Читать книгу - "История террора 1792-1794 гг. Том третий - Луи Мортимер-Терно"

«Монитёр» от 14 сентября 1792 г. и труд г-на Ванье: «Воспоминания о нормандском восстании», 1838.

[14] Письмо Бонмана, комиссара исполнительной власти, министру внутренних дел, датированное Лионом, 11 сентября 1792 г.

[15] См. в конце этого тома извлечение из защитительной записки сентябрьских убийц департамента Сона-и-Луара, о которой мы говорим ниже.

[16] Все эти подробности мы почерпнули из следствия, которое мировой судья Куша и председатель жюри округа Отен имели мужество начать уже на следующий день, 9 сентября, против виновников и сообщников этого гнусного убийства. По этому следствию девять человек были заочно приговорены к смерти 17 января 1793 г.; этот приговор был в состязательном порядке подтверждён 16 прериаля III года против двоих из них уголовным трибуналом департамента Сона-и-Луара.

В заметке, которую мы посвящаем в конце этого тома наказанию сентябрьских убийц, читатель найдёт подробные сведения о различных фазах процесса кушеских убийц; мы приводим там самые яркие места из защитительной записки, которую они адресовали Конвенту. Этот документ, составленный деревенским ходатаем, лучше всяких рассуждений показывает, до какой степени нравственное чувство было притуплено в деревнях дикими учениями демагогии.

[17] Принц Карл Гессен-Рейнфельс-Ротенбургский принадлежал к курфюршескому дому Гессен-Касселя и был осыпан благодеяниями Людовика XVI. В тринадцать лет он был назначен капитаном Королевско-Немецкого полка; несколько лет спустя ему была пожалована пенсия в шестнадцать тысяч ливров; в 1788 г. он был произведён в лагерные маршалы, а 22 мая 1792 г. — в генерал-лейтенанты. Он был одарён особым гением доносительства. Он выпрашивал должность во имя своих философских принципов и, едва получив её, обвинял в измене того, кто помог ему её получить; так он поочерёдно донёс на военного министра Нарбонна, на командующего Южной армией Монтескью и на всех генералов, сменявших друг друга в Рейнской армии в последние месяцы 1792 г. При конституционном режиме он велел называть себя «гражданином-генералом-философом». После 10 августа он подписывал свои письма: «Карл Гессен, якобинец». Отрешённый в 1793 г., затем на миг восстановленный в III году, он был допущен к жалкому пенсиону в тысячу восемьсот ливров. Он прозябал шесть лет, выпрашивая помощь у всех правительств, сменявшихся во главе республики; в своих письмах он изображал себя умирающим от голода и жажды. Он принялся вместе с Антонелем, знаменитым присяжным революционного трибунала, издавать «Журналь дез Омм либр»; был замешан во все интриги того времени, в заговоры Бабёфа и другие. Консульское правительство интернировало его на несколько лет на остров Ре, затем позволило ему удалиться в Швейцарию. Он умер в 1821 г., презираемый или, вернее, забытый всеми. Достойный конец этого принца, который, льстя последовательно всем властям дня, падал всё ниже и ниже, до последней степени унижения.

[18] Мы нашли: 1) письмо генерала Монтескью от 1 сентября, доказывающее неосновательность обвинений, возведённых на офицеров Королевско-Польского полка; 2) дубликаты их прошений об отставке, поданных ещё в июле 1792 г. Мы предлагаем вниманию читателей и письмо генерала Монтескью, и прошение об отставке подполковника, ставшего одной из жертв дня 9 сентября 1792 г. Все прочие прошения об отставке, которые также были у нас в руках, составлены почти в тождественных выражениях.

«Г-ну Сервану, военному министру.

Лагерь Сесьё, 1 сентября 1792 г., год IV Свободы.

Честь имею препроводить вам, сударь, прошения об отставке тринадцати офицеров 5-го кавалерийского полка, бывшего Королевско-Польского. Они датированы июнем и июлем, и я действительно храню их с той поры. Тогдашний министр предложил этим офицерам довести полк до Лиона. По прибытии в этот город они, оставшись при своём решении, получили от меня увольнение, предписанное законом. Вследствие этого возвращаю вам подлинники их прошений об отставке, дубликаты которых должны находиться в ваших канцеляриях. Эти офицеры арестованы в Лионе по поводу не знаю какого заговора, но я имею основание думать, что это недоразумение, повод к которому дала дата этих прошений.

Генерал Южной армии,

П. МОНТЕСКЬЮ».

«Г-ну де Мену, полковнику 5-го кавалерийского полка.

Тридцать семь лет, что я состою на службе, совершив четыре кампании в ганноверских войнах, я до сего времени постоянно делал всё, что от меня зависело, дабы доказать мою приверженность гражданским и военным законам, и ничего не упускал, чтобы заслужить и сохранить доверие кавалеристов полка. Я вижу, что уже два месяца употребляют все возможные средства, чтобы лишить меня единственной награды, которую я ценил в тягостных обязанностях, мною исполняемых. Так как я не могу принести никакой пользы, оставаясь долее в полку, прошу вас, сударь, соблаговолить представить королю моё прошение об отставке с должности первого подполковника, которую я занимаю в пятом кавалерийском полку.

Ош, 3 июля 1792 г., дубликат министру.

Д'ЭСПЕРЬЕР.

Видано и одобрено нами, членами административного совета».

[19] Лионская резня была рассказана, но очень кратко, в «Монитёре», № 260, в «Революсьон де Пари», № 166, с. 496, и в «Истории преступлений Революции» Прюдома, т. III, с. 299.

Подлинные подробности, которые мы даём, извлечены: 1) из протокола, составленного в самый день резни, 9 сентября 1792 г., мэром и муниципальными чиновниками Лиона; 2) из отчёта, отправленного 14 сентября министру внутренних дел тремя конституционными органами, заседающими в Лионе (муниципальностью, округом и департаментом); 3) из письма, адресованного тому же министру комиссаром исполнительной власти Бонманом, также от 14 сентября. Мы также нашли: 1) доклад, сделанный генералу Монтескью капитаном дю Алле из 15-го драгунского полка, сообщающий об убийстве подполковника Спендлера, убийстве, которое не упомянуто ни в одном документе той эпохи; 2) записку, адресованную 7 сентября восемью офицерами Королевско-Польского полка председателю Законодательного собрания. Эта записка подписана Шарлем де Мену, бывшим полковником; Дефоржем, бывшим капитаном; Десперьером, бывшим подполковником; Фортмануаром, бывшим капитаном; Вийо, младшим лейтенантом, достойным офицером; Гаво, младшим лейтенантом, активным гражданином; Вине, капитаном; Ашаром, бывшим лейтенантом.

Законодательное собрание переслало эту записку министру юстиции Дантону, который заявил, что, если нет оснований для обвинения против них, было бы возмутительной несправедливостью долее держать их в оковах. Письмо Дантона датировано 3 октября 1792 г.; уже три недели как несчастные офицеры были зарезаны!

Мы закончим этот горестный рассказ письмом Вите к Сервану, военному министру; оно превосходно изображает всю горечь, наполнявшую сердце мужественного магистрата при виде бесполезности его усилий остановить в родном городе поднимающийся поток демагогии; оно датировано 10 сентября, днём, следующим за резнёй:

«Вчерашний день был самым ужасным, какой когда-либо видел Лион. Восемь офицеров, содержавшихся в Пьер-Ансиз, были безжалостно убиты злодеями, которых наши явные враги подстрекали на всё, несмотря на присутствие муниципальных чиновников, тысячу раз подвергавших свою жизнь опасности, чтобы их спасти: пожалейте о