Читать книгу - "Первые Капетинги (987-1137) - Ашиль Люшер"

Людовик Толстый не был человеком, который позволил бы фландрским простолюдинам давать ему уроки права и морали. Но он боролся тогда с такими трудностями, что не мог немедленно взять реванш. Он начал с того, что велел своему двоюродному брату Симону де Вермандуа, епископу Нуайона и Турне, наложить интердикт на фландрские церкви. На собранном им затем в Аррасе собрании архиепископ Реймсский вызвал Тиери Эльзасского на свой суд, отлучил его вместе со сторонниками и наложил интердикт на город Лилль. Людовик сам приказал сопернику Клитона покинуть королевство и вернуться в Лотарингию. Но церковными приговорами и угрожающими письмами нельзя было спасти положение, столь сильно скомпрометированное.

ПОРАЖЕНИЕ И СМЕРТЬ КЛИТОНА.

Король наконец решился на более эффективную меру: он осаждал Тиери в Лилле шесть дней, затем, вынужденный, вероятно, вернуться в свои владения и отчаявшись добиться успеха, отказался от своего предприятия. События ускорились. Смертельно раненный при осаде Алста, несчастный сын Роберта Куртгёза вскоре окончил, в монашеском одеянии, жизнь, целиком посвященную преследованию заведомо обреченных притязаний и неосуществимых проектов. Людовику пришлось склониться перед свершившимся фактом. Когда Тиери Эльзасский одолел сопротивление Гильома Ипрского и нападения герцога Лувенского, пришлось признать его законным владельцем графства. Не прошло и 1128 года, как новый граф Фландрии предстал перед своим сюзереном и получил из его рук инвеституру на все свои фьефы, державшиеся от королевства Франции. Тиери, по-видимому, с тех пор жил в добром согласии с покровителем Гильома Клитона.

Предприятие во Фландрии, одна из самых смелых затей правления, потерпело неудачу. Время победоносной борьбы с высшими баронами и подчинения крупных фьефов еще не настало. Для суверенной Феодальности король Франции – противник, которого отталкивают, или чужак, которого не знают. Людовик Толстый никогда не появлялся и не действовал военным образом в герцогстве Бургундском, в графстве Бретонском, в графстве Тулузском, в гасконских и пуатевинских землях герцога Аквитании. Граф Анжуйский, его временный союзник, остается в полной независимости и держит свои владения закрытыми для вмешательства королевских агентов. В стране Верхней и Нижней Сены крупные сеньоры, полные хозяева своих провинций, не переставали быть его врагами. Но самым опасным из всех для капетингской Франции был, естественно, герцог Нормандский, вассал, носивший корону, и против которого должны были истощиться и без того скромные силы короля-солдата.

III. ЛЮДОВИК ТОЛСТЫЙ И АНГЛО-НОРМАНДСКАЯ МОНАРХИЯ

Мы уже знаем хозяина англо-нормандского острова, Генриха I Боклерка, младшего из сыновей Вильгельма Завоевателя (1100-1135). Как воин, он стоил Людовика, а как государственный деятель, намного превосходил его. Располагая всеми ресурсами королевства, которое он крепко держал в руках, где само духовенство мирилось с самой суровой властью, он имел средства воздействия, которыми Капетинг никогда не обладал. Это превосходство не ускользнуло от современников.

ГЕНРИХ I БОКЛЕРК.

«С тех пор как он соединил на своей голове, – говорит Ордерик Виталий, – корону Англии и герцогство Нормандское, он управлял этими двумя государствами мудро и наслаждался постоянным процветанием благодаря тому, что никогда не ослаблял своей первоначальной энергии и строгости законов. Он умел держать в узде мятежное дворянство, предупреждать седиции бюргеров, пресекать покушения дерзких тиранов, которые хотели сравняться с ним. Что же касается тех, кто от природы был миролюбив, лиц духовного звания и простого народа, то он всегда обращался с ними мягко и не переставал их защищать. Все свое усердие он приложил к тому, чтобы обеспечить мир своим народам и сурово карать тех, кто осмеливался его нарушать. Любознательный, наделенный непоколебимой памятью, он вникал во все детали дел своих министров и вельмож своего государства. Он был всеобщим арбитром всех споров, возникавших среди его подданных. Одним словом, я не боюсь утверждать, внимательно прочитав все наши истории, что никогда Англия не имела короля более богатого, чем Генрих, более могущественного и лучше наделенного всем тем, что может, по мнению света, прославить государя».

