Читать книгу - "Первые Капетинги (987-1137) - Ашиль Люшер"

от нее отречься, по крайней мере пока я жив». На следующий же день толпы вооруженных мечами, топорами, луками, секирами буржуа бросаются на епископский дворец, убивают тех, кто его защищает, и повсюду ищут епископа, которого находят забившимся в бочку. Один серф раскраивает ему череп ударом топора: другие ломают ему кости ног и пронзают тысячей ударов. Затем смятение распространяется; набрасываются на дома клириков и дворян, которые спасаются от смерти лишь переодевшись и пустившись в бегство. Буржуазки, столь же пылкие, как их мужья, оскорбляли, били кулаками, даже срывали богатые одежды с дворянских дам, которым не посчастливилось попасть в их руки. За разграблением следует пожар, и загорается сама соборная церковь.

УПРАЗДНЕНИЕ И ВОССТАНОВЛЕНИЕ КОММУНЫ ЛАНА.

Нельзя было оставить без отмщения убийство епископа. Королевская армия двинулась на мятежный город и взяла его штурмом. Вновь вернувшись силой, дворяне, в свою очередь, убивают буржуа, преследуемых на улицах, в глубине церквей, разоряют их жилища, срывают даже железные скрепления с дверей. Тогда крестьяне пригорода толпами вторгаются в город и несколько дней грабят покинутые дома. Коммуна исчезла в крови (1114 г.).

После этой трагедии можно было подумать, что народ Лана навсегда останется порабощенным. Четырнадцать лет спустя коммунальный режим был восстановлен. Политические обстоятельства вынудили короля и Церковь возродить ее и вернуть амнистированным буржуа под названием учреждения мира (1128 г.) свободную организацию, позволявшую им частично избежать феодального господства. Новая хартия не полностью разоружала епископа: она ограничивала прием в коммуну и сохраняла права короля, Дворянства и Духовенства; но она учреждала муниципальную юрисдикцию наряду с юрисдикцией прелата.

КОММУНА АМЬЕНА.

Буржуа Амьена, восставшие в тот самый момент, когда Лан был в разгаре революции (1113 г.), заплатили за свою свободу почти так же дорого. Понадобились четыре года ожесточенной войны, войны на улице и вовне, чтобы амьенская коммуна стала свершившимся фактом. Епископ и видам поддерживали буржуа: шателен и граф сражались с ними. Режим свободы не мог утвердиться в Амьене, пока народное ополчение не взяло большую башню Кастильон, служившую шателену убежищем. Выступив за буржуа, Людовик VI склонил чашу весов на их сторону. Окончательное установление коммуны (1117 г.) надолго ограничило власть графа и ввело Королевскую власть в страну, где первоначально она не осуществляла никаких прав.

КОММУНЫ СУАССОНА И ПИКАРДИИ.

История коммунальной революции в Лане и Амьене – луч света в темной ночи. Все снова погружается во мрак с того года, когда кончается хроника аббата Ножанского. Лишь констатируют результаты, не имея возможности их объяснить. Болезненная необходимость, без сомнения, заставила церковных сеньоров позволить коммунальному режиму установиться в Корби (1120 г.), в Сен-Рикье (до 1126 г.), в Суассоне (1116-1126 гг.). Буржуазия Корби, кажется, объединилась с рыцарством и мелким духовенством, чтобы заставить своего аббата пойти на уступки. Сен-Рикье одолел своего аббата, лишь вступив в союз с графом Понтьё, главным светским сеньором края. Чтобы сбросить иго своего господствующего сеньора-епископа, люди Суассона, по-видимому, воспользовались малолетством своего графа Рено III.

