Читать книгу - "Самооценка как процесс решения задач. Системный подход - Т. В. Галкина"

гневом, страстью, ревностью, чувством собственничества. Они, как правило, сами инициируют конфликт, открыто выражают свои чувства и сомнения в отношениях. Они больше вкладывают в отношения, чем их партнеры и более доминанты. Их доминирование и навязывание отражается в чрезвычайном желании быть нужным, чтобы удержать партнера. Они с трудом разрывают отношения, иногда сохраняя их, несмотря даже на очень сильные проблемы.

Предполагается, что позитивная модель других у этих индивидов маскирует менее осознанную негативную модель других; при этом тенденция идеализировать других действует как защита против осознания того, что значимые другие могут хотя бы иногда не проявлять заботы или быть недоступными.

Отвергающе-избегающему типу привязанности соответствует позитивная модель себя, но негативная модель других.

Люди с этим типом привязанности создают впечатление холодных, рациональных, равнодушных и отстраненных. При столкновении с проблемами они сдерживают свои эмоции, реконструируют проблему, принижая ее важность, и активно избегают обращения к помощи и поддержки других. Они эмоционально неотзывчивы и не экспрессивны, редко проявляют свои эмоции.

Эти индивиды имеют позитивную модель себя. Степень уверенности в себе у них – от умеренной до высокой. Они полагают, что другие воспринимают их как неприятных, заносчивых, равнодушных, скрытных, но одновременно сообразительных, рациональных, критичных, серьезных. Однако, скорее всего, им безразлично, что о них думают другие. Они имеют тенденцию к эмоциональной независимости, полагаются только на себя, не испытывают ревности и тревоги, когда разделены с близкими людьми.

Эти индивиды имеют отрицательную модель других. Создается впечатление, что они не очень-то любят других людей. Обычно они циничны и критичны по отношению к другим, достаточно холодны и соблюдают дистанцию в эмоциональных отношениях. Им не комфортно проявлять свои аффективные реакции. Они редко ищут близости.

Эти индивиды могут описывать свои дружеские отношения как превосходные. Однако их дружба часто поверхностна и основана прежде всего на взаимной выгоде, а не на эмоциональной близости. Они очень закрыты в дружеских отношениях, предпочитают не прибегать к друзьям за помощью или поддержкой. Как и индивиды, относящиеся к надежному типу, они могут быть более или менее общительными и экстравертированными, но не способны к эмоциональным связям или интимности.

Романтические отношения этих индивидов характеризуются недостатком интимности, низким самораскрытием и экспрессивностью. Они менее вовлечены в них, чем их партнеры, как правило, не проявляют эмоций в отношениях и предпочитают избегать конфликтов. Они не только не полагаются на партнеров для получения помощи и поддержки, но и испытывают дискомфорт, когда помощь и поддержку требуют от них самих. Они крайне осторожны в обязательствах и быстро устают от отношений. Как правило, ими обычно выдвигаются следующие причины, чтобы не быть вовлеченными в близкие отношения: не интересно; слишком заняты или мало времени; сосредоточены на работе или достижениях; вообще это им не нужно; слишком быстро все надоедает. Но при этом многие из этих индивидов состоят в долговременных романтических отношениях, в основе чего лежат сугубо рациональные мотивы, а не эмоциональная включенность в эти отношения.

Предполагается, что на бессознательном уровне эти индивиды чувствуют страх за свое Я. Их отстраненная позиция по отношению к другим – это способ защиты хрупкого чувства Я от потенциальной угрозы, исходящей от других.

Описанные выше рабочие модели могут быть осознаны личностью в той или иной степени, но, как правило, они действуют автоматически.

Таким образом, согласно К. Бартеломью, «испуганно-избегающие индивиды» принимают избегающую ориентацию к отношениям привязанности, чтобы не быть обиженными или отвергнутыми партнером, а «отвергающе-избегающие» используют эту ориентацию для защиты своей самоуверенности и независимости. Бартеломью утверждает, что эти четыре типа привязанности могут быть описаны с точки зрения двухмерного пространства, включающего рабочие модели человека относительно себя и других. Например, «надежные индивиды» характеризуются как поддерживающие позитивные репрезентации себя (видят себя достойными уважения и любви) и других (видят других как отзывчивых и заботливых). Каждый их четырех типов привязанности представляет уникальную комбинацию позитивной и негативной модели себя и других.

Последующие исследования показали, что паттерны привязанности у взрослых людей оказываются связанными с выбором партнера и стабильностью любовных связей, с развитием депрессивных состояний и трудностями в межличностных отношениях, с проблемой преодоления личностных кризисов. Эти исследования позволяют утверждать, что принадлежность личности к единственному паттерну не абсолютна, что в различных ситуациях, по отношению к разным социальным объектам, могут иметь место различные паттерны привязанности (Первин, Джон, 2000).

В результате многочисленных исследований взрослых людей, их отношений привязанности в детстве и влияния этих отношений на дальнейшее развитие С. Джордж, М. Каплан и М. Мейн выделили три категории респондентов по критерию «тип привязанности»: автономно-надежные (autonomous-secure), озабоченные (preoccupied), дистанцированные (dismissing) (George, Kaplan, Main, 1985).

Первые – автономно-надежные – характеризуются сбалансированным представлением о своих отношениях с родителями, ценят отношения привязанности и рассматривают их как важный фактор своего личностного развития. Этот тип соответствует надежной привязанности, описанной М. Эйнсворт.

Вторые – озабоченные – не могут представить целостной картины своих отношений с родителями, при этом вспоминают о многочисленных конфликтах, существовавших между ними, и детские обиды кажутся им актуальными по сей день. Этот тип отношений исследователи нашли сходным с амбивалентно-сопротивляющимся типом, выделенным М. Эйнсворт.

Третьи – дистанцированные – не способны вспомнить что-либо о близких отношениях в детстве. В некоторых случаях они идеализируют своих родителей, при этом отрицая влияние раннего опыта привязанности на дальнейшее развитие. Их немногочисленные воспоминания о ранних отношениях включают главным образом эпизоды отвергания. Этот тип соответствует избегающей привязанности, по М. Эйнсворт.

В дополнение к этим трем типам привязанности был выделен неразрешенный (unresolved) тип. В отчетах респондентов, относящихся к этому типу, доминируют рассказы о травмах, связанных с потерей близкого человека или с жестоким обращением с ними, что остается для них актуальным.

Специфика формирования поведения привязанности на разных возрастных этапах

Анализ проблемы привязанности не будет полным без рассмотрения специфики формирования поведения привязанности на разных этапах онтогенеза.

Первое полугодие жизни ребенка в психологической литературе характеризуется как фаза возникновения психического образа матери (или другого человека, ухаживающего за ним) как некоего объекта, с которым осуществляется взаимодействие. Отношение ребенка к окружающему непосредственно зависит от того, как этот «объект» выполняет свои функции («хороший объект» – положительное отношение к миру и себе, соответственно, и позитивные рабочие модели) (Филиппова, 2002). При возникновении ситуативно-личностной формы общения (к концу второго месяца) ребенок выделяет взрослого как субъекта общения и начинает выражать эмоциональное отношение к нему, используя, в частности, интонирование плача.

Согласно фрейдизму, с момента рождения для ребенка наиболее желаемая вещь – это материнская грудь, что определяет его сосредоточенное внимание на матери. Но именно это – наиболее желаемое – имеет тенденцию