Читать книгу - "Моей дочери трудно. Как помочь девочке-подростку пережить переходный возраст - Донна Джексон Наказава"

того, как собственные травмы могут невольно отражаться на родительстве, ложится тяжелым грузом на сердце любого родителя. Но вам под силу по-другому взглянуть на эту информацию – как на приглашение погрузиться в необходимую внутреннюю работу над собственной историей о травмах и исцелении. Бесспорно, эта работа может быть неприятной – нелегко оглядываться на себя в детстве и видеть, как прошлый опыт, возможно, сформировал вашу способность присутствовать или до какой степени беспокойными, раздраженными, чувствительными, критикующими, отстраненными или испуганными вы становитесь, когда неприятности обрушиваются на вас. И тем не менее это принципиально важное исследование себя поможет вам при помощи самосострадания прийти туда, где вместо траты огромного количества энергии на управление собственными эмоциями вы научитесь саморегуляции и обратитесь к сорегуляции своего ребенка. Вам попросту не удастся воспитать эмоционально стойкую дочь без этого первоначального шага. Исцеление травм – это путь, который для большинства родителей длится на протяжении всей их жизни. Но через время он способен стать судьбоносным как для родителя, так и для ребенка.

Рэйчел Йехуда, профессор психиатрии и нейробиологии и руководитель исследований стресса в Медицинской школе Маунт-Синай в Нью-Йорке, один из ведущих экспертов в изучении последствий стресса и травмы в биологических и эпигенетических изменениях. По ее мнению, знания, которые мы получаем через собственный опыт, и роль, которую эпигенетика играет в этом процессе, дают нам силу для исцеления.

– Не обязательно все должно быть негативным, – утверждает Рэйчел. – Если мы осознаем, к чему приводят биологические изменения, вызванные стрессом и травмой, тогда, я думаю, мы сможем найти лучший способ объяснить самим себе, каковы наши истинные возможности.

Родителям, столкнувшимся с травматическим опытом в детстве, Рэйчел говорит: «Вероятно, вам предстоит еще многое преодолеть, так как ваша биология создала для вас более жесткую реальность… вам нужно упорнее трудиться… вам нужно понять: многое из имеющегося у вас обусловлено биологически». Если вы осознаете тот факт, что ваша стрессовая система может быть более реактивной из-за вашего прошлого, эта информация уже сама по себе способна помочь вам оставаться спокойными в ответ на стрессовую ситуацию. Рэйчел Йехуда видела, как люди прибегали к такому осознанию, чтобы напомнить себе: «У меня плохие амортизаторы, и мне лучше просто отпустить это, поскольку моя биология даст сильнейшие реакции, прежде чем успокоится»113.

Чтобы быть хорошим родителем, нужно начать с осмысления собственной истории, признания силы произошедшего с вами и влияния, которое оно, возможно, еще оказывает на вас и ваши методы воспитания. Сюда включается и понимание происхождения вашей чувствительности из детства, и наблюдение за ее воздействием на вашего ребенка. Это может пугать. Зачастую мы подавляем или минимизируем свои травматичные переживания. И может быть трудно без помощи третьей стороны – психолога, консультанта или мудрого друга – достичь глубокого понимания для выявления ситуаций, в которых задеваются наши травмы.

Психолог Эми Карлен, работающая с девочками-подростками, предлагает такой тест:

– Чрезмерная реактивность, даже если это просто внутренняя сверхреактивность и подавленность трудноразрешимыми мыслями и эмоциями, – вероятный признак того, что что-то из вашего прошлого было задето. Когда наши дети сталкиваются с типами переживаний, которые являлись для нас самыми сложными в процессе нашего взросления, или когда они вступают в периоды жизни, бывшие для нас трудными в их возрасте, понимание этой связи с нашей эмоциональной реактивностью может быть крайне полезной.

Давайте рассмотрим несколько гипотетических вариантов. Ваша 13-летняя дочь, вернувшись из школы, входит на кухню и швыряет свой рюкзак на стол. Книги разлетаются повсюду. Она говорит вам, что две ее лучшие подруги устраивают ночевку без нее. Или вы слышите, как в своей комнате тихо плачет ваша 15-летняя дочь. Вы идете к ней с целью выяснить, что случилось, и она на одном дыхании выдает: старший мальчик в школе попросил у нее фотографию ее декольте. Она не подумала и переслала ему фото; он показал его друзьям, и когда она садилась в автобус, чтобы поехать домой, они смеялись и подшучивали над ней и ее «грудью, похожей на укусы комара».

А теперь представьте: в первом случае вы подвергались в средних классах травле, над вами издевались другие девочки или смеялись ваши собственные братья и сестры и часто оставляли вас в стороне, пока вы росли. Либо во второй ситуации представьте, что ваши мать или отец стыдили вас за тело, когда вы переживали половое созревание. Или, как это верно почти для каждой третьей молодой женщины, вас принуждали к сексу, изнасиловали либо изнасиловали на свидании114.

Какая бы ситуация ни произошла с вами, собственная травма будет призмой для восприятия переживаний дочери, той, кем она является, и того, как ей помочь в текущий момент. Ваша способность присутствовать и слушать с состраданием – или то, что нередко называют окном терпимости, – сокращается при возникновении у вас внутри эмоций, перекликающихся с вашей детской травмой. Ваша нервная система легче поддается сверхактивации. Вы можете отреагировать остро или сердито накинуться («Чего ты швыряешься своим рюкзаком!» или «О чем ты только думала!»), прежде чем выслушать, что ваш ребенок пытается вам сказать. Или вы можете ничего не ответить, но дочь увидит ваше недовольное лицо.

Однако, когда история вашей собственной травмы оказывается исследованной и проработанной, затуманенная призма, через которую вы видите проблемы своего ребенка, начинает проясняться. Хотя разворачивающиеся события могут быть крайне напряженными, у вас будет лучше получаться замечать свои скачущие мысли и физиологические реакции борьбы, бегства или замирания и воздерживаться от рефлекторных действий, чтобы вы могли предложить большую осознанность в настоящем моменте, услышать слова вашей дочери, понять ее чувства и узнать мнение о произошедшем. Осознаем мы это или нет, но мы всегда транслируем нашим детям то, как справляемся с ошибками, контролируем разочарование, решаем проблемы, слушаем, просим прощения, обращаемся за помощью при необходимости, отстаиваем свои интересы и улаживаем конфликты.

Наградой за осуществление этой внутренней работы над травмой служит преимущество во взаимоотношениях: вы становитесь надежным человеком, к которому ваша дочь может обратиться, когда чувствует себя уязвимой, независимо от сложности темы или ситуации. (Если для вас это верно и вам интересно, как определить и начать прорабатывать собственную травму, читайте Приложение B и приведенный в нем список ресурсов и рекомендаций для дальнейшего чтения. Или изучите мою более раннюю книгу «Осколки детских травм. Почему мы болеем и как это остановить» и мои онлайн-курсы, чтобы помочь себе на пути исцеления.)

Дети обладают внутренней чувствительностью, позволяющей им понимать, когда родитель застревает в своей голове, захвачен мыслями, отстранен или посылает через мимику или жесты сигналы о том, что может эмоционально