Раз коммуны основаны, Церковь горько жаловалась на последствия. Аббат Сен-Рикье призывает короля Франции на помощь (1120 г.). Его буржуа осмеливались подвергать подданных аббатства общим налогам, муниципальной барщине! Они мешали аббату собирать свои налоги, привлекали к своей ассоциации крестьян соседней земли, собирались на свои собрания в церкви, звонили в колокола для своих частных нужд! Пришлось силой возвращать этих мужиков к строгому соблюдению коммунального договора. Епископ Суассона тоже жаловался на свою коммуну. Не довольствуясь необузданной пропагандой в сельской местности, она присваивала здания епископства для своих собраний и содержания своих пленников! Людовик VI, король клириков, должен был показать пример. Допускалось использование, но не злоупотребление.

КОММУНА РЕЙМСА.

Тщетно пытались сопротивляться; движение повсюду распространялось неудержимо. В 1130 году настала очередь Абвиля, увлеченного примером своего соседа Амьена. В 1139 году затронут сам великий город Реймс, церковная столица королевства. Архиепископ, могущественный светский сеньор, был мало склонен ограничивать свои права. Поэтому реймсцам понадобились два исключительных обстоятельства – длительная вакантность архиепископской кафедры и активное содействие короля Людовика VII.

Капетинг тогда воевал с графом Шампанским; он счел необходимым прочно утвердиться в провинции за счет местных сеньоров. Реймс, город помазания на царство, ставший коммуной, поднимался как буржуазная держава перед лицом примаса Галлии. Вселенская церковь возмутилась таким скандалом, и вмешалось Папство. Людовик VII, редко имевший мужество своих мнений и поступков, уже начал раскаиваться в том, что поощрял этих буржуа. Их дерзость напугала его: «Вы во всем превосходите, – писал он в Реймс, – пределы коммуны Лана, которая была вам дана в образец. Вы вопреки нашему запрету включаете в свою ассоциацию предместья и деревни извне. Вы отнимаете у церквей их обычные доходы или запрещаете их подданным платить налоги. Вы уменьшаете или полностью уничтожаете вольности, обычаи, правосудия каноников Нотр-Дама, которые теперь в наших руках и не имеют других защитников, кроме нас. Вы взяли выкуп с сержантов этих каноников, вы заключили в тюрьму нескольких; некоторые даже не смеют выйти из церкви из страха перед вами!»

Предостережения бесполезны! Иннокентий II побудил короля Франции применить силу: «Поскольку Бог пожелал, чтобы ты был избран и помазан на царство для защиты его блага и вольностей его служителей, мы приказываем тебе этим апостольским письмом и налагаем на тебя для отпущения твоих грехов рассеять твоей королевской мощью преступные ассоциации реймсцев, их товарищества и вернуть Церковь и город в то состояние и свободу, в каком они были во времена твоего отца превосходной памяти». Сам святой Бернард предал мести Церкви и Королевской власти «дерзость реймсского народа». Что могла сделать коммуна против таких врагов? Совместные усилия капитула, нового архиепископа и графа Шампанского вскоре заставили ее исчезнуть и надолго.

КОММУНАЛЬНЫЕ ТРАГЕДИИ.

В этот героический век коммунального движения буржуазия не довольствовалась тем, что приводила своего сеньора в бессилие. Она иногда доходила до того, что устраняла его. Убийцы епископа Лана нашли подражателей. Король Людовик VII даровал коммунальную хартию жителям Санса (1146 г.). По настоянию аббата Сен-Пьер-ле-Виф он отменил ее три года спустя. Разражается грозный мятеж. Буржуа взламывают двери аббатства и убивают аббата и его племянника, который его защищал. Репрессии были кровавыми: часть зачинщиков сброшена с высоты башни, другие отведены в Париж и обезглавлены. Буржуа Везуле не ждали, впрочем, примера Лана. Задолго до того, как подумать о коммуне, они убили своего аббата Арто (1106 г.).

Этот город Везуле, полный мужиков, разбогатевших на знаменитом паломничестве и торговле, которую вели там с Бургундией и Италией, предоставлял превосходную почву для народных волнений. В 1136 году они попытались в первый раз установить коммуну и вовлечь в нее крестьян региона. Они потерпели неудачу из-за очень сильного