Читать книгу - "Первые Капетинги (987-1137) - Ашиль Люшер"

епископ Туля Лев IX всеми средствами стремился основать во Франции господство Святого Престола и сделать эту страну опорой для тех, кто хотел реформировать Церковь. Мы отдельно рассмотрим этот серьезный вопрос реформы, уже столь волновавший современников Генриха I и тесно затрагивавший саму Королевскую власть. Здесь лишь отметим позицию короля Франции, когда в 1049 году Лев IX созвал собор в Реймсе и лично прибыл председательствовать на нем. Вера Средневековья и наполовину религиозный характер Королевской власти не позволяли Генриху запретить Папе въезд на французскую территорию или прямо воспротивиться созыву собора. Но он старался помешать планам римского двора. Он сослался на срочность военной экспедиции, чтобы помешать епископам и аббатам своего домена явиться в Реймс: едва ли аббат Сен-Реми-де-Реймс мог получить от него разрешение вернуться к Папе.

Поведение Генриха объясняется не просто влиянием, которое оказали бы на его ум симонические епископы и кровосмесительные бароны, которым угрожало осуждение собора. Если он не одобрял шаг Папы и запрещал своему духовенству к нему присоединяться, то потому, что видел в нем посягательство на королевскую власть и, для французского епископата, умаление свободы. Во время жарких споров, вызванных во Франции и в Риме ересью каноника из Тура Беренгара, Генрих сыграл роль, труднее поддающуюся определению. Утверждали без доказательств, что он был благосклонен к мнениям каноника и что заточил его в тюрьму, чтобы избавить от последствий неизбежного осуждения. По правде говоря, Беренгар был заключен в тюрьму вассалом короля; но он сам писал, что Генрих хотел этим воспользоваться, чтобы взять с него выкуп. Как бы то ни было, отношения Капетинга и Папства, почти всегда напряженные до 1053 года, никогда не становились очень сердечными.

ОТНОШЕНИЯ С ГЕРМАНИЕЙ.

Его обвиняли в симонии, и реформистская партия не щадила его; но истинная причина его недоверия и холодности в том, что папы его времени, почти все немецкого происхождения, становились послушными орудиями в руках императоров Конрада II и Генриха III. Мощь государей Замёзья возрастала тревожным образом. Пока французская династия билась в гражданской войне, Конрад окончательно получил королевство Бургундию (1031-1039) и заранее передал эту новую корону своему сыну. Потеряв всякую надежду с этой стороны, Генрих I попытался хотя бы сохранить номинальную власть над архиепископством Лионским. Он договорился с монахами Клюни, чтобы в 1046 году избрать архиепископом аббата Сен-Бениньского Алинара; слабое возмещение, но полезный успех с точки зрения будущего. Когда преемник Конрада, Генрих III, женился на Агнессе, принцессе из древнего бургундского дома, связанной с сюзеренами Аквитании и Анжу, король Франции впервые встретился со своим грозным соседом в Ивуа (1043). Этот брак, упрочивший положение Императора в долине Роны, не мог успокоить Капетинга. На мгновение можно было подумать, что между двумя Генрихами начнется открытая борьба.

ВИДЫ ГЕНРИХА НА ЛОТАРИНГИЮ.

Слабым местом Империи была Лотарингия: туда же и были направлены усилия француза. Чтобы присвоить верховный сюзеренитет над этой страной, ему достаточно было поощрять там мятежи вассалов. Уже в 1044 году герцог Годфруа, враг Генриха III, обратился к королю Франции и, без сомнения, с его согласия, увлек за собой часть недовольных во Франш-Конте и Бургундии. Энергия, с которой Генрих III преследовал мятежного герцога, пока не добился его низложения, устранила опасности, которые эта коалиция могла бы навлечь на Германию. Но в 1046 году, когда Император отправился в Италию, чтобы короноваться в Милане, король Франции, казалось, хотел решительно взяться за предприятие, о котором мечтал Роберт Благочестивый.

По свидетельству одного льежского хрониста, тогда во всей Франции шли большие военные приготовления; общий сбор вассалов был приказан королевским эдиктом, и армия даже начала собираться. Генрих I громогласно заявил, что требует «в силу своего наследственного права Ахенский дворец, владение своих предков», и все королевство Лотарингия, «удерживаемое вероломством Императора» [Гильом из Маласфериды]. По повторным представлениям епископа Льежского Вацона или, что более вероятно, вследствие трудностей, которые ему тогда чинили бароны Франции, он отказался от своего замысла. Но он не оставил того, что считал неотъемлемым правом своей короны. Когда он снова увидел Императора в Ивуа, он, говорят, с живостью упрекнул его в ложных обещаниях и в упорстве, с каким тот удерживал в своих руках эту часть французской территории, несправедливо приобретенную королями Германии, его предшественниками. Спор вскоре стал столь резким, что Император вызвал короля Франции на поединок. Генрих I отказался, прервал переговоры и, если верить немецкой хронике, бежал ночью со своими людьми.

ПЕРВЫЙ ФРАНКО-РУССКИЙ СОЮЗ.

Итак, этот король Парижа и Орлеана, из глубин своего крошечного домена осмеливавшийся претендовать на имперскую страну, что-то значил в глазах иностранцев. Он представлял целое прошлое величия и могущества и продолжал издалека производить впечатление. Самый древний пример франко-русского союза относится ко времени Генриха I и его брака с Анной, дочерью великого князя Киевского Ярослава. Россия XI века находилась в отношениях если не регулярных, то по крайней мере частых с западными странами. Роже II, епископ Шалонский, посланный в 1048 году с первым посольством в славянские земли, привез три года спустя русскую принцессу, которую обвенчали и короновали в Реймсе. Рождение того, кому суждено было стать Филиппом I, королем с византийским именем, наконец гарантировало французам и их главе преемственность династии (1052).

Верный традиции, Генрих I велел короновать своего сына, едва достигшего семи лет, архиепископом Реймсским Жерве де Шато-дю-Луар: первое коронование короля Франции, о котором история сообщает некоторые подробности (23 мая 1059).

КОРОНОВАНИЕ ФИЛИППА I.

«В начале мессы, перед чтением послания, архиепископ, обратившись к королевскому отроку, изложил ему католическую веру: он спросил его, верит ли он и хочет ли быть защитником Церкви. Филипп ответил утвердительно, ему принесли его заявление, он взял его, прочел и подписал. Сделав это, он вручил это исповедание веры архиепископу. Присутствовали: Гуго Безансонский, легат Папы; Германфруа, епископ Сионский; Менар, архиепископ Санский; Бартелеми, архиепископ Турский и т.д. Архиепископ Реймсский, взяв в руки посох святого Ремигия, кротко и милостиво объяснил, как он имел, над всеми епископами, право избирать и посвящать Короля, с тех пор как святой Ремигий крестил и помазал Хлодвига. Он поведал присутствующим, как папа Гормизд дал святому Ремигию и как папа Виктор дал ему, Жерве, и его церкви право помазания скипетром, а также примаство всей Галлии. Затем, с согласия короля Генриха, он избрал Филиппа королем. Было условлено, что это можно сделать без нужды в согласии Папы; тем не менее апостольские легаты, чтобы почтить Филиппа и дать ему свидетельство своей дружбы, приняли участие в церемонии. После них Король был избран архиепископами и епископами, аббатами и клириками; затем – Ги, герцогом Аквитанским, Гуго, сыном и представителем