Читать книгу - "В поисках средств к существованию - Карл Поланьи"

Здесь можно привести ряд примеров, воспользовавшись данными, добытыми антропологами и историками. До недавнего времени в Западной Африке, в государстве Ашанти, согласно традиции, каждый житель должен был на голове принести властям 40 орехов кола. Если он мог принести больше, то остаток оставался ему[103]. Китайские торговцы-караванщики на Восточно-Туркестанском пути могли идти вместе с караваном, который состоял из большого количества торговцев – владельцев верблюдов. Погонщик должен был ухаживать за большим количеством верблюдов, число которых доходило до 18. Он мог иметь в собственности до 6 животных, которых ему разрешалось сдавать в аренду, и получать оплату. Более того, ему разрешалось так называемое soo-che, то есть он мог взять с собой собственные товары, погрузив их на верблюдов. При этом его товары могли составлять половину груза, который нес на себе верблюд в одну сторону. На обратном же пути погонщику позволялось нагружать верблюдов только своими товарами. Если оказывалось, что у него в собственности больше 6 верблюдов, то ему переставали оплачивать его услуги. В случае если он владел полным караваном, то есть 18 верблюдами, он становился независимым партнером и вносил свою долю в оплату накладных расходов[104]. Почти 4000 лет назад каппадокийские торговцы позволяли своим наемным работникам, так называемым be’ulatum, зарабатывать на условиях консигнации. Им предоставлялось определенное количество товаров на основе беспроцентного товарного кредита, а получаемая от продажи выручка была наградой за услуги во время путешествия. Таким образом их статус повышался и им предоставлялась определенная независимость.

Имеются также примеры, демонстрирующие различия между торговлей товарами, на которые государство сохраняет монополию (это товары, передаваемые торговцами на условиях консигнации), и свободной торговлей, осуществляемой торговцами за свой счет. Аналогичная практика была распространена в персидской экспортной торговле с Европой в XVII веке. Торговля шелком была государственной монополией – шелк продавался за границей армянскими купцами, а доходы шли государству. Остальные товары купцы могли продавать за границей свободно[105].

Развитие могли идти и по другому пути – благодаря брокерской деятельности и аукциону. В архаичных обществах и та и другая практики получили широкое распространение. Согласно Кодексу царя Билалама из Эшнунны, относящемуся к более раннему периоду, чем Кодекс Хаммурапи, некоторые религиозные сановники, которым не разрешалось заниматься бизнесом, могли продавать пиво через посредников (статья 45). Торговля считалась грязным делом, а такая операция позволяла религиозной знати сохранить репутацию. Брокер – это профессиональный посредник. Когда на некоторых крупнейших рынках Судана возникала опасность того, что в связи со скудным запасом тех или иных жизненно важных товаров их придется продавать по эквивалентам, соответствующим реальной ситуации, то брокеру поручалось как можно быстрее вводить систему нормирования этих товаров. Эта мера являлась гарантией того, что бедные слои населения получат минимальный запас еды, дров и других товаров первой необходимости, которые без нормирования были бы скуплены богатыми[106]. Брокер исполнял аналогичные функции и по отношению к внешним спекулянтам, которые могли или опустошить рынок, или наводнить его товарами и тем самым нарушить спланированную на длительный период цепочку поставок.

В функции брокера также могло входить участие в упорядоченном процессе корректировки эквивалентных соотношений товаров. На этом этапе начинал действовать принцип аукциона, то есть товар продавался тому, кто делал самую высокую ставку. В дорыночной торговле такой аукцион представлял собой следующую процедуру: товары показывались всем желающим и продавались без каких-либо дальнейших формальностей предложившему самый высокий эквивалент. Чтобы обеспечить хорошие ставки, брокер мог также расширить обычную продажу по эквивалентам на рынке с фиксированной ценой, наведя справки о потенциальных покупателях, живущих по соседству. Таким образом, брокерские функции нередко сливались с функциями аукциониста. Следует также отметить: при эквивалентном обмене предполагается, что товары не будут продаваться ни по более высокой, ни по более низкой цене. Запрещается даже продавать дешево. Это делается в интересах производителя, независимо от того, идет ли речь о членах гильдии или, в общем случае, о поставщиках сырья. Достаточно вспомнить о существовавших в средневековой экономике аналогичных требованиях «справедливой цены», чтобы понять, насколько строгими были эти правила. Тем не менее в условиях постепенного отказа от этих принципов в пользу договорной цены брокерские операции, сопровождаемые аукционом, постепенно приводили к более упорядоченным формам рыночной торговли.

Совершенно иные возможности открывались в результате развития так называемых банков. Изначально банковская деятельность появилась еще в дорыночной экономике. Там, где широко распространен бартер и где деньги используются только в качестве платежного средства и стандартного эквивалента, требуются специализированные услуги, во-первых, для осуществления платежей и, во-вторых, для урегулирования долгов. Ведь сложность бартера, если он используется как ежедневная трансакция, состоит в том, что между покупателем и продавцом того или иного товара могут возникать разногласия по причине отсутствия эквивалентности или из-за отсрочки «платежа». В первом случае может помочь компенсационный платеж. Во втором случае возникает задолженность. Независимо от того, как осуществляется платеж – в натуральном выражении, мерами серебра или, позднее, различными монетами, выравнивание «разницы» или признание долга в дописьменных цивилизациях предполагает профессиональное засвидетельствование этой операции. В V веке в Афинах банкир выплачивал долг кредитору в присутствии должника – с этой целью должник заранее оставлял деньги банкиру. Процедура могла быть еще проще: городские власти доверяли такую функцию меняле (обычно рабу), который, кроме того, еще и проверял подлинность денег, сидя за своим «столом».

В примитивных обществах кредит, посредством которого долг юридически закреплялся, предоставлялся изначально на основе реципрокных отношений между членами одного клана или между членами соседних кланов. В архаичных государствах кредит под залог будущего урожая предоставлялся главным образом храмом или дворцом. В каппадокийской торговой колонии долгосрочные кредиты, по-видимому, выдавались так называемыми ummeanum, резиденция которых располагалась в самом городе Ашшуре, в то время как краткосрочные кредиты, в зависимости от обстоятельств, предоставлялись тамкарами. По всей вероятности, согласно Кодексу Хаммурапи, в функции такмкара также входило предоставление земледельцам залогового кредита, размер которого не мог превышать величины урожая. С технической точки зрения такие операции, как проверка подлинности монет, обмен денег, платежи и кредитование, совершаемые в дорыночный период, практически не отличались от аналогичных операций гораздо более позднего времени.

Однако в контексте рассматриваемого вопроса их функции были совершенно иными. С появлением ценообразующих рынков деньги стали использоваться в первую очередь как средства обмена, хотя и платежные и кредитные операции приобрели новые свойства. Кредит теперь превратился в побочный продукт процессов обмена товарами и их производства; время, за которое должен быть выплачен кредит, больше не определялось на основе разницы между стоимостью обмениваемых товаров; кредит постепенно переставал быть операцией, осуществляемой на основе реципрокных отношений между родом и его членами, или на