Читать книгу - "Экология страха. Лос-Анджелес и воображение катастрофы - Майк Дэвис"

пустыню к реке Колорадо. С библейской неизбежностью за истреблением овец последовало нашествие полчищ chapules, уничтоживших урожай547.

Как и следовало ожидать, экологические катастрофы середины 1860‑х и середины 1870‑х годов стали бедствием и для местных сообществ диких животных. Колоссальный падеж скота резко сократил популяции гризли, которые росли вместе со стадами. Однако гризли веками населяли Южную Калифорнию и, скорее всего, пережили бы даже столь изнуряющие засухи, которые происходили в эти два десятилетия. А вот чего они не смогли выдержать, так это новых хозяев региона – янки, которые с помощью многозарядных ружей, стальных капканов и стрихнина превратили охоту на медведей из эпизодической забавы в кампанию по истреблению.

Вскоре последовали жертвы. Одна группа местных ковбоев убила полдюжины медведей за одну двухнедельную поездку в Прери-Форк в горах Сан-Габриэль548, а мясо гризли стало обычным блюдом в меню местных ресторанов в 1860‑х и начале 1870‑х годов549. Особым деликатесом считались лапы взрослых медведей и мясо молодняка550. К концу 1880‑х годов истребление больших бурых медведей велось настолько эффективно, что некоторые эксперты утверждали, что они уже вымерли на всей территории штата. Газета «Сан-Франциско экзаминер» опровергла это утверждение в конце 1889 года, продемонстрировав клетку с Монархом, огромным самцом, найденным на горе Глисон в северной части округа Лос-Анджелес. Хотя «Экзаминер» опубликовала героический рассказ о поимке зверя одним из своих репортеров, на самом деле Монарх был куплен у спортивной федерации из Лос-Анджелеса. Единственный калифорнийский гризли, содержавшийся в неволе, умер в 1911 году551. Пять лет спустя последний дикий гризли в Южной Калифорнии был застрелен владельцем ранчо в нижней части каньона Большая Тухунга, на краю долины Сан-Фернандо. Последний представитель уникального калифорнийского подвида был убит в южной Сьерре летом 1922 года552.

Гризли был не только официальной эмблемой штата, но и его главным хищником. Согласно научной таксономии того времени, гризли определял доминирующую экосистему в прибрежной Южной Калифорнии: в 1950‑х годах в учебниках все еще упоминалось «широкое сообщество от склерофитов до медведей-гризли». В этом смысле чапараль без гризли был научным эквивалентом низкотравной прерии без бизона. Параллельное истребление этих двух самых знаковых американских видов произошло во время общенациональной оргии перепромысла. Фактически в период с 1865 по 1890 год произошло самое крупное преднамеренное истребление диких животных в истории. Позднее чиновники, занимающиеся вопросами рыбы и дичи, подсчитали, что «от 50 до 95% [калифорнийской] дичи было истреблено в течение жизни одного поколения»553. Одной из печально известных целей этой бойни было уничтожение экологических основ независимого существования коренных американцев, но этос «отстрела всего, что движется» был также обусловлен мощными рыночными силами, включая, казалось бы, ненасытный спрос на свежую дичь со стороны рестораторов и на декоративные перья со стороны производителей женских шляпок.

Заарканивание гризли (1870)

Калифорнийские рестораны, северные и южные, славились на весь мир качеством дичи, а штат был крупнейшим в стране рынком сбыта свежей дичи – более миллиона уток и 20 000 оленей в год к 1890 году554. Торговцы дичью опирались на профессиональных охотников из числа белой бедноты, составлявших особый социальный слой – «пайков» (Pikes). Названные в честь знаменитого округа в Миссури, который отправил «Милую Бетси»555 и тысячи других обедневших первопроходцев, преимущественно шотландско-ирландского происхождения, на запад, пайки были кочевыми свиноводами и пользовались дурной славой скваттеров556, которые часто ввязывались в вооруженные столкновения с владельцами ранчо и шерифами. По словам аристократического любителя дикой природы из Англии Горация Эннесли Вачелла, жившего в Южной Калифорнии в 1880‑х годах, они также были непревзойденными охотниками на мелкую дичь. Вот как Вачелл описывает одного своего знакомого, обитавшего в окрестностях Лос-Анджелеса:

Он был из тех, кого называют промысловыми охотниками; и никто другой не был так хорошо знаком с повадками и местами обитания дичи. Он, казалось, инстинктивно знал, где можно найти крупную форель, и мог поймать ее руками; он был лучшим охотником, которого я когда-либо встречал; он приходил в город [Лос-Анджелес] с дюжинами перепелов, когда другие промысловые охотники говорили вам, что в округе нет ни одной птицы; он всегда мог предсказать прилет бекаса и дикой утки, которых он отстреливал тысячами ежегодно557.

