Читать книгу - "История террора 1792-1794 гг. Том четвертый - Луи Мортимер-Терно"

Риуфф в своих «Воспоминаниях» говорит о четырнадцати девушках; он смешивает число девушек с общим числом женщин, проходивших по этому делу.

Мать юной Табуйо, сорока шести лет;

Франсуаза Эрбийон, пятидесяти четырех лет, вдова г-на Массона, прокурора в управлении вод и лесов Вердена;

Элизабет Дофен, пятидесяти шести лет, вдова г-на Бригана, капитана французских гренадеров;

Анжелика Лажирузьер, сорока восьми лет, дочь г-на Лажирузьера, бывшего сельского прево[167];

Тереза Пьерсон, жена Бестеля, сорока одного года, башмачница;

Маргерит Крутт, сорока восьми лет, названная в обвинительном акте часовщицей. — Из приведенных выше документов легко видеть, каково было истинное положение этой несчастной.

3° Третья категория включала четырех обвиняемых, поименно указанных в декрете от 9 февраля 1793 года как виновных в преступлении против нации. Это были:

Де Нейон, пятидесяти семи лет, подполковник 2-го батальона Мёзы, который по приказу оборонительного совета и по требованию конституционных властей подписал капитуляцию;

Гримуар, семидесяти лет, бывший полковник провинциального полка метцской артиллерии, который появлялся на улицах Вердена с белой кокардой;

Ламель, сорока семи лет, стряпчий;

Барт, шестидесяти лет, мировой судья.

Эти двое последних до 1789 года были сборщиками — один тальи, другой городской пошлины Вердена — и были приданы муниципалитету, сохраненному в должности постановлением прусского губернатора.

4° Четвертая категория объединяла пять церковнослужителей, также указанных в декрете от 9 февраля как преступники в государственной измене за то, что вновь приняли свои пастырские обязанности, будучи неприсягнувшими священниками:

Лакордьер, пятидесяти девяти лет, декан капитула кафедрального собора;

Коллоз, семидесяти двух лет, бывший бенедиктинец, приор Сент-Эри;

Гийом Лефевр, бывший бенедиктинец, шестидесяти двух лет;

Эрбийон, семидесяти шести лет, кюре Сен-Медара;

Госсюэн, шестидесяти девяти лет, каноник церкви Мадлен.

5° Пятая категория состояла из капитана жандармерии и пяти жандармов, включенных общим указанием в декрет от 9 февраля как продолжавшие свою службу во время оккупации Вердена пруссаками. Эти военные видели, что муниципалитет, суды, администрация дистрикта оставались на своих постах; они остались на своем, несли полицейскую службу за счет победителя, как несли ее

[167]: Некоторые писатели высказывали сомнения насчет точного возраста девицы де Лажирузьер; «Монитёр» и «Бюллетень революционного трибунала» говорят восемнадцать лет, список казненных указывает сорок восемь. Проверка по документам производства показывает, что точен именно последний возраст.

ранее за счет республиканских властей. С тех пор они прослужили восемнадцать месяцев в Мозельской армии и привезли оттуда удостоверения о храбрости и гражданственности, выданные их воинскими начальниками; более того, они могли представить полное отпущение грехов, выданное им якобинцами Вердена[168]. Один из них, Тюйёр, ссылался даже на вердикт обвинительного жюри, признавшего его невиновным в том, что ему вменялось. Все это было бесполезно; солдаты, жертвы слепого повиновения, были включены вместе со своим начальником в обвинение, которого они в своей наивности не могли даже понять перед грозным трибуналом.

На вызов своих имен они заявили, что зовутся:

Пеллегрен, пятидесяти двух лет, капитан жандармерии;

Тюйёр, шестидесяти одного года, бригадир;

Жулен, тридцати одного года, жандарм;

Мийи, тридцати одного года, жандарм;

Беделон Леклерк, пятидесяти двух лет, жандарм;

Жирар Депре, пятидесяти лет, жандарм.

6° Шестая категория включала шесть лиц, не указанных в декрете от 9 февраля 1793 года, а именно: Перрена, пятидесяти лет, аптекаря, считавшегося главой сборища, образовавшегося перед общинным домом с требованием сдачи города;

Добермениля, семидесяти пяти лет, коменданта крепости Верден, продолжавшего свою службу во время оккупации;

[168]: Акт отпущения, на который ссылались эти несчастные жандармы, гласил:

СВОБОДА, РАВЕНСТВО, БРАТСТВО ИЛИ СМЕРТЬ.

Народное общество, якобинское и революционное, города Вердена — представителю народа Малларме.

Гражданин представитель,

Жандармы Вердена, состоявшие на службе при сдаче Вердена, обратились к нам с петицией, в которой они приглашают общество потребовать их скорейшего суда.

Они просят, чтобы их предали скорее трибуналу Сен-Миеля, чем революционному трибуналу Парижа. После долгих прений, всецело в их пользу, общество поднялось в едином порыве, и среди возгласов, которыми народ огласил своды храма Дома, постановило просить тебя удовлетворить этих граждан в предмете их просьбы.

Среди доводов, которые все доказывают их невиновность, мы могли бы сказать тебе, что, не будучи включены в капитуляцию крепости, они были вынуждены остаться на своем посту и, следовательно, подвергались всей ярости прусского деспота.

Итак, ты видишь, Представитель, по лестному свидетельству, которое верденский народ дает обвиняемым, что они были лишь несчастны, да, несчастны тем, что были принуждены склониться под гнусное ярмо, и это под страхом смерти.

Общественное мнение повсюду повторяется, свидетельствуя об их невиновности. На основании этого изложения мы просим тебя, во имя справедливости, руководящей всеми твоими шагами, разрешить трибуналу Сен-Миеля разбирать дело национальных жандармов.

Привет и братство.

Твои сограждане,

Байль, председатель; Дьёдонне, секретарь; Гийо, архивариус.

Круайе, пятидесяти четырех лет, артиллерийского рабочего, обвинявшегося в проявлении весьма горячих симпатий к пруссакам;

Наконец: Франсуа Фортена, сорока трех лет, торговца;

Шотена, тридцати одного года, парикмахера;

Пти, пятидесяти лет, виноградаря.

Эти трое последних были добавлены к роковому списку вместе с девицей Крутт представителем народа Малларме. Вменявшееся им преступление состояло, как и у этой