Читать книгу - "Первые Капетинги (987-1137) - Ашиль Люшер"

решительности, ни мужества, собрался с силами и сам перешел в наступление на противников. Победоносный повсюду, особенно после смерти Констанции (июль 1034), Генрих потерпел лишь одну неудачу при первой попытке отобрать Санс. Борьба завершилась в его пользу, когда он добился подчинения своего брата Роберта. К несчастью, он счел себя обязанным, ради обеспечения мира, инвестировать его герцогством Бургундским, политическая ошибка, от которой его преемники будут страдать в течение трех веков.

ГЕНРИХ I И ГРАФ БЛУАСКИЙ.

В этом суровом испытании Генрих I мог видеть, насколько грозна враждебность дома Блуа. Эд II, неистовый, не складывал оружия. Против такого противника король Франции не только сражался: он вел переговоры с многочисленными врагами своего вассала и даже заключил с императором Конрадом II наступательный союз в Дёвиль-сюр-Мёз (май 1033). Эд ответил тем, что создал с некоторыми сеньорами Иль-де-Франса новую коалицию, в которой принял участие второй брат Короля, недовольный тем, что не получил никакого апанажа. Тогда начался второй период войн (1034-1039), «причинивших разорение и опустошение всей французской стране», как говорит один хронист [Raoul Glaber, éd. Prou, p. 121].

Смерть графа Эда II не положила ему конец: его сыновья Этьен и Тибо сражались с той же жестокостью. Еще раз оказавшись под угрозой лишения короны, Генрих I отобрал Санс, разбил своего брата Эда и заточил его в Орлеане. Аббатства Сен-Медар-де-Суассон и Сен-Пер-де-Шалон, которые графы Блуаские хотели подчинить, вернулись под владычество короля. После смерти графа Санского Рено, верного союзника Эда II, Сансерруа был окончательно присоединен к капетингскому родовому владению (1055). Еще более чувствительный удар был нанесен вечному врагу, Блезуа, когда Жоффруа Мартел и его анжуйцы овладели Туренью. Генрих I способствовал этому завоеванию и дал себе радость торжественно инвестировать графа Анжуйского сеньорией, которую потомство Эдов и Тибо никогда более не вернуло.

ГЕНРИХ I И НОРМАНДЦЫ.

Благодаря разобщению окружавших его феодальных держав, Королевская власть вышла живой из двойной бури. Своим спасением она отчасти была обязана поддержке верных нормандцев, но заплатила за это. Генрих уступил Французский Вексен герцогу Роберту Дьяволу. Когда тот отправился в Святую Землю, он просил Короля признать его бастарда Гильома наследником герцогства Нормандского и защитить этого ребенка от неизбежной враждебности, которой тот должен был подвергнуться. Генрих сдержал слово и служил опекуном юному герцогу, которого донимали непрерывные мятежи его баронов. В 1047 году он помог ему одолеть грозную коалицию. На поле битвы в Валь-де-Дюн король Франции, окруженный всеми контингентами королевства, доблестно рисковал собой. Именно ему прежде всего и французам приписывают эту победу даже нормандские хронисты, победу, имевшую огромное значение в жизни будущего завоевателя Англии.

Казалось, что традиционный союз королевской династии и могучего герцогства должен укрепиться как никогда. Не прошло и двух лет, как союз был разорван и француз схватился с нормандцем. Этот внезапный поворот можно объяснить. Богатство и процветание Норманддии, ее густое и воинственное население никогда не переставали одновременно возбуждать и страх, и зависть парижских королей. Этот фьеф, столь же важный, как королевство, более независимый, чем любой другой вассальный край, отнимал у Капетингов вход на Сену и запирал их в провинциях без выхода. Честолюбие Гильома Бастарда тревожило всех его соседей. С обеих сторон забыли об оказанных услугах, и в середине XI века неизбежный конфликт вспыхнул.

ВОЙНЫ С ГИЛЬОМОМ НОРМАНДСКИМ.

Война велась главным образом в долине Авры, где проходила граница двух государств с тех пор, как графство Дрё было навсегда уступлено короне. Взятие или, по крайней мере, разрушение крепости Тильер, ключа к этой долине, стало главной целью усилий короля Франции. Но он также пытался поддерживать всех баронов, отпадавших от герцога Нормандского. Он помог Тюрстану Гозу, врагу Гильома, захватить Фалез. Совместно с Анжу он поощрял с 1048 по 1053 годы другой мятеж, Гильома Бюзака. Когда этот вассал, побежденный герцогом и лишенный замка Э, пришел искать убежища во Франции, Генрих дал ему гостеприимство и позже женил на наследнице графства Суассонского. В 1053 году он принял непосредственное участие в мятеже графа д'Арке, Гильома. Правда, он не смог заставить снять осаду Арка и чуть не стал жертвой засады, устроенной нормандцами у Сент-Обена. Но он взял реванш, создав против герцога Гильома общую коалицию. Собственно Франция, Анжу, Бургундия, Овернь, Шампань, Аквитания (и даже Гасконь, если верить хронисту Гильому из Пуатье) соединили свои силы, чтобы унизить державу, которой все феодальные князья начали завидовать.

Пока Генрих I и Жоффруа Мартел опустошают окрестности Эврё, брат Короля, его прежний соперник Эд, грабит и жжет плато, господствующие к северу над нижней Сеной; но он терпит поражение при Мортемере (1054), неудача, которая обескуражила короля Франции. Мир, который он был вынужден заключить с Гильомом (1055), не только обязывал его отказаться от своих планов, но и заранее одобрять завоевания, которые герцог собирался совершить на территории Анжу. Подобные уступки не могли быть искренними: согласие Короля и его вассала длилось недолго. Три года спустя Генрих, все еще в союзе с Жоффруа Мартелем, вторгся на нормандскую территорию, тревожил Байё и угрожал Каену. Ему было нанесено новое поражение при переправе через Див, при Варавйе (1058). Последующий договор предусматривал возвращение замка Тильер Норманддии. Генрих I был побежден, но он сражался с упорством, пример которого не пропадет для его преемников.

БЕССИЛИЕ ГЕНРИХА I.

Феодализм торжествовал в Норманддии, и повсюду в других местах он завершал свою эволюцию; абсолютная независимость крупных сеньорий становилась законом. Редкость документов не позволяет точно измерить масштаб власти, которую внук Гуго Капета сохранил в качестве суверена в странах, удаленных от Сены и Луары. Но, кажется, общий авторитет короля Франции никогда не был столь ограничен. Последние связи, существовавшие между Монархией и провинциями, один за другим разрываются и исчезают. Даже в Бургундии собственный брат Короля, Роберт, осуществляет сюзеренитет в его полноте, и уже в следующем поколении разделение будет полным. Генрих I не имеет более никаких отношений с юго-востоком королевства: самое большее, он сохранил за собой право вмешиваться в выборы епископа Ле-Пюи. Известен лишь один случай, когда он действовал как король в епархии Клермона. Герцоги Аквитанские появляются в его окружении лишь в виде исключения, в случае крупных военных экспедиций или религиозных церемоний, в которых христианский князь не может не участвовать. Что касается графов Бретонского и Тулузского, столь же чуждых Капетингу, как если бы они жили вне Франции, феодальный долг более не существует.

В своих отношениях с соседними державами Генрих I, кажется, руководствовался теми же идеями, что направляли Роберта и особенно Гуго Капета.

ОТНОШЕНИЯ С ПАПСТВОМ.

Перед лицом Папства он попытался сохранить независимость национального Духовенства и права гражданской власти. Бывший