Нормандцу Ордерику, быть может, было свойственно преувеличивать восхищение, которое внушал ему глава нормандской династии; но Сюжер, человек короля Франции, рисует портрет Генриха I еще более лестный: «Славный герой в мире, как и на войне, дивный гений, слава которого наполняет почти всю вселенную. Перед лицом его земля умолкала». Ничего подобного он никогда не говорил о Людовике Толстом. Пороки этого короля Англии, жестокого, жадного и безнравственного, исчезают в блеске его политического дела.

Генрих I сражался с Людовиком Толстым двадцать пять лет и почти без перерыва. Активно поддерживаемый своим племянником, Тибо IV Блуаским, он был вдохновителем и опорой всех феодальных коалиций, направленных против короля Франции. Неравная дуэль, из которой Капетинг не мог выйти победителем.

ПЕРВАЯ ФРАНКО-НОРМАНДСКАЯ ВОЙНА.

В первый период враждебных действий (1109-1113) Людовик, вынужденный противостоять одновременно нормандцам, графу Блуа и шателенам Иль-де-Франса, возможно, не избежал бы этой тройной опасности без поддержки графа Фландрии. Легенда повествует, что смелая вылазка графа Мёлана, француза на службе Англии, едва не привела к взятию Парижа (1111 г.). Дело короля Франции было бы еще более безнадежным, если бы Генрих оставался хозяином всех сил Нормандии; но бароны герцогства разделились. Одни принесли оммаж Гильому Аделину, старшему сыну короля Англии, другие – претенденту Гильому Клитону. Людовик Толстый был тем не менее вынужден подписать в Жизоре унизительный договор, отдававший Генриху I сюзеренитет над Мэном и Бретанью (1113). Суверенитет короля Франции был тем самым серьезно поколеблен.

ВТОРАЯ ВОЙНА. БРЁМЮЛЬ.

Отделить Нормандию от Англии, поощрять притязания боковых ветвей правящей семьи – эта тактика, удавшаяся Филиппу I, была для его преемника как никогда насущной. Людовик поспешил поддержать Клитона, и начался второй период войны (1116-1120 гг.).

20 августа 1119 года Генрих I воспользовался непостижимой безрассудностью короля Франции, который углубился в нормандские земли во главе горстки людей, не приняв необходимых предосторожностей, с гордым презрением к врагу. Он тайно собрал значительную армию и встретил французов на равнине Брёмюль, близ Нуайон-сюр-Андель. Бушар де Монморанси отговорил своего сюзерена давать битву противникам, имевшим превосходство в численности, снаряжении и порядке. Людовик VI, подстрекаемый рыцарством Вексена и слушаясь лишь своего мужества, бросился на англичан, как всегда, очертя голову. Поражение было малокровным, но решительным. Людовик бежал, заблудившись в лесу Мюзегро, до Андели. Он потерял своего боевого коня и знамя.

Неудача была серьезной, и Сюжер тщетно старается преуменьшить ее значение. Людовик, разъяренный и униженный, попытался без промедления взять реванш. Собрав наспех епархиальные ополчения и феодальные контингенты со всей Северной и Центральной Франции, он сжег Иври и осадил Бретей. Рауль Бретонец, защищавший это место за Генриха I, энергично сопротивлялся, и Людовику пришлось отступить вновь, с яростью в сердце. Его едва удержали от того, чтобы поджечь город Шартр в отместку графу