подлинный Костюм того времени (пятого века) очень труден, если не невозможен для точного определения. Писатели, которые о нем говорили, делали это очень смутно или не были современниками; а памятники, их изображающие, относятся к векам гораздо более поздним и ко времени, когда художники-ваятели и живописцы были бесконечно мало любопытны в исследованиях и не представляли для другого времени ничего отличного от того, что происходило в их время. Чтобы приблизиться к истине, нужно, с одной стороны, вспомнить, что говорит Тацит: Германцы были почти наги (кроме бракк), и самые богатые среди них носили одежду короткую и облегающую, и на правом плече маленький квадратный плащ (Тацит, "О происхождении германцев"); затем, обратиться к римскому Костюму, описанному выше, и вообразить смешение этих двух систем; только туника и тога у франков и в Восточной империи были гораздо длиннее, чем они были на Западе. Вот, говоря о франках, дикая картина, которую рисует Сидоний Аполлинарий: Они зачесывали и связывали на макушке лба свои рыжевато-белокурые волосы, которые образовывали нечто вроде султана и спадали сзади в виде конского хвоста. Лицо их было полностью выбрито, за исключением двух длинных усов, спадавших с каждой стороны рта. Они носили полотняные одежды, облегающие тело и члены, с широким поясом, на котором висел меч.

Когда после Хлодвига обеспеченное завоевание территории и принятие христианской религии породили два сословия в государстве, дворянство и духовенство, только тогда различные Костюмы и Костюм вообще смогли принять определенную форму. Германские (варварские) народы не имели двух видов одежды, одного для мира, состояния им неведомого, другого для войны, их постоянного состояния; служители их культа были однообразно облачены в длинные одежды, одежду более торжественную; но, хотя и образуя первое сословие государства, они не были тем, что мы понимали и понимаем под сословием или классом.

В отличие от римлян, франки благородного рода носили длинные волосы и бороду, и обычай христианских священников уже давно был носить также длинные волосы и бороду (Тертуллиан, третий век; святой Иероним, четвертый век); но это не входит в наши рамки; церковное облачение не менялось и не может иметь места в описании Мод: его можно упомянуть лишь для памяти или когда необычная роскошь сделает его примечательным. Так, в седьмом веке мы видим святого Элигия, облаченного в самые великолепные украшения. Тем не менее, франки щеголяли элегантностью; мы видим тому пример в путешествии Ригунты, дочери Хильперика, отправлявшейся к королю готов Испании, с которым она была помолвлена (Григорий Турский). Ригунта, дочь Хильперика, продвинулась до Тулузы со своими сокровищами; видя, что она приближается к границам готов, она начала замедлять свой ход, тем более что ее люди говорили ей, что ей следует остановиться в этом месте, потому что они устали от путешествия, их одежды испачканы, их обувь изношена, и что сбруя их лошадей, экипажи и повозки, в которых они ехали, были в плохом состоянии. Они утверждали, что нужно сначала привести в порядок все эти вещи, чтобы продолжить путь и предстать с элегантностью перед ее будущим супругом, из страха, что если они прибудут к готам плохо экипированными, над ними будут смеяться. (Григорий Турский). Но, повторим еще раз, до времени, когда изображения смогли воспроизводить Костюмы и давать угадать, сквозь их несовершенство, одеяние, данные неопределенны, и можно собрать тут и там лишь небольшое число указаний, касающихся, впрочем, гораздо более аксессуарных украшений, чем основы Костюма, еще очень единообразного.

Саксы (германцы севера), когда надевали парадное убранство, носили широкую тунику с рукавами, доходившую до лодыжек, и поверх длинное платье (плащ), прикрепленное к плечам и державшееся на середине груди на пряжке. Края и полы их одежд часто отделывались широкой золотой вышивкой или украшались различными цветами. Простолюдины носили колеты, доходящие до колен, и маленький плащ на левом плече. Женщины носили длинные свободные платья, также украшенные по краям, и башмаки, как и мужчины. Одним словом, величайшее единообразие одежды царит среди всех вторгшихся народов, пришедших с Севера и Северо-Запада на великий дележ империи, на какой бы точке Европы они ни остановились и какое бы имя ни приняли.

В седьмом веке арабско-сарацинские вторжения пришли изменить Костюмы Юга и в особенности Испании; и германское одеяние готов и вестготов, уже искаженное южным климатом, смешалось с азиатским одеянием завоевателей и стало, от ступени к ступени, испанским костюмом, который в конце концов деспотически воцарился в Европе в семнадцатом веке. В 865 году мы видим, как Карл Лысый принимает в Компьене посланников, которых он отправил годом ранее к Мухаммеду в город Кордову и которые возвращаются, привезя ему много подарков, а именно: верблюдов, постели, палатки, различные виды тканей и много благовоний. (Анналы Сен-Бертена.)

Прежде чем идти дальше, будет хорошо, мы думаем, заметить, что никогда Мода или вид Костюма не менялись резко, все они происходят из первоначальной формы, принятой сначала по мотиву пользы или удобства, и лишь через ряд легких оттенков приходят к полному преобразованию; человеческая фантазия не может достичь ничего другого, кроме одежды короткой или длинной, свободной или облегающей: она может вознаградить себя лишь причудливыми формами, которыми окружает эти первоначальные и неизбежные основы, или же способом использования длинных одежд, таких как плащи. Женщины, например, когда эти одежды были из легких тканей, иногда пропускали их поверх головы и использовали как головной убор или вуаль. Единственные исключения из этого общего правила – головные уборы женщин, со Средних веков до наших дней, и, для мужчин, одеяние с Людовика XII до повторного принятия панталонов и сюртука; и все же невообразимое вырождение пурпуэна в камзол