Читать книгу - "История террора 1792-1794 гг. Том четвертый - Луи Мортимер-Терно"

Луи Мортимер-Терно

История террора 1792-1794 гг. Том четвертый

Предисловие.

Четвертый том настоящего труда открывает мрачную и решающую главу Французской революции. Если в предыдущих книгах мы были свидетелями краха старого мира — падения Бастилии, бегства короля и крушения монархии 10 августа 1792 года, — то теперь перед нами разворачивается трагическая драма, где на сцену выходят новые, еще более грозные силы. От кровавого хаоса Сентябрьских дней до образования первого революционного правительства, от священного порога Конвента до победных полей Вальми — все эти события предопределили дальнейший ход истории, где идеалы свободы и равенства вступили в смертельный конфликт с анархией и диктатурой.

В центре повествования четвертого тома лежит сложное и многогранное противостояние между двумя основными партиями — Жирондой и Горой. Конфликт, о котором идет речь, выходит далеко за рамки простых политических разногласий; это борьба за саму душу Французской республики, за то, каким принципам будет следовать новое государство. С одной стороны, Жиронда — это партия умеренных республиканцев, вдохновленных идеями просвещения и стремящихся установить власть закона и порядка. Они борются за создание стабильного государства, основанного на верховенстве права и защите частной собственности. Но, как мы увидим, их главным недостатком становится нерешительность, интеллектуальная гордыня и неумение использовать свою победу, что в конечном счете приведет их к гибели от рук тех, кого они сами же и вызвали к жизни.

С другой стороны, Гора, возглавляемая такими фигурами, как Робеспьер, Дантон и Марат, представляет собой совершенно новый тип политической силы. Это партия действия, для которой цель — спасение революции — оправдывает любые средства. Связанные солидарностью преступления и готовые идти до конца, монтаньяры оказались более дисциплинированными и безжалостными. Именно они, как мы увидим, смогут использовать в своих интересах царивший в Париже хаос, тот самый «густой туман» социальной дезорганизации, который окутал столицу после Сентябрьских дней.

Особое внимание в этом томе уделяется роли Парижской Коммуны — повстанческого органа, который, как феникс, восстал из пепла 10 августа и стал главным соперником и политическим противником Конвента. Именно здесь, в стенах Отель-де-Виля, формируются новые инструменты революционной власти: Наблюдательный комитет, революционные комиссары, посланные в провинцию, чтобы «образумить» их в духе Парижа. Этот процесс, как убедительно показывает автор, вел не к объединению, а к еще большему расколу нации, порождая ненависть между центром и провинцией, которая едва не привела к гражданской войне.

Не менее значимой является и тема военного спасения Республики. Мрачную картину политического разложения сменяет захватывающий рассказ о героической обороне Аргонны. В этой книге мы становимся свидетелями рождения новой, республиканской армии, идущей на смену дезорганизованным войскам старого режима. Искусные маневры генерала Дюмурье, стойкость солдат Келлермана при Вальми — все это показывает, что на смену старой, профессиональной армии приходит новая сила, движимая патриотизмом и решимостью защитить свои идеалы. Эта победа не только останавливает вторжение, но и закладывает фундамент для последующих завоевательных кампаний, которые вскоре изменят карту Европы.

Однако, как это часто бывает, военные успехи лишь усложнили внутриполитическую ситуацию. Угроза вторжения, которая ранее служила клеем, скрепляющим различные политические силы, исчезает. Теперь борьба разворачивается с новой силой. Вопрос о том, кому принадлежит суверенитет — Парижу или восьмидесяти трем департаментам, — становится краеугольным камнем политических дебатов. Именно здесь берут начало споры о создании департаментской гвардии, призванной защитить Конвент от «парижской черни», и формируется тот раскол, который в конечном счете приведет к кульминации — суду над королем.

Структура тома построена таким образом, чтобы читатель мог проследить все взаимосвязи между событиями: от уличной анархии, где хозяйничают мародеры, до высоких парламентских трибун; от циркуляров кровавого Наблюдательного комитета до блестящих речей Верньо и Дантона. Особого внимания заслуживают подробные описания выборов в Конвент, которые, будучи пронизанными духом террора и манипуляций, стали зеркалом, отражающим глубокий кризис доверия к народному представительству.

Автор не скрывает своего неприятия политики террора и апологии насилия. С беспощадной точностью он разоблачает двойную мораль революционных деятелей, которые, провозглашая права человека, сами попирали их каждый день. В этом томе мы видим, как впервые формулируется теория «революционной необходимости», оправдывающая массовые убийства и произвольные аресты. Именно это столкновение принципов и практики, идеалов и реальности, составляет драматический нерв всего повествования.

Четвертый том подводит нас к порогу самого кровавого и, возможно, самого спорного периода революции — к кануну 1793 года. Читатель становится свидетелем того, как рождается новый миф — миф о государственной необходимости, перед которым отступают все нормы морали и права. В этом смысле данная книга — это не просто хроника событий, а глубокое исследование природы власти, насилия и идеологии, которое остается актуальным и в наши дни.

КНИГА XIV. — ВЫБОРЫ В КОНВЕНТ.

I. На следующий день после сентябрьских дней. — II. Реакция против виновников резни. — III. Комиссары исполнительной власти и Коммуны. — IV. Коммуна отрекается от Наблюдательного комитета. — V. Декрет от 20 сентября о восстановлении порядка и личной безопасности. — VI. Выборы в Париже. — Голосование открытое. — VII. Избирательное собрание у якобинцев. — VIII. Депутация Парижа. — IX. Департаментские выборы. — X. Состав нового собрания.

I

На следующий день после сентябрьских дней Париж представлял все симптомы полной социальной дезорганизации.

Приходилось ли вам наблюдать странное явление, которое иногда происходит в некоторых северных городах? Внезапно, среди бела дня, густой туман окутывает их и погружает в глубокую темноту. Всякая деятельность, всякая жизнь мгновенно останавливается. Вы застигнуты врасплох, вы понимаете, что не можете больше рассчитывать на помощь, которую цивилизация накапливает вокруг вас в обычное время. Напрасно вы призывали бы на помощь соседей, друзей, родных — тьма преграждает путь звуку и свету; никто не видит, никто не слышит. Вы чувствуете, что ваши силы парализованы непреодолимым страхом, вы не смеете сделать шаг ни вперед, ни назад; ибо вы не знаете опасности, которую можете встретить, вы чувствуете себя неспособным предотвратить ее или избежать. Привыкшие жить в ночной темноте, злоумышленники пользуются