Читать книгу - "Из рода монстров - Лидия Грегович"

задираю подбородок, бросая вызов. – Простите мне моё вторжение, милорды. Я бы не стала прерывать сие действие, но я не могу позволить вам продолжить, зная, что вас обманывают, – я набираю в грудь воздуху, готовясь продолжить. – Видите ли, моя сестра вам всем лгала.

По залу прокатывается вторая волна шепотков, куда громче первой. Крохотная женщина на самом дальнем левом стуле – член Совета и Мэнор-Лорд Флорабелль Кэррингтон – фыркает, глядя поверх своего острого носа на Эсси и меня.

– Лгала? – кратко повторяет она. – И о чём же?

– Наверняка о том, кого предпочитает их конюший – её или сестру, – Лорд Персиваль Варчайльд, который всего на несколько лет старше Эсси и меня, сидит развалившись на троне, на пухлых губах проскальзывает усмешка. – У нас нет времени на детское соперничество, девочка, – говорит он, лениво взмахивая рукой в мою сторону. На пальцах сверкают кольца с каменьями размером с ягоду. – Иди уже.

Ещё несколько членов Совета – включая Альбиона Тюдора, который наблюдал за Киллианам ранее и чьё лисье выражение невозможно прочесть, – хихикают над замечанием Лорда Персиваля. Остальные ёрзают на своих местах, на лицах написано любопытство и лёгкое раздражение, но в целом они не беспокоятся. Через несколько стульев от Лорда Флорабелль Лорд Реджинальд Айб сдерживает отрыжку.

От их беспечности гнев давит мне на рёбра. И вот они являются нашими лидерами – многоуважаемые Лорды, призванные защищать весь Дым? Они напоминают мне о группе людей, собравшихся летом на пикник, разомлевших на солнце и находящихся подшофе, а теперь лениво наблюдающих за мной и сестрой, словно мы всего лишь мелкая неприятность, вроде пары мух, что кружат над их головами.

Тем временем щёки Эсси залил румянец, похожий на сыпь, отчего они потемнели и стали перезревшего розового цвета. Она стоит вполоборота ко мне, на лице не осталось и следа веселья. Я чувствую, как она готовится к битве: её взгляд заостряется, как клинок, вытащенный из ножен.

– Да, Мэррик, – говорит Эсси. – Не следовало тебе заявляться в эти покои с клеветой, которую тебе нечем подтвердить. А я уверена, что у тебя нет доказательств, поскольку твоё заявление – неоспоримая ложь, – её голос звучит тихо, но не настолько, чтобы я не расслышала слов. Она не сводит с меня своих серых глаз, в которых читается предупреждение.

«Можешь посмотреть мне сейчас в глаза и заявить, что действительно хочешь моей смерти?» Я вздрагиваю, когда воспоминание о её словах сочится в меня, как болотная вода.

– О дорогая сестрёнка, – отвечаю я вслух. – Но они у меня есть.

Набравшись смелости, я заставляю ноги двигаться вперёд, ближе к Совету, правда, при этом я стараюсь держаться в стороне от Эсси.

– Прошу, милорды, выслушайте меня, – умоляю я, прижимая ладони к груди. – Мой Отец не номинировал мою сестру своим Вместилищем – на самом деле он чётко дал ей понять, что он никогда не желал, чтобы она правила.

Впервые я замечаю следы ужаса, что тёмным червём извиваются в глазах Эсси, и мой голос срывается. Я вдруг понимаю, что если продолжу речь, вне зависимости от того, как закончится этот вечер, сестру я потеряю. Она никогда больше не позволит мне держать её за руку, сидя подле её постели, и не откроет мне дверь, когда я постучу, я никогда больше не смогу положиться на то, что её хладнокровная мудрость умерит мой пыл. Я и в самом деле останусь совершенно одна.

Но опять же, выскажу я свои обвинения или нет, в некотором роде моя семья уже давно умерла. Моя сестра не моя сестра: мы были всего лишь бумажными цветами, росшими на неплодоносной ветви, не имевшими представления о своей поддельности, питающимися иллюзией собственного величия.

– Перед смертью Отец поведал сестре свой план. Тот, который, по признанию моей сестры, она не одобряла, – сглотнув, я заставляю себя выдержать взгляд Эсси. – Ошибка, которую ты совершила, Эсси, связана с верескоцветом, не так ли? – блефую я. – Отец посылал ящики с чайными листьями простолюдинам, и, чтобы восполнить потери, ты стала нормировать оставшиеся запасы. Но когда Отец узнал, он разозлился. Чай был куда важнее для его плана, чем ты думала, – я заливаюсь румянцем, когда боковым зрением вижу, как Лорд Флорабелль подаётся вперёд; я прекрасно осознаю, что в моей истории полно дыр, но коль скоро я начала, уже не могу остановиться. – Ты совершила фатальную ошибку, лишив караульных чая, настолько вопиющую, что ему пришлось открыть тебе всё остальное, – продолжаю я, обращаясь к сестре. – Он рассказал тебе правду – что ты никогда не станешь Мэнор-Лордом, – и за это ты его убила.

У стоящей передо мной Эсси белеют щёки. В комнате повисает убийственная тишина, которую нарушают лишь звуки шагов в коридоре. Они становятся громче, приближаясь к дверям библиотеки, затем удаляются.

Сестра реагирует первой – гнев отчётливо читается на её лице, столь сильный, что он жжёт мне кожу, как кислота. Она открывает рот – явно для того, чтобы возразить, но не успевает сказать и слова, потому что позади неё Совет недовольно ворчит.

– Погодите минутку – Лорд Силас рассказал дочерям про чай? – Лорд Персиваль подаётся вперёд на троне, пальцы сильнее стискивают блестящие подлокотники. На его лице гримаса недовольства, но к моему удивлению, его гнев направлен не на меня – он качает головой из стороны в сторону, словно грозит пальцем остальным Лордам. – Вы, ребята, сказали, чтобы я поклялся всё держать в секрете!

Я отвожу взгляд от Эсси и хмурюсь. Я только что поведала им, что сестра убила моего Отца, а первое, на что обращает внимание член Совета, – это чай? Я собираюсь с духом, чтобы снова заговорить, но не успеваю я открыть рот, как Мэнор-Лорд рядом с Персивалем – Клэр[4] Айрлэнд из Квинсбридла, как мне кажется, – поправляет очки, затуманенным взором глядя на своего соседа через линзы.

– Так и есть, идиот, – он растягивает слова. – То, что они в курсе, явно что-то новенькое, хотя должен признать, меня это беспокоит в меньшей степени, чем тот факт, что Силас раздавал листья верескоцвета простолюдинам. Известно ли нам, прознал ли кто из них о защитных свойствах растения? – он цокает языком. – Нам совершенно не нужно, чтобы деревенщины начали болтать о том, что чай даёт иммунитет от Серых Земель. Представьте, какая начнётся истерия?

Я замираю. Чай даёт… что? Инстинктивно я гляжу на Эсси, но сестра лишь прожигает меня взглядом, кипя бессловесной яростью, на её лице не отражается тот шок, который испытываю я. Как будто слова Лорда Клэр её совсем не