Читать книгу - "Средневековье и Ренессанс. Том 3 - Поль Лакруа"

эмалей перешел из Италии во Францию в первые годы XIV века. В 1317 году находят мануфактуру по эмалированию золота и серебра, основанную в Монпелье (Дом Вэссет, «История Лангедока»). Этот факт открывается патентными письмами Филиппа Длинного, которые запрещали королевским монетчикам, размещенным Филиппом Красивым в старой части этого города, конкурировать с эмальерами по золоту и серебру, которых дон Санчо, король Майорки, основал в новой части города, принадлежавшей его владениям. Французские ювелиры вскоре стали употреблять только этот род эмалирования: прекраснейшие предметы ювелирного искусства из сокровищниц Карла V и его братьев были украшены эмалями этого вида.

Нам остается поговорить о двух других родах работ, которым предавались итальянские ювелиры XVI века. Можно было заметить, что ювелиры Средневековья старались богато оправлять сосуды из агата, сердолика, сардоникса и других материалов, доставшихся им от античности; помимо некоторых византийских сосудов, других у них не было. В самом деле, в течение Средних веков искусство обработки твердых камней и их гравировки сохранялось лишь в Константинополе; но когда вторжение турок в Восточную империю вынудило греческих художников искать убежища в Италии, они привезли туда приемы глиптики и обработки твердых камней. Тогда стали искать красивые материалы и обрабатывать их в сосуды всех видов. В начале XVI века эти сосуды пользовались необычайной популярностью, и величайшие художники-граверы по драгоценным камням не гнушались резать их своими руками. Вазари сообщает нам, что знаменитый Валерио Вичентино (Valerio Vicentino) сделал множество сосудов из горного хрусталя для Климента VII, а Якопо да Треццо (Jacopo da Trezzo), Гаспаро и Джироламо Миссерони (Gasparo e Girolamo Misseroni), его ученики, также делали очень востребованные сосуды. Для изделий, обработанных такими искусными руками, требовались богатые оправы; поэтому первые ювелиры Италии были призваны обогатить их ручками, крышками и ножками, в исполнении которых они развернули все ресурсы своего гения. Кабинет гемм Флорентийской галереи хранит значительное количество этих прекрасных сосудов. Там можно увидеть чашу из лазурита, чьи три ручки из эмалированного золота, усыпанные алмазами, являются делом таланта Бенвенуто Челлини, и сосуд из горного хрусталя, чья золотая крышка была вычеканена и эмалирована этим великим художником. Музей Лувра обладает большим количеством этих прекрасных сосудов в богатых оправах, происходящих из сокровищницы Франциска I и Генриха II. Императорская сокровищница в Вене, Grüne Gewölbe в Дрездене и Сокровищница короля Баварии также собрали очень красивые изделия итальянских мастеров.

Тауширование (damasquinerie), состоящее в воспроизведении рисунка с помощью нитей золота или серебра, инкрустированных в менее блестящий металл, такой как железо или бронза, как нельзя лучше подходило для ювелирных работ. Похоже, что приемы этого искусства были введены в Италию в начале XV века. Сначала они служили для обогащения изящными арабесками железных доспехов людей и лошадей. В XVI веке тауширование достигло высшей степени совершенства; ювелиры предавались ему с большим успехом и производили ларцы, столы, кабинеты, туалетные принадлежности из железа самых грациозных форм, с орнаментами, арабесками и сюжетами в таушировке золотом и серебром. Венеция и особенно Милан выделялись в этой работе. Среди ювелиров, приобретших большую репутацию своими прекрасными таушировками, на первое место следует поставить венецианца Паоло Риццо (Paolo Rizzo) и Карло Совико из Милана (Carlo Sovico de Milan). Челлини, этот универсальный художник, упражнялся в молодости в таушировке; он сообщает нам об этом в своих любопытных «Мемуарах», добавляя, что ломбардцы, тосканцы и римляне практиковали в ту эпоху (около 1524) этот род работы. Ломбардцы преуспевали в воспроизведении листьев плюща и виноградной лозы; тосканцы и римляне – в копировании листьев аканта с его побегами и цветами, среди которых они перемежали птиц и маленьких животных.

Итальянское ювелирное искусство сияло столь ярко в XV веке, им занимались художники столь великой славы, что оно стало предметом изучения и соревнования для всех ювелиров Европы. Есть основания полагать, что уже в начале XVI века французское ювелирное искусство оставило готический стиль и приняло стиль итальянского Ренессанса под влиянием великих художников, которых Людовик XII и Франциск I привлекли во Францию. Людовик XII, желая вывести ювелирное искусство из состояния упадка, в котором оставили этот прекрасный вид искусства войны XV века, и дать французским ювелирам возможность соперничать с итальянцами, предоставил им больше свободы в осуществлении их профессии. Он снял ограничения, которые старые ордонансы налагали на их промышленность, разрешив им декларацией от 7 февраля 1510 года ковать и выделывать всякую серебряную посуду такого веса и вида, какие каждый сочтет подходящими. Поощряя таким образом ювелирное искусство, король следовал вдохновениям кардинала Жоржа д'Амбуаза, своего министра, знатока красот итальянского ювелирного искусства, великолепные образцы которого он собрал в своем замке Гайон. Франциск I, который был, как всем известно, страстным поклонником искусств, имел, в частности, особый вкус к прекрасным работам ювелирного искусства. Наследуя Людовику XII, он продолжал, таким образом, оказывать ювелирам полезное покровительство; и вскоре, под его счастливым влиянием, французское ювелирное искусство достигло высокой степени совершенства. В этом можно убедиться по похвале, которую воздает Челлини парижскому ювелирному искусству. По его словам, в Париже больше, чем где бы то ни было, работали в grosserie, что включало церковное ювелирное искусство, столовую посуду и серебряные фигуры, и работы, которые там выполняли с помощью молотка, достигли степени совершенства, не встречавшейся ни в какой другой стране (Б. Челлини, «Трактат о ювелирном искусстве», стр. 130). Тем не менее, пребывание Челлини во Франции с 1540 по 1545 год должно было оказать большое влияние на искусство ювелира и, главным образом, на ювелирное дело (bijouterie), в котором у него не было соперника. Все украшения стали тогда исполняться у нас в итальянском стиле. Так, мифологические сюжеты стали очень модными и почти исключительно занимали воображение наших художников-ювелиров. За неимением памятников, доказательство этому можно найти в милых гравированных рисунках, служивших моделями для ювелиров, выполненных Этьеном де Лоном (Étienne de Laulne), который сам был ювелиром. Очаровательные кольца, гравированные Вуайрио (Woeiriot), лотарингским ювелиром, обосновавшимся в Лионе, где он процветал около 1560 года, также дышат итальянским вкусом той эпохи. Поэтому сегодня весьма трудно отличить итальянские украшения от французских второй половины XVI века.

Впрочем, в «Инвентаре посуды и украшений Генриха II», составленном в Фонтенбло в 1560 году (Ms. Bibl. Nationale, fonds Lancelot, n° 9501), находят все украшения, отмеченные Челлини в главе V своего «Трактата о ювелирном искусстве»: подвески, кольца, браслеты и особенно те медальоны, которые носили в волосах и на шляпе и на которых были выполнены в технике репуссе милые фигурки из золота. Эти медальоны получили во Франции название enseignes; они описаны в инвентаре Генриха II таким образом: «Enseigne d'or