Читать книгу - "Из рода монстров - Лидия Грегович"

нужно было кое-что там сделать. Я едва не умерла от испуга, когда вы с Брэндоном прервали меня, – улыбка становится шире, глаза превращаются в щёлки. – Какую забавную пару ты себе нашла, – говорит она. Мне жжёт стыдом шею – вспышка жара как поток горячего воздуха от плиты согревает меня, когда она продолжает. – Ты ведь догадалась, кто его семья, не так ли? Мне стоит надеяться, что ты не настолько глупа, чтобы повестись на столь неизобретательно выбранную фамилию.

Я не отвечаю. Путь к отступлению мне отрезают окна, я гляжу по сторонам в поисках другого выхода, но нахожу лишь дверь спальни. Значит, придётся пробиваться и надеяться, что силы ещё не вернулись к Эсси в полной мере, чтобы меня победить. Мышцы напрягаются, дыхание учащается, готовясь к бегу.

– Стой, Мэррик, прошу, подожди.

Крик Эсси меня останавливает, я помимо воли перевожу на неё взгляд. Её высокомерная уверенность мгновенно исчезла; она выставила руку перед собой в жесте мольбы, губы дрожат как у напуганного ребёнка.

Это разрывает иллюзию, которую я создала вокруг неё, – злодейки. Внезапно я снова вижу лишь свою сестру, девочку, которая приходила ко мне в комнату в полночь, потому что не могла доверять никому другому, девочку, которая в течение многих лет залечивала мои раны и гладила меня по волосам.

Девочку, которую я бросила.

– Прошу, не уходи, – говорит Эсси, едва ли не хныча. – Почему бы нам не заключить сделку? Если ты останешься здесь, я всё тебе объясню, как мне сказал Силас, а затем, если ты сочтёшь меня злой, я отступлю в сторону и дам тебе пройти, – она делает неуверенный шаг ко мне, подступая так близко, что я вижу, как дрожат её плечи, как её всю сотрясает паника. – Мы с тобой сёстры, Мэррик, – умоляет она. – Почему ты не хочешь меня выслушать?

Я хватаюсь пальцами за подоконник, ногти впиваются в дерево, словно это меч, который я могу взять за рукоять и прорезать им границу между нами. Я бросаю ещё один взгляд на дверь, тяжёлую и прочную, ждущую, когда я её открою.

Затем – потому что я жалкая, потому что она – единственная семья, что у меня осталась, – я поворачиваюсь к сестре и киваю.

Облегчение читается на лице Эсси, словно натянутая ткань просела.

– Спасибо, – выдыхает она. Набрав в грудь воздуху, она вытягивается вверх, отряхивает платье, собираясь с духом, чтобы заговорить.

– Всё началось, как я тебе уже сказала, – спокойно заговаривает она, – после смерти Мамы. Силас – Отец – стал затворником, едва покидал свою комнату. Но я скрыла от тебя то, что за несколько дней до смерти он позвал меня, чтобы… поговорить, – она напрягается, воспоминание затвердевает на ней, как пластинки доспеха. – В дневнике, что я для тебя оставила, я написала так, чтобы звучало, будто бы Отец забыл о своих обязанностях, и это правда – поначалу ему было трудно нести двойную ношу горя и долга. Но на самом деле примерно через месяц после твоего отъезда я пришла к нему с предложением взять на себя задачи по поддержанию границ день ото дня. Меня огорчало то, что он до сих пор не назвал меня своим Вместилищем, и я считала, что если он увидит, как хорошо я управляю провинцией, он наконец поймёт, что я готова. Но… я ошиблась, – она колеблется. – Я тогда не понимала, что совершаю ошибку, но последствия были далеки от идеала, признаю. Когда Отец обнаружил, что происходит, он взбеленился. Он сказал мне точно то, что, как я знала, он сказал тебе месяцами ранее – что я никогда не буду Мэнор-Лордом.

Ногти сильнее впиваются в подоконник, и щепки, словно протестуя, вгрызаются в кожу.

– Что? – быстро переспрашиваю я. – С чего бы ему нам обеим отказывать в титуле?

– Я не закончила, – Эсси скрещивает руки на груди, в её интонациях слышится упрёк. – Он сказал, что я никогда не смогу править, потому что я не Мэнор-рождённая – у меня нет иммунитета перед мглой, – она бросает на меня взгляд, который я едва замечаю, настолько удерживает меня свинцовое притяжение её признания и тянет вниз за собой. – После того как они с матерью поженились, она в течение многих лет не могла забеременеть – так долго, что они уже думали, что чуда так никогда и не случится. Они предположили, что не могут зачать наследника естественным путём, поэтому они… они взяли одного из того же самого приюта, откуда Отец забрал мать, когда они впервые встретились. Они взяли меня и вырастили как свою.

Она умолкает, её голос напряжён, глаза изучают меня, словно пытаются проникнуть в мой мозг, считать мою реакцию, как карту, которую она может угадать. Однако после её признания меня охватывает странная тишина, абсолютная, как зимняя ночь. Её слова висят в воздухе, практически став частью атмосферы, словно их принёс ветер: «Они взяли меня и вырастили как свою».

Я вздрагиваю. Все те разы в детстве, когда я дразнила её – за тёмные волосы и серые глаза, лицо, казавшееся таким мрачным по сравнению с маминым и моим, словно она – наша ожившая тень… возможно ли, что она никогда и не была одной из нас? Незнакомка, которую кукушка подбросила в наше гнездо?

«Она никогда не принадлежала тебе. Она не твоя сестра».

От потрясения гудит голова.

– Но это невозможно, – взрываюсь я. – Я видела, как ты ходила в Серые Земли, Эсси, – Отец брал тебя на охоты вдвое чаще, чем меня. Если ты не Мэнор-рождённая, то уже стала бы Фантомом.

В ответ сестра снова печально качает головой.

– Да, ну… в общем, мы возвращаемся к той неудачной ошибке, что я совершила. И связанному с ней плану Отца.

Она кривит губы и хмурится. Я хватаюсь за её слова, как за деревяшку, чтобы не уйти под воду. «Сосредоточься на этом – забудь, что она тебе только что сказала. С этим разберёшься позже, сейчас важно только это, только здесь».

– Какой план? – слышу я свой голос.

Эсси приподнимает бровь.

– Боюсь, я не могу им с тобой поделиться, Мэррик, – чинно говорит она, и неожиданного ответа хватает, чтобы я пришла в себя хотя бы на мгновение. Она щёлкает языком в бессловесном укоре. – То, что он замышлял… оно должно было умереть с ним, или вся наша линия – всё, что построили наши предки, ради чего мы работали – оказалось бы уничтожено, – зловеще продолжает она. – Достаточно сказать, что в его планы не входило, чтобы одна из нас унаследовала титул Лорда. На