В районе Лос-Анджелеса целая армия промысловых охотников снабжала продуктами десятки ресторанов, а также местный консервный завод по производству перепелов, основанный в 1881 году. Как с нежностью вспоминал более полувека спустя общественный деятель XIX века Бойл Уоркман, в ту эпоху «эпикурейская кухня» из свежей дичи была «абсурдно дешевой»: «Перепела, голуби и кролики были по 50 центов за дюжину… Стейки и жаркое из оленины стоили 10 центов за фунт»558. Стационарные дробовики гигантского калибра использовались для уничтожения перелетных птиц целыми стаями за раз, а использование собак обеспечивало охотникам возможность стабильно забивать от 50 до 60 оленей каждую неделю в горах Сан-Габриэль над Пасаденой. Антилоп в районе озера Эльсинор и в западной части пустыни Мохаве отстреливали с железнодорожных вагонов, а позже – с автомобилей. Промысловые рыбаки с помощью динамита добывали форель тоннами в каньоне Сан-Габриэль, а у берегов Санта-Каталины – длинноперого тунца, там, где мастера стрельбы из винтовки любят поупражняться на знаменитой летучей рыбе. Для торговли сувенирами нанимали мальчишек, которые ловили рогатых ящериц и тарантулов на продажу изумленным туристам с Востока. «Безобидного, чрезвычайно полезного и интересного калифорнийского кондора», в свою очередь, «цепляли лассо, тащили и душили, когда он наедался и становился неуклюжим, или стреляли в него просто ради забавы». С прибытием нескольких сотен тысяч туристов и новых жителей во время бума 1887–1889 годов растущий спрос на дичь грозил истощить то, что раньше казалось настоящим рогом изобилия559. Нерегулируемая промысловая охота и рыбалка также угрожали новым охотничьим и рыболовным клубам в «английском стиле», которые были в моде среди нуворишей Лос-Анджелеса.

3. Золотой век охоты

Из долины, пробиваясь сквозь защитные полосы эвкалиптовых деревьев, доносится негромкий сигнал рога, похожий на трель флейты, – прощание егеря и его гончих.

Чарльз Холдер. Жизнь на природе

«Спорт на открытом воздухе» в раннем Лос-Анджелесе состоял из скачек, «потрошения петуха», спонтанной охоты на гремучих змей и койотов, боев гризли с быком на старой площади (бык обычно побеждал) и наиболее популярной из всех забав – публичных линчеваний560. Идеал охоты как благородного англосаксонского развлечения, регулируемого этикетом «честной игры», появился в Южной Калифорнии только с прибытием богатых иммигрантов с Востока и из Британии (таких как Гораций Эннесли Вачелл) в 1880‑х годах. Пропаганда Лос-Анджелеса как «Сада природы» совпала с национальной кампанией, инициированной Джорджем Бердом Гриннеллом в его еженедельнике Forest and Stream Weekly, по ограничению коммерческого перепромысла. В знаменитой речи на обеде в декабре 1887 года добрый друг Гриннелла Теодор Рузвельт предложил создать элитную организацию спортсменов, чтобы защитить других охотничьих животных от трагической судьбы бизона. Хотя клуб «Бун и Крокетт» был назван в честь простонародных персонажей, в него набирали только представителей самых голубых кровей с Мэйн-лайн и Бикон-Хилл, включая Дюпона, Пратта, Стимсона, Уитни и им подобных. Тедди (Рузвельт) служил героическим примером для подражания как атлетически сложенный охотник, который преследовал дичь в спортивной манере, убивал «чисто» и ненавидел жестокость «промысловых охотников и дикарей». Позже, когда научные методы управления стали евангелием прогрессистской буржуазии, клуб «Бун и Крокетт» стал одним из ведущих защитников заповедников и управления дикой природой как возобновляемым ресурсом561.

В Южной