Читать книгу - "Первые Капетинги (987-1137) - Ашиль Люшер"

II. ДЕЙСТВИЯ ЛЮДОВИКА ТОЛСТОГО В КРУПНЫХ ФЕОДАХ

Заставить герцогов и графов королевства признать и подчиниться власти короля было задачей куда более трудной, чем брать донжоны шателенов Иль-де-Франса. Капетингам потребуется два века, чтобы справиться с этим. Однако Людовик Толстый попытался подорвать независимость некоторых бароний.

ЭКСПЕДИЦИЯ В БУРБОННЕ.

В 1108-1109 гг. вассал Короны, сеньор де Бурбон, Аршамбо IV, умер, оставив сеньорию своему сыну Аршамбо; но дядя последнего, Эмон II, по прозвищу Вэр-Ваш (Дурная Кляча), завладел ею. Алар де Гийбо, сеньор де Шатомейян, женившийся на вдове Аршамбо IV, явился к Людовику VI и попросил его от имени своего пасынка, чтобы наследство умершего было, по крайней мере, разделено между дядей и племянником по решению королевского суда. Король был тем более расположен покарать узурпатора, что тот преследовал приорат Сен-Пурсена, зависевший от великого аббатства Турню. Эмон несколько раз отказался предстать перед его судом, Людовик выступил в Берри с войском и осадил самую сильную крепость мятежного барона, замок Жерминьи-сюр-Обуа. Вынужденный сдаться, Эмон подписал соглашение, по которому отказывался от всех притязаний на земли Сен-Пурсена, и сопровождал своего победителя во Францию. «У королей руки длинные!» – сказал Сюжер по поводу этой экспедиции. Уже отвыкли видеть, чтобы Капетинги продвигались дальше Санса и Орлеана.

ЭКСПЕДИЦИЯ В ОВЕРНЬ.

Удивление возросло, когда Людовик Толстый отправился в Овернь защищать епископа Клермона Эмери и покарать его преследователя, графа Гильома VI. В 1122 году он захватывает Пон-дю-Шато на Алье и принуждает войска графа, сосредоточенные в Клермоне, оставить город и епископскую церковь. В 1126 году он возвращается с более многочисленными войсками, сжигает Монферран и, несмотря на несколько неожиданное вмешательство герцога Аквитании Гильома IX, принуждает графа Овернского к миру. Эта победа в далекой стране имела громкий эффект.

ФЛАНДРСКОЕ ДЕЛО.

Она позволила Людовику Толстому взяться за предприятие еще более важное. Убийство графа Фландрии Карла Датского предоставило ему случай вмешаться в дела крупного фландрского фьефа. Призванный покарать убийц, засевших в одной из церквей Брюгге, он объявил баронам и бюргерам края, что необходимо прежде всего приступить к избранию нового графа. Собравшись в Аррасе в присутствии короля, они последовательно отвергли всех претендентов: Тиери Эльзасского, слишком далекого, который лишь писал, чтобы поддержать свои права; Гильома Ипрского, бастарда, которого общественное мнение обвиняло в соучастии в убийстве Карла Доброго; наконец, Бодуэна IV, графа Эно. Этот последний, более настойчивый в своих притязаниях, был, пожалуй, самым опасным: ему предпочли кандидата, которого привез с собой король, – Гильома Клитона, сына Роберта Куртгёза, вечного претендента на герцогство Нормандское. Людовик VI только что привязал его к своей судьбе прочнее, чем когда-либо, женив на Жанне Монферратской, сестре королевы Аделаиды. Его избрание было подтверждено Гентом, Брюгге, Лиллем, Сент-Омером и даже многими фландрскими деревнями, которые воспользовались этим обстоятельством, чтобы завоевать свои вольности. Людовик Толстый мог бы добиться еще более прямого успеха. Некоторые лица подали ему мысль дать фландрскую корону одному из своих сыновей; но дети Франции были слишком молоды, и он полагал, что будет слишком трудно управлять издалека таким беспокойным народом. Ему было достаточно того, что он смог создать графа Фландрии, который, всем ему обязанный, должен был слепо ему подчиняться.

НАКАЗАНИЕ УБИЙЦ КАРЛА ДОБРОГО.

На протяжении войны, ведшейся против убийц Карла Доброго и Гильома Ипрского, король действовал как сюзерен, почти как суверен: он подписывает жалованные грамоты, которые Гильом Клитон дарует своим новым подданным; он триумфально въезжает рядом с ним в города, назначает шателенов, действует и издает законы вместе с ним. Сеньоры и бюргеры, нуждающиеся в его поддержке, без сопротивления исполняют его волю. Клитон – лишь его наместник, послушный исполнитель его приговоров. Согласие короля и фландрского народа сохраняется до последнего акта этой кровавой драмы, начавшейся с убийства Карла Доброго. Гильом Ипрский, схваченный в своей столице, лишенный своей земли и заключенный в замок Лилля; убийцы, наконец вырванные из церкви, своего убежища, проходящие одного за другим перед глазами Людовика VI, а затем сброшенные с высоты брюггской башни; двое самых виновных, Бушар и Бертоль, погибающие, один – на колесе, разрываемый воронами, другой – повешенный на виселице вместе с собакой, «которая пожирала ему лицо», – таков был результат вооруженного вмешательства короля Франции.

ПРОМАХИ ГИЛЬОМА КЛИТОНА.

Когда Людовик 6 мая 1127 года отправился обратно в Аррас, он верил в прочность своего дела и в долговечность господства, установленного в пользу Клитона. Но молодой граф был самым неспособным человеком удержаться в трудном положении. Рядом с дворянством во Фландрии жил класс разбогатевших и влиятельных бюргеров, беспокойное население, быстрое на бунт, требовавшее бесконечно бережного обращения. А у Гильома рука была груба. Вместо того чтобы сохранить свои силы, чтобы противостоять коалиции отстраненных претендентов и враждебных соседей – Генриха I Английского, Этьена Блуаского, Бодуэна IV, герцога Лувенского, Тома де Марля, – он совершил неосторожность, восстановив против себя города, чьи привилегии не уважал, а затем и баронов, над которыми хотел установить ярмо. Лилль, Гент, Брюгге, Сент-Омер восстали; фландрские сеньоры подвергли сомнению права графа на наследство Карла Доброго. На этот раз Тиери Эльзасский появился во Фландрии по зову своих сторонников. Клитон, бессильный удержать ускользавшую от него власть, скомпрометировал свое дело союзом с тем самым Гильомом Ипрским, которого сам же и лишил владений (апрель 1128 г.).

ВТОРАЯ ФЛАНДРСКАЯ КАМПАНИЯ.

Надо было, чтобы король Франции продолжал поддерживать его своими деньгами и солдатами. Но Людовик Толстый, вынужденный тогда вести смертельную войну против собственного сенешаля Этьена де Гарланда и бороться с частью французского духовенства, смог заняться фландрскими делами лишь весной 1128 года, когда эта страна была уже почти потеряна для его протеже. Подойдя к Аррасу, он написал бюргерам Брюгге и велел им послать к нему восемь своих представителей, чтобы договориться с его баронами о способах примирения с графом Гильомом. Высокомерный и резкий ответ фландрцев показал, до какой степени изменилось положение. Это настоящий обвинительный акт, направленный не только против Клитона, чьи злоупотребления властью и промахи они перечисляют, но и против короля Франции, которого они обвиняют в том, что он за тысячу марок торговал фландрской короной. Они, впрочем, формально отрицают за ним право распоряжаться ею. «Король Франции не имеет никакой власти над избранием графа Фландрии. Умрет ли граф с детьми или без детей, лишь пэры сеньории и граждане городов имеют исключительное право избрать ближайшего наследника и возвести его на престол. Как держатель фьефа от короля Франции, граф Фландрии обязан ему лишь военной службой и ничем больше. Король не имеет никакого права силой навязывать нам графа и тем более устанавливать