Читать книгу - "Из рода монстров - Лидия Грегович"

один шаг в моём направлении, возвращая меня в настоящее. – Прости, что в последние недели я не могла проводить с тобой много времени. Всё произошедшее… – она наклоняет голову, – мягко говоря, ошарашило.

Я пожимаю плечами, от её извинений мне не по себе.

– Как ты и сказала, – отвечаю я, отводя взгляд, – мы все были в трауре.

– Да, всё так, – продолжает Крессида и меняет тему. – Один из ваших караульных недавно навестил меня, пока я была в Новом Лондоне. Киллиан Брэндон, или, скорее, Моран – помнишь его? Он рассказал чудные вещи про Номинационное Слушание – и то, какую роль в нём сыграла твоя сестра, если ты можешь в это поверить.

Кожу жжёт, как если бы под неё мне положили зажжённые угли. «Киллиан». Я не видела его со дня Номинационного Слушания – до меня дошли неточные слухи о том, что отец вызвал его обратно в Кайри, но он стал частым гостем в моих снах, его слова проскальзывали в щель между сном и реальностью и, как запоздалая мысль, оставались со мной по пробуждении. «Переживи сегодня. Тогда, что бы, по твоему мнению, я для тебя ни сделал в прошлом, я сочту твой долг уплаченным».

Под наживкой Крессиды оказывается крючок – острый шип интереса пронзает моё сердце. Она меня поймала.

– Ты говорила с Киллианом? – спрашиваю я. – Что он тебе сказал?

– Правду, – просто отвечает она. Она смотрит на меня искоса, её скулы как лезвия. – О твоей сестре – кем она была, какую правду пыталась похоронить. О том, что Мэноры помогли ей с этим.

Я возвращаюсь к своей работе, пальцы, держащие тонкую иглу, дрожат. За прошедшие со слушания недели я глубоко запрятала мысли о поступках Эсси, оставила их плесневеть – мокрое пятно, которое могу увидеть и почувствовать только я. Как будто, если я буду держаться за эти воспоминания, они отменят тот смертельный удар, что я нанесла.

– Это не имеет значения, – говорю я, откладывая в сторону пяльцы, чтобы взглянуть на свойственницу прямо. – Мэноры ясно дали мне понять, что лучше оставить секреты Эсси в земле. И что даже если я попытаюсь вынести их на свет, это лишь дискредитирует меня – это будет бессмысленно.

Крессида хмыкает с явным скептицизмом.

– Может, и так, – отвечает она. – Однако Киллиан, похоже, думает иначе.

Сокращая расстояние между нами, она достаёт из складок платья письмо и передаёт его мне. Конверт цвета сосновых иголок тяжёлый и дорогой, в центре – кровавая клякса целой печати. Глядя на Крессиду в поисках одобрения, я ломаю воск и провожу пальцами по краю конверта. Когда я берусь за бумагу внутри, она на ощупь как сливки – гладкая и прохладная.

Я подношу письмо к глазам и начинаю читать.

«Мэррик,

У твоего Отца до смерти было куда больше друзей, чем ты думаешь. Вардэн Сэвэджер из Каэла согласился нас поддержать – есть и другие. Они знают, что ты начала, и желают помочь тебе закончить дело.

Мы ещё не достигли конца. Мы стоим в самом начале пути.

С восхищением,

Киллиан.

P. S. Я изменил условия твоего долга. Теперь мне недостаточно того, чтобы ты просто жила, – я должен снова тебя увидеть».

Благодарности

Ни одна книга не пишется в одиночку, а уж к моей это относится особенно. «Род монстров» не появился бы на свет без напряжённой работы перечисленных ниже людей. Время, вера и поддержка, которые они уделили мне и этому роману, куда больше, чем я того заслуживаю, и это честь – иметь возможность отблагодарить их на этих страницах.

В первую очередь спасибо Кристе Марино, которая значит для меня гораздо больше, чем она думает. Криста, ты разглядела в моём хаотичном, кое-как собранном первом черновике историю Мэррик задолго до того, как это удалось сделать мне самой, и только благодаря тебе я наконец сумела найти средства, чтобы выпустить её на волю. Ты научила меня, как лучше писать и редактировать; гораздо важнее, однако, то, что ты – замечательный человек, и я считаю себя счастливицей, потому что знакома с тобой. Дай нам бог ещё много-много ночей в Аламо, и спасибо за то, что организовала «Домохозяек», где мы можем об этом говорить. Обещаю, что в ответ устрою «Вандерпамп»[5].

Говоря о редакторских правках, не могу не поблагодарить Арианну Льювин, моего напарника на передовой на протяжении, полагаю, почти года, в течение которого мы превращали эту «книгу» в книгу. Ари, спасибо тебе за то, что ты вежливо говорила «нет» всем моим дурацким идеям и терпеливо оставалась на проводе до тех пор, пока я не откопаю хорошую. Ты помогла мне обнаружить сердце этой истории, когда я уже считала, что потеряла его, и за это мне никогда тебя не отблагодарить сполна.

Далее: без агента-утешителя любая писательница – это всего-навсего грустная девочка, рыдающая во время пересмотра «Девочек Гилмор». Спасибо тебе, Сара Ландис, мой герой (нет, правда, Сара, ты – мой герой), за то, что выслушивала меня, давала советы и болела за эту книгу, как никто другой. Твоей мудрости хватило бы на сотню таких романов, и если бы ты сказала мне прыгнуть с обрыва, я ответила бы – звучит, как отличное карьерное развитие, и так бы и поступила.

Спасибо моей когорте из «Делакорт Пресс» – Беверли, Вэнди, Келси, Ханне, Брие, Али и Ребекке – за то, что поддержали меня, когда я предпринимала этот шаг и многие другие. Особая благодарность Али за то, что она прочла первую версию этой истории, и за то, что делала мои дни ярче своими работами, и Беверли за то, что постоянно наставляла и направляла меня. Мне посчастливилось писать эту книгу, имея вас на своей стороне.

Сотня тысяч спасибо моей семье побольше из RHCB: Тамаре Шварц, невероятно доброму человеку и лучшему ведущему редактору на планете; Колин Феллингэм, которая способна видеть то, чего не вижу я; Кену Кросслэнду за прекрасный внутренний дизайн; Лиз Дрезнер и Трише Превит за обложку моей мечты (и разговоры за бокальчиком мартини); Барбаре Маркус, Джудит Хаут, Джиллиан Левинсон, Николь Йегер, Кортни Харц, Эрике Хенеген, Саре Пьер, Крису Каму и всему отделу рекламы и маркетинга «RHCB», Джо Инглишу и звёздной команде отдела продаж RHCB и многим-многим другим. Спасибо всем, кто нашёл время, чтобы написать мне тёплые слова об этой книге – для меня это очень многое значит. И особое сердечное спасибо Молли Пауэлл и издательству «Ходдерскейп» за то, что